Чтение онлайн

Я стала присматриваться к отношениям свекрови и Сильвы. Ну ничегошеньки, радужные встречи, улыбки, обмен приветствиями, заботливое ласковое отношение с внуками. И только однажды, придя вместе с матерью к Сильве, вдруг заметила, как свекровь поджала губы, взглянув на статуэтку девы Марии. Вот оно что — религия! Но было еще что-то, но …

Хайди и Санди, дети Башара, постоянно, день изо дня, бывали в нашем арабском доме. Не вечером, когда собиралась большая семья, а днем, когда надо было им быть дома, с матерью.

На мое «почему» мать ответила, что Сильва не любит шума, а дети шумят. Родился Эдди. Сильва не стала кормить его грудью, чем убила меня наповал. Мало того, она и на руки его брала очень, очень редко, прямо-таки в исключительных случаях, объясняя это тем, что во время родов что-то у нее «хрустнуло» в позвоночнике, и она теперь боится поднимать тяжести. И Эдди всецело перешел в руки Гали, а затем соседки Сильвы, которая убирала у нее в доме. Так и рос мальчишка то на руках у отца, тети Гали, соседки. В год он не умел сидеть, поздно начал ходить, как-то неуверенно, растет маленьким, хиленьким. Так жалко мальчика. А матери? Ответа у меня нет. У детей не сформированы культурно-гигиенические навыки. Санди в 5 лет, еще сосала соску, на ночь на нее одевают памперс. Кстати, все арабские дети до 4–5 лет спят в памперсах, а днем все большие дела делают в штаны. Удивлению моему нет предела. Знаю, что Анина Настя с 1,5 лет осознанно пользовалась горшком, читала в литературе, что приучать держать стакан, ложку надо с 10 мес, с этого же времени высаживать на горшок. Диана управилась с этим к 2 м годам, а Башурка к 1,5. Самой же значительно легче, меньше стирки. Удивлению моих золовок и невесток не было предела. Когда увидели, что с года Дина сама ест.

Сильва, видя такие подвиги, говорила: — Да, с Эдди сняли памперсы уже давно; но в один наш приход Джамиля показала, что это совсем не так. Для чего Сильве было говорить неправду?

Несколько раз Сильва заводила со мной разговоры о религии, пыталась даже подарить статуэтку девы Марии. Интересно, как она себе представляла тот момент, когда бы я принесла эту статуэтку в мусульманский дом, где истово молятся моя свекровь и мой муж. И я поняла, что Сильве было интересно, как это произойдет, а может быть даже возникнет скандал — хорошо бы! Вот оно что! А Муна спросила меня — ну и что ты поняла? Да, поняла, еще как поняла. Разошлись Омар с Мирват, а Омару сказала: — «Отдай ее вещи в черных мешках, чтобы знали, какая она!» — Что тот и сделал. Тогда Сильва пришла к родителям Мирват, хаяла там Омара: — Ну, зачем же он так поступил с вашей дочерью?

Все сильнее я убеждалась, что Сильва непорядочный человек, интриганка. Чего только стоила история с ее цветком, принесшим несчастье нескольким людям!

Когда я сняла крестик, Сильва поняла, что я не смогу быть предметом ее интриг, и с религиозными вопросами в наших отношениях было покончено. Но ей хотелось иметь меня подругой. Но наши взгляды на дружбу, ну, никак не совпадали. Дружба по рецепту Сильвы — это она будет сидеть, развлекать гостей, а я готовить угощение, угощать, убирать и мыть. Извините! Не так я воспитана, чтобы, имея приличное образование, мужа — доцента, прислуживать избалованной, спесивой бабенке. Нет, не вышло дружбы. Мы общаемся, но хожу я к Сильве только с Валидом и мне этого достаточно.

А что же Сильва? Ну никак она не может без скандалов! Причем, объектом ее нападок чаще всего бывает муж, Башар.

Сильва ревнует, есть ли основание, нет ли их, это трудно понять; но концерты, участниками которых мы являемся, периодичны и проходят примерно по одному сценарию: сначала скандал дома, обязательно в присутствии детей; затем демонстративный уход из дома к одной из подруг; там ожидание звонка Башара, а когда тому сильно надоедает этот сериал, и он не звонит, то Сильва разыскивает Валида — приезжай, забери меня домой, (таков обычай). И Валид, которому и жаль брата и обидно за него, едет за этой скандалисткой и привозит ее домой. Наступает пора перемирия, чтобы потом разразиться буре с еще большими страстями. И до того эти бури надоели Башару, что он решил уехать в Америку. Собирался более полугода, Сильве бы в это время опомниться, остепениться, осознать, что одной с 3мя детьми — не мед, не сахар, да и изменить стиль своих отношений с мужем; сдержать свой характер, изменить свои привычки, так нет, все идет, по расщитанному ранее сценарию. Уезжает Башар. Неприкаянными остаются дети. Раньше, возвращаясь из школы, они сидели в магазине отца, чтобы потом вместе идти домой. А теперь — прямо домой, чем очень раздражают мать — шум, беспорядок. В 13 лет убегает из дома Хайди, убегает с 17летним мальчишкой. На ноги поднята вся мужская половина семьи — 3 дня бедные братья без сна, без еды искали девчонку, возились с нею то у адвоката, то в милиции, то в детском приемнике и вместо спасиба услышали: — «Что это за мужчины, не могли сразу найти мою дочь?» Конечно, братья обиделись. Все ждут приезда Башара и завершения этой истории.

