Исповедь пророчицы. Источник силы
Шрифт:
– Я никогда не буду жалеть об этом! – раздраженно ответил Влад, стряхивая мою руку.
Это взбесило меня еще больше, и тогда я встала между ним и приходящим в себя от моего удара Охотником.
– Я буду жалеть об этом, если позволю тебе сделать это! – отчеканила я, удивляясь, откуда у меня эта решимость.
– Отойди, Полина! – глаза его метали молнии, и мне показалось, что если я не отойду, первым делом Влад ударит меня.
Я выставила свои ладони так, как сделала это, когда Охотник держал меня, в надежде, что это остановит Влада.
– Нет! – твердо ответила я.
– Зачем ты делаешь это? – осипшим голосом спросил Охотник из-за моей спины. – Если он не убьет меня сейчас, я найду его завтра и завершу начатое!
– Нет, я не допущу больше насилия! Я не знаю, насколько правда то, что ты сказал мне о своей сестре, и какова в этом роль Влада, но я остановлю это. И если завтра ты придешь, чтобы убить кого-то из саки, я буду защищаться. Но никогда я не буду нападать на тебя.
Охотник ничего не ответил. Я не могла увидеть его лицо, потому что стояла к нему спиной. Влад, казалось, не воспринял мои слова всерьез, потому что дернулся вперед с целью отодвинуть меня с дороги. Тогда я выпрямилась и показала ему свои вытянутые вперед ладони.
– Не. Нужно. Этого. Делать. Влад.
– Что? – его брови поползли вверх. – Ты угрожаешь мне? Мне? Я твой вождь, ты забыла?
– Нет, – сказала я. – Я не забыла. Но в том, что с ним произошло, виновата я. И я не позволю, чтобы из-за меня опять кого-то убили.
Я напомнила ему о том, что когда-то он заставил меня убить одного Охотника. Небо знает, как я жалела об этом сейчас!
– Идиотизм! – воскликнул Влад, но отошел на один шаг.
Тогда я заметила, что Рита окончательно развязала Роланда и приводила его в чувство.
– Что случилось? – спросил Роланд еще сонным голосом.
– Случилось то, что твоя…подруга – идиотка! – сказал Влад. – Знаешь, что она сделала? Решила помиловать Охотника, благодаря которому ты, кстати, здесь! Мы все здесь. И это в тот единственный момент, когда я мог убить его!
– Зачем ты это сделала? – недоумевая, спросил меня Роланд. Что я могла ответить ему? Просто я чувствовала, что так правильно.
– В первую очередь, все мы – люди! – сказала я ему. – И я не хочу участвовать в убийствах.
Я услышала шевеление за моей спиной и поняла, что Охотник оклемался и пытается встать. Находиться к нему спиной было уже небезопасно, и я стала вполоборота к нему, чтобы иметь возможность увернуться от удара. Ха! Как будто от удара Охотника можно было увернуться. Я посмотрела на Влада, нападать он уже не собирался, просто подошел к Роланду и Рите. Я осталась стоять на месте.
Поднявшись, Охотник взглянул в мне в глаза. Они у него были светло-карие и теплые, даже несмотря на то, что он был тем, кем он был. Также они были недоумевающими.
– Кто ты? – спросил он меня.
– Я Полина, пророчица племени саки, – ответила я.
– У пророчиц из рук не льется убийственная для Охотников сила!
– Сама в шоке! – сказала я скорее себе, чем ему. Потом посмотрела на Влада, он не глядел на меня, был зол, и скорее всего, не станет со мной разговаривать долгие недели. Мимолетно я подумала, что злость была бы для него отличным основанием для того, чтобы взять мою кровь для ритуала изгнания Девяти.
Рита уткнулась ему в грудь и неслышно плакала. Роланд приходил в себя. И только сейчас я осознала, как устала. Не только сегодня – вообще. Устала ждать смерти, нападения, устала видеть видения об опасности для дорогих мне людей. Я снова повернулась к Охотнику.
– Сейчас мы уйдем домой, – сказала я ему и сама удивилась, каким безразличным был мой голос. – И ты не будешь нам препятствовать. Мало того, ты не будешь преследовать нас больше. Не заставляй меня думать, что твое спасение было моей ошибкой.
С этими словами я повернулась и пошла к выходу. Выйдя на улицу, я вдохнула теплый весенний воздух и почувствовала, что плачу. Я не стала дожидаться Влада и его родственников, мне нужно было побыть одной. Я решительно шагнула в темноту ближайшего переулка и скрылась в его тени. Сев на корточки и опустив голову на колени, я беззвучно зарыдала
Глава 20
«Ты упал со стоном, опаленный высотой,
На земле рожденный, снова должен стать землей…»
Ария
Я не знаю, сколько я бродила по ночному городу. Я чувствовала усталость, мне хотелось спать, но у меня не было желания возвращаться домой. Я знала, что Влад будет ждать меня для серьезного разговора, но разговаривать мне совсем не хотелось. Я окончательно испортила наши с ним только начинающие налаживаться отношения. Жалела ли я об этом? Определенно. Особенно, если учитывать, что от этого зависела моя жизнь.
Сегодня я решила переночевать у своей давней подруги Вики, я была недалеко от ее дома, поэтому решила просто зайти к ней без звонка. Я уже подходила к ее подъезду, когда из темноты вынырнул мужской силуэт и двинулся ко мне навстречу. Всем своим существом он внушал мне опасность, поэтому я спешила зайти в подъезд и закрыть за собой дверь. Я уже вбежала внутрь и взялась за ручку двери, когда мужчина, преследующий меня, подал голос.
– Полина, – окликнул он меня. – Пожалуйста, не убегай! Я не причиню тебе зла.
Я помедлила немного, оценивая ситуацию: если вдруг он окажется очень опасным, я успею закричать и переполошить соседей. Тем временем, мужчина вышел на свет от фонаря, освещающего подъезд, и я ахнула. То был Охотник, которого мы встретили сегодня.
– Не подходи ближе! – предупреждающе сказала я ему, прячась за подъездной дверью, как за укрытием. Словно она могла защитить меня от него. Для Охотника не проблема закрытые двери.
– Я не собираюсь убивать тебя, – примирительно ответил он и остановился. – Я хочу поговорить с тобой!
– О чем? – спросила я. Я действительно не понимала, о чем я могу говорить с ним. Одно только представление – говорить с Охотником – внушало мне ужас, даже несмотря на то, что сегодня я задала ему жару.
– Я хочу сказать спасибо. За то, что вступилась за меня сегодня.
Вот уж чего не ожидала от него! Нет, я, конечно, считала, что заслуживаю благодарности за то, что стала между ним и Владом, чем окончательно разрушила наше с ним перемирие, но не ожидала, что Охотник все же озвучит ее. Мужчины, они такие гордые!