Чтение онлайн

— Герметизируйте скафандры! — Раздался в шлеме голос домовёнка. Мы с Татьяной, произвели нужные манипуляции. У меня получилось с первого раза. Через пару минут, Кузя уведомил: — Начинаю откачку воздуха. Есть. Открываю аппарель! — Наши скафандры рывком раздулись, а остаточная атмосфера улетучилась через появившиеся щели между аппарелью и корпусом, а в открывшемся проёме, нарисовалась испещрённая многочисленными попаданиями, обшивка крейсера. А наши дроиды, выметнувшись наружу, приступили к вскрытию входного люка.

Я вылез из ложемента, и, подойдя к открытой аппарели, сделал свой первый шаг в открытый космос. Похождения на транспорте можно не считать, поскольку сначала там хозяйничали дроиды, и только после герметизации отсека и прокладки переходного рукава, мы начали переходить на его борт. Поскольку на поверхности обшивки никакого тяготения не было, то в дело вступили магнитные присоски на подошвах скафандра. Ощущения были очень интересные. Поскольку тело ничего не весило, а подошвы притягивались к броне, то ноги приходилось с некоторым усилием отрывать. Вернее, какой-то датчик улавливал движение ноги, и в какой-то момент, отключал магнитное поле на определённой ноге. А потом, при контакте с поверхностью, опять его подключал. Из за этого, походка становилась какой-то дёрганной и подпрыгивающей, и только по прошествию нескольких минут, я смог хоть немного приноровиться к этому рваному ритму и перестал раскачиваться и заваливаться в разные стороны. Кузьма негромко издевался над моими потугами, а я потихоньку окусывался. Пока я бродил вокруг шлюза, наши железные друзья времени не теряли. Наружный люк был уже вскрыт, и они возились с внутренним. Судя по показаниям датчиков, за ним атмосферы уже не было, и можно было не церемониться. Энергии тоже не было. Вероятно, при обстреле энергосистема корабля получила неустранимые, в таких условиях, повреждения. Я оглянулся на наш шаттл и заметил Татьяну, выглядывающую из грузопассажирского отсека. Погрозив ей на всякий случай кулаком, я пошёл поближе к вскрытому уже шлюзу, в котором один за другим исчезали массивные фигуры штурмовых дроидов. Я аккуратно "присел" на краю тёмного проёма и свесил ноги вниз. В таком положении, приходилось придерживать себя руками, что бы от неосторожного движения не улететь в пространство. Жаль, что на заднице магнита не предусмотрели. Достаточно долгое время ничего не происходило, но вот в шлеме раздался голос Кузьмы.

— Отсеки корабля досмотрены. Выживших не обнаружено. Повреждения всех систем фатальны, восстановление возможно только в условиях производства. Реакторы и двигатели, полностью выведены из строя. Повреждения корпуса и силового набора больше семидесяти процентов. Восстановление нерентабельно. ИИ и базы данных уцелели, снятие данных с имплантов экипажа, оценивается как возможное, с девяностопроцентным результатом. Грузовые отсеки пусты, запасы топлива минимальны, и интереса не представляют. Смотреть пойдёшь?

— Да нет, наверное, чего я там не видел? Тушек много?

— Семь членов экипажа, включая тело капитана, с которых можно снять информацию. Ещё у шестерых фатальные повреждения, повлёкшие за собой полное разрушение имплантов. Интереса не представляют. Достаём?

— Да, давай. Только это… У тебя какая-нибудь подстилка есть? А то весь пол изгваздают.

— Для этого уборщики есть. На фрегате у Боцмана специальная упаковка есть, для таких вот случаев. Но не лететь же за ней?

— Блин… Ну, ладно, командуй погрузку. Только Татьяну в рубку загони, и переборку закрой. Незачем ей на всё это смотреть. Надеюсь, что потрошить будем в закрытом помещении?

— В медотсеке есть отдельное помещение. Я уже дал команду, на подготовку тары. По прибытию, сразу запакуем и перенесём. Медики уже готовят аппаратуру.

— Добро. Начинаем.

Через несколько минут в проёме показалась тушка первого "безвинно убиенного". И за пятнадцать минут, наш траурный груз был сложен на полу отсека, и, решив, совместно с Кузьмой, закачать атмосферу только по прибытии, чтобы не разогревать отсек, мы стартовали к нашему кораблю. Только при подлёте к ангару, в отсек стал поступать воздух, одновременно с интенсивным прогревом помещения. Поначалу, атмосфера выпадала красивыми снежными хлопьями, но по мере прогрева инфракрасными излучателями, быстро растаяла, и давление нормализовалось. Не успела ещё опустится аппарель, как в отсек влетели дроиды, и сноровисто стали паковать ещё покрытые изморозью тела, в чёрные пластиковые мешки, очень похожие, на применяющиеся на Земле. После чего, споро погрузили их на гравиплатформы, и быстро утащили в сторону медотсека. Я с облегчением отстегнул шлем, вдохнул более-менее свежий, по сравнению со скафандром воздух, и в который раз помянул главную заповедь танкистов. В проёме открывшейся переборки, появилась Татьяна в полностью загерметизированном скафе.

— Шлем-то сними! — Показал я ей рукой. Она смотрела непонимающе, поскольку просто меня не слышала. Видно, не активировала внешние микрофоны. Я подошёл, и деактивировал шейное кольцо, отсоединяя колпак шлема.

— Так лучше? — Улыбнулся я ей.

— Лучше! И как вы в этой скорлупе сидите? Страшно ведь! Она такая тоненькая!

— А чего ты в ней сидела? Кузьма же загерметизировал рубку! Могла бы и сама снять.

— Ну, мало ли что! — Я заулыбался и покачал головой.

— Пошли, ополоснёмся! — А то пров… потел весь, в этой "скорлупе", всё тело зудит.

— Пошли, легко согласилась она. — И мы отправились в раздевалку.

Закончив через полчаса процедуры, Татьяна отправилась на жилые палубы, а я пошёл в ангар, узнать последние новости. На палубе уже стоял вернувшийся десантный челнок, возле которого, полукругом, стояли дроиды, а внутри своеобразной "зоны оцепления", находилась пара помятых и громко матерящихся субъектов невысокого, дай бог метр шестьдесят, роста. Кстати. Я заметил, что примерно метр шестьдесят, являлся средним ростом фактически для всех встреченных нами гуманоидов. Отклонения были минимальны. Единственным исключением, был Император, чьё тело мы захоронили. Он был ближе, где-то к метру восьмидесяти, ну и голограмма Кузьмы, примерно такого же роста. С чем это связано, я пока не выяснил, но этот факт меня уже заинтересовал. У спасенцев, женский пол тоже был примерно на этом же уровне, но это можно было считать нормой. Профессор, тоже был невысок. Наверное, те же метр шестьдесят с небольшим хвостиком. Так вот, о чём это я? А, о субъектах. Субъекты громко матерились, и обещали нам разнообразные кары их могущественного, видите ли, клана, и извращённый секс с неизвестными Земной науке представителями животного мира. А так же эротические контакты с лучшими представителями их субкультуры. Как оказалось, они принадлежали, к какому то, супер-пупер крутому, сообществу наёмников, и, по их мнению, мы обязательно должны будем понести "заслуженное" нами неотвратимое наказание за содеянное нами уничтожение их собственности. Он, видите ли выполняли свой контракт, и мы влезать в их разборки не имели права. А то, что они не выходили на связь, это их волновать не должно, поскольку все, видите ли, в галактике, должны знать их крутые, типа, корабли. Особенно разорялся тот, который был, чуть поплотней, являвшийся, по его словам, командиром уничтоженного нами отряда. Похоже, этот хмырь, так до конца и не понял, куда он попал, считая нас толпой дилетантов, по случаю раздобывшей себе Имперский фрегат, и посмевшей встать у него на пути. Он настолько быстро и без перерыва тараторил свои угрозы, что стоящие рядом деды, не успевали вставить даже и слова, в его словесный понос. После его слов, переводимых примерно, как "Кто у вас старший, и я его маму…" кхм… Я не выдержал, и подошёл к нему поближе.

— Ну, я старший. Ты бы хлебало завалил, а то пованивает. — Деды плотоядно заулыбались.

— "Да я в рот тебя чих-пых, да ты знаешь кто я такой, да за меня, тебя, всех твоих родственников, и родственников родственников…" и так далее, и по маме и по папе.

Недолго думая, я резко втёр ему в торец. — "Н-на, сука, за слова твои, поганые!" Деятель опрокинулся на спину, и больше не шевелился, глядя в потолок остекленевшими глазами. Только из уголка рта показалась струйка крови, и остановилась, не пройдя пары сантиметров.

Сергеич подался вперёд: — Ты чего наделал то? Как теперь его допрашивать?!

— Да никак. Слабоват, падла, оказался, — я потирал отбитый без долгой практики кулак, — С имплантов инфу снимем, и нах, за борт или в утилизатор. А для допросов, у тебя второй есть. — Я посмотрел на резко затихшего, и несколько сжавшегося, второго кадра. — Чего вы тут про себя интимные подробности выслушиваете? Давно бы пришибли его нах.

— Мы за свою службу, и не такого наслушались. — Петрович недовольно посмотрел на меня. — Поорал бы, и успокоился. С живым объектом, как-то проще общаться. И вытянуть из него больше можно.

— Ага, так бы он вам и раскололся. У него гонор просто зашкаливал. Вон, второго колите!

— У нас, и не такие, кололись! Второй хорошо, но командира-то ты прибил, а он наверняка побольше знал.

— На то у него имплант есть. Там много чего нароете. Зато этот притих. — Я посмотрел на второго наёмника. Поскольку разговор шёл на русском, тот непонимающе крутил головой. Перейдя на общий, я спросил: — Ну что, бедолага, говорить будешь? Или, как он, — я кивнул головой на валяющуюся тушку, — но только не так быстро. Ты кем там у вас был?

— Он часто-часто закивал головой и с акцентом затараторил: — Я всё расскажу! Я был его помощником! Я всё знаю!

— Ну вот, Петрович, а ты боялся. И нефиг, в следующий раз, всякой галактической мрази, позволять себя помоями обливать. Хоть и словесными.

По команде Сергеича, пара дроидов подхватила обречённо смотрящее на них тело под руки, и поволокла его вглубь ангара, следуя указаниям неразлучной парочки. Ещё один дроид, потащил следом за ними объёмистый кофр. Однако, старички-разбойнички решили немного поразвлечься.