Перед нами же Сильва разыграла и обморок, и истерику, и все болезни, а отец мальчишки говорит: — «Да знала она, знала, чуть ли не сама отправила». Конечно, Сильва интриганка еще та, чтобы вернуть Башара домой, могла и этот концерт придумать. Но не играть же судьбой дочери, ведь по их законам это очень большой позор. Сломать всю жизнь ребенку, которому 13 лет. Ну никогда бы русская мать даже не подумала бы о таком. О, аллах, к чему идем.

Вот теперь хорошо изучив и поняв Сильву, я знаю, за что ее ненавидела Муна, почему очень часто с нею ссорится Вахид. Чем теперь закончится эта история с Хайди? Что скажет и как поступит Башар, он должен вот-вот приехать?

А история закончилась тем, чем и должна была закончиться. Ночная кукушка Сильва перекуковала своих родственников, да так, что Башар и встречаться ни с кем не захотел. Приехав, выразил обиду — как допустили? Виноваты все, кроме жены. Хайди перевели в другую школу, а на прощании с Башаром перед его отъездом Сильва устроила такой концерт, что братья все 4еро не могли ее переговорить. Со всеми расскандалилась, даже с Валидом, который с нею нянчился во время их скандалов с Башаром. И когда муж уехал снова, Сильва пустилась во все тяжкие — в гости к сестре в деревню, к другой в Иорданию, на море. Для того и отвадила всех родственников, чтобы не задавали лишних вопросов. Ну что ж, маленькой лодке, как и большому кораблю, свое плавание. Вот только куда приплывет?

Аня — жена Файза. Коренная москвичка, единственная дочь у родителей. Стройная блондинка с голубыми глазами. Ее я знаю больше всех родственников, так как женился Фаиз в Москве на 2 года раньше нас. Бывая у нас в общежитии, Аня производила впечатление сильной, уравновешанной, умной, немного жесткой, очень хозяйственной. В свое время она закончила медицинское училище, работает медсестрой в одной из московских больниц.

Думаю, она хороший специалист, всегда советы ее в случае заболеваний конкретны, точны и всегда помогают. И еще я думаю, что она хороший специалист потому, что работает только на четверть ставки и, будь она плохим работником, давно бы уже была уволена по сокращению штатов или под любым другим предлогом. Но как Аня не думает расставаться с больницей, так и та с ней.

Очень долго никак не складывались наши отношения. Аня бесхитростная, прямолинейная, что думает, то и говорит. И на этой почве у них всегда натянутые отношения с Валидом. Ну, а я, сначала невеста, потом его жена, и тень их натянутых отношений, поневоле, касалась и меня. А потом, по прошествии нескольких лет, когда я зрело могла оценить эти отношения, то поняла и ряд причин, не способствующих нашему сближению. Валиду вдруг перестали присылать деньги из университета, стипендия же аспирантов мизерная. Конечно же, Фаиз (а он уже тогда работал), помогал брату. А в их семье и своих экономических проблем масса. Аня почти весь дородовый период лежала в больнице на сохранении беременности и если учесть, что в больницах только штативы бесплатные, то это вылилось в круглую сумму. Потом родилась Настя — очень болезненный ребенок, это тоже постоянные расходы и часть их, уходившая Валиду, конечно же не прибавляла Ане радости.

Вторая причина, видимо в том, что и Валид, и Аня нетерпимы к чужому мнению, решению. И на этой почве у них происходили настоящие словесные битвы. А я, как буфер, между ними. Поэтому при встречах, общении тон официальный, не очень-то родственный.

А в нашей семье отношения теплые, искренние, видна забота и бескорыстие в отношениях. Прибавился в нашу семью Нияз и он таким оказался. И я, несмотря ни на что, очень хотела с Аней более близких, теплых отношений. Аня с Файзом почти ежегодно бывали летом в Сирии. Анюте пришлось много заниматься их большой, 4хкомнатной квартирой. Настя чаще всего бывала у нас, так как в других семьях, хоть она и пыталась играть с детьми, все-таки мешал языковой барьер. А с Дианой все понятно, названия игрушек, действий. Я за Настей ухаживала так же, как за Дианой — умненькая девочка мне очень нравилась.

Аня это, конечно, правильно оценила. Да и я была с нею внимательной, заботливой. Участились наши с нею разговоры по телефону, потеплел их тон.

В последние встречи мы обе были любезны, приветливы, доброжелательны друг к другу, к нашим детям. Теплели наши отношения, теплела моя душа. Мы должны, должны подружиться!

Аня — заботливая жена: всегда вовремя все готово, заботы по дому на ней; бывая на даче, старается оградить Файза от мелких, текучих дел, так построила отношения с родителями, что те создают отличные условия для отдыха зятю.