Чтение онлайн

Раф усмехнулся:

– Кстати, о свадьбах… Ты придешь на мою?

– Куда я денусь?

Рауль нашел Лили в саду. Она собирала цветы, чтобы поставить их на стол. Он все еще передвигался с помощью инвалидного кресла, но во время их последнего занятия в тренажерном зале он смог сам простоять около минуты. Он даже сделал три шага. Это был огромный рывок вперед. Пока рано было судить о том, будет ли его состояние и дальше улучшаться, но Лили старалась смотреть на вещи с оптимизмом.

– Ты хотел меня видеть?

– Как и всегда.

Всегда? Но он не предлагает ей «всегда». Он предлагает «здесь и сейчас». И это «здесь и сейчас» очень скоро закончится. Лили изо всех сил пыталась смириться с мыслью, что скоро она поедет домой и больше никогда его не увидит. Ее сердце больно кольнуло. Никогда.

– Доминик знает.

– О том, что я хочу тебя видеть?

– О том, что ты спишь со мной. – Она укоризненно на него взглянула. – Я пыталась это отрицать, но она знает, что я не сплю в своей кровати вот уже целую неделю, поэтому вряд ли мои слова ее убедили.

И это тебя тревожит?

– Конечно, это меня тревожит. Я не какая-нибудь горничная, которая бегает к своему хозяину за порцией щекоток и шлепков. Мне… стыдно, неловко.

– Почему?

Лили бросила в корзину срезанные розы, которые держала в руке:

– Доминик считает, что у этой сказки будет счастливый конец. Думаю, тебе стоит с ней поговорить. Объясни ей, что происходит между нами на самом деле.

Он сжал губы:

Я не обязан объясняться перед своей прислугой.

«Тогда объясни мне. Расскажи, кто я для тебя!»

– Хорошо. – Она срезала еще одну розу и бросила ее в корзину. – Но я не пойду с тобой на свадьбу. Это все слишком усложнит и запутает.

– Я хочу, чтобы ты пошла со мной.

– Почему? – Ее сердце сжалось. – Чтобы доказать всем, что ты не страдаешь из-за Клариссы?

– Кларисса тут совершенно ни при чем.

– Нет, при чем.

Рауль стиснул зубы:

– Я все подготовил. Ты не можешь не пойти.

– Мне нечего надеть.

– Есть.

– Ты что, купил мне одежду? – Лили взглянула на него. – Как ты мог? Зачем ты заставляешь меня чувствовать себя какой-нибудь любовницей или содержанкой?

Его взгляд стал жестче.

– Ты мне не любовница.

– Конечно нет. – Лили гневно на него взглянула. – Я всего лишь твой физиотерапевт, у которого имеются некоторые привилегии.

Я не хочу сейчас об этом разговаривать.

– Отлично. – Она вскинула голову и приступила к поиску следующей розы. – Не хочешь – не надо.

Рауль вздохнул:

– Что с тобой? Почему ты вдруг стала такой… категоричной? Ты ведь знала, на что шла. Я ничего тебе не обещал.

Лили положила розу в корзину. Да, он не давал ей никаких обещаний, но она упорно принимала желаемое за действительное. Пару раз Лили замечала, как он смотрит на нее, думая, что она еще спит. В его глазах было столько нежности и тоски, и она подумала, что, возможно, он откроет ей свое сердце. Но она ошиблась.

– Да, это правда. Ты ничего мне не обещал.

– Давай не будем ссориться, Лили. Пожалуйста… – Его голос смягчился. – Не сейчас.

Лили чувствовала себя просто ужасно. Зачем она тратит их последние часы вместе на ссоры? Он принял решение, и ей придется с этим смириться.

Церковь в Оксфордшире была наполнена ароматом цветов. Рауль сделал над собой усилие и въехал в проход между рядами. Это напомнило ему похороны родителей. Опять этот приторный цветочный запах… Слава богу, хоть хора нет. Он мельком взглянул на Лили, которая сидела на одной из скамей. На ней был купленный им светло-розовый облегающий костюм. Рауль не знал, подойдет ли он ей, но он прекрасно сидел на ее стройной фигуре. Ее волосы были убраны в элегантный пучок. Лили нанесла на лицо скромный макияж, который подчеркивал нежный цвет ее лица, высокие скулы и глубину ее синих глаз. Раф стоял у алтаря и, казалось, немного нервничал. Реми еще не приехал, и никто точно не знал, приедет ли он вообще. Реми есть Реми.

Раф пару раз сглотнул, а потом повернул голову ко входу в церковь:

– Я немного нервничаю.

– Заметно.

Раф посмотрел на Рауля:

– Правда?

– Ты все время теребишь левый рукав. Это тебя выдает.

– Спасибо, что сказал.

Неожиданно на пороге церкви появился Реми и, поправляя свой галстук-бабочку, направился к ним:

– Ну что, ребