Чтение онлайн

– Просыпайся, чистая душа, – Зар легонько потрепал девушку по щеке. Но она не спешила возвращаться в сознание.

Зар озадаченно смотрел на неподвижные, словно нарисованные на нижнем веке, золотисто-коричневые ресницы. Он ощущал, как последние секунды до Испытания высыпаются в чашу вечности крупинками песка. Надо было как-то разбудить ее.

Он не может принести ее на руках без сознания. Она должна войти в Испытание добровольно, иначе его не допустят. Но процесс вхождения в небесное измерение в этот раз затянулся. Она не выдержала полутора минут без дыхания и отключилась.

Зар облизнул пересохшие губы и склонился к ее приоткрытым губам, чтобы ощутить поток воздуха от ее дыхания.

– Что ты делаешь? – выдохнула чистая душа прямо ему в губы и изумленно вытаращила огромные серые глазищи, от взгляда которых Зар отпрянул, как от огня.

Света

Она очнулась от теплого потока воздуха, обласкавшего ее сухие обветренные губы. Открыв глаза, она увидела прямо над собой кого-то так близко, что не сразу сообразила, что происходит.

– Что ты делаешь? – прошептала она, утопая в непроглядной черноте, глядящей на нее из чужих глаз. Видение, смазавшись, как фотография в движении, исчезло, открыв ее взору ясное, пронзительно голубое небо, в которое Света некоторое время бездумно смотрела. Последний раз, когда она была в сознании, был поздний вечер. Она возвращалась с вечернего дежурства в больнице домой. Сколько же прошло времени?

В ярком солнечном свете над ней склонился молодой человек примерно ее возраста с беспорядочно спутанными черными волосами, спадающими на лицо.

– Живая?.. – полувопросительно, полуутвердительно произнесли его бледно-розовые тонкие губы и сразу же сжались в упрямую линию. Черты лица юноши были нечеловечески правильными, ни единого изъяна, словно у скульптуры греческого божества. Идеально очерченные черные брови на белой, как алебастр, коже сдвинулись к переносице.

– Сколько времени? – прошептала Света, едва смогла пошевелить губами. – Я должна в восемь утра быть в больнице. Я обещала отнести результаты обследований и карту…

– Если очнулась, вставай, – резко перебил он, поднимаясь и дергая ее за запястье руки, за которое, оказывается, держал все это время. – У нас мало времени.

Света попыталась выполнить приказ, ухватившись второй рукой за ту же руку, которой он сжимал ее запястье. Но едва она приняла вертикальное положение, как земля под ногами качнулась, и к горлу подступила тошнота.

Пришла в себя она на груди незнакомца. Он крепко держал ее за плечи, прижимая к себе и удерживая в стоячем положении.

– Ну же! – услышала она его нетерпеливый голос, в котором сквозило раздражение. Кончики пальцев, которыми она комкала ткань рубашки на его груди, покалывало, как от статических разрядов на пушистом покрывале, и ноздри щекотал уже знакомый запах наэлектризованного воздуха.

Воспоминания обрушились на нее водопадом. Ночь. Тусклый свет фонарей. Высокий незнакомец. Огромные крылья, закрывающие небо… И запах грозы.

– Крылья… – слабо пробормотала она, сама не вполне понимая, чего хочет узнать.

– Да здесь они, – недовольно проворчал он, и Света увидела прямо перед своим лицом ряд длинных черных перьев, плотно прилегающих друг к другу внахлест.

– Теперь-то можешь идти? – он развернул ее спиной к себе и подтолкнул вперед.

Перед ее глазами открылось невероятное зрелище. Под пронзительно-синим небом сверкали на солнце прозрачные ступени лестницы без перил, уходящей в облака. А сквозь них далеко внизу медленно и величественно проплывала земля: зеленые квадратики полей, голубые ленты рек, города, как нагромождение кубиков, леса, как темно-зеленое море, серые пунктиры дорог и паутина проводов, натянутая на спички-опоры. Ее ноги словно приросли к поверхности, и Света застыла, не в силах сдвинуться с места.

– Где мы? – потрясенно прошептала она, игнорируя настойчивые попытки ее спутника подтолкнуть ее вперед.

– Шагай уже! Сколько можно тебя уговаривать? – прорычал он, резко дернув ее за руку так, что она развернулась к нему лицом, и нависнув над ней. Его красивое лицо исказилось от злости, в черных, как ночь, глазах вспыхивали серебристые молнии, и запах озона усилился, обжигая ноздри. Света, вздрогнув, сжалась, обхватив себя руками. Только сейчас она ясно осознала, что красивый парень, касавшийся своим дыханием ее губ, и есть ее пугающий похититель.

– Ты обещал объяснить все позже, – прошептала она, втягивая голову в плечи, но не отводя взгляда от черных глаз без радужки и зрачка. Почему-то ей казалось, что пока она смотрит, он не тронет ее. – Ты так и не сказал, где тебя ранили. Где болит? Я окажу тебе помощь и пойду. Я должна…

– Ты обещала, что сделаешь все, что я прикажу, – рявкнул он, грозно сдвигая брови и чуть приподнимая верхнюю губу в злом оскале. – Я приказываю тебе идти вверх, да побыстрее! Мы опаздываем!

Света резко подалась к его груди и, воспользовавшись его замешательством, вывернула свою руку из его хватки, а затем отскочила на две ступеньки вверх, настороженно глядя на него. Сейчас при свете дня он выглядел совершенно здоровым, лишь встревоженным не на шутку. И эта тревога глодала его изнутри, делая его раздражительным снаружи. Света, хоть и работала в онкоцентре всего год, но уже научилась распознавать это состояние у родителей своих маленьких пациентов. Поэтому и не обижалась на их злобные выпады, понимая, что причина не в ней.

– Скажи мне, что тебя тревожит? – потребовала она, строго глядя на него.

Парень с минуту смотрел на нее волком, словно не понимая, чего она от него хочет. А затем отвернулся и, сжав кулаки до побелевших костяшек, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Света спокойно смотрела на его дыхательные упражнения. Это хорошо, что он умеет совладать со своим гневом. Значит, им удастся поговорить спокойно и понять друг друга.

– Ты обещала мне помощь, – проговорил с нажимом незнакомец, обернувшись к ней и поймав ее взгляд в плен своих черных глаз. – Я спас тебя от смерти. Ты поможешь мне пройти Испытание.

– Испытание? – Света в недоумении нахмурилась.

– Я объясню тебе по пути. Мы должны спешить. Ведь ты не откажешься помогать после того, как я защитил тебя! – он оказался совсем близко и снова нависал над ней, как скала. И слова его совсем не походили на просьбу о помощи, скорее на требование. Но Света видела по его лицу, что он не просто нуждается в ее помощи. Он в отчаянии. Отчаяние и безысходность она тоже за последний год научилась видеть в людях безошибочно.

А отчаяние нельзя оставлять без помощи. Никогда. Иначе может случиться непоправимое. А мама… Что ж, она найдет способ предупредить маму и старшую медсестру на работе. Дело-то похоже не терпит отлагательств.

– Нам туда? – спросила она, указав наверх. Незнакомец, сглотнув, кивнул. И Света, не медля больше ни секунды, бросилась вверх по прозрачной лестнице, теряющейся в облаках. Она бежала со всех ног, не понимая куда бежит. Но свернуть все равно было некуда, края лестницы висели прямо в воздухе. Оттуда только прыгать вниз. Обернувшись назад, она увидела, что ее похититель бежит вслед за ней отставая на пару ступеней.

Она бежала вверх в надежде, что там, наверху, все прояснится. Верить в то, что она умерла категорически не хотелось. Хотя бы по тому, что от быстрого бега вверх по лестнице сердце заполошно колотилось в груди, легкие жгло от нехватки дыхания и кололо в левом боку от непривычной нагрузки. Сколько лестничных пролетов она уже пробежала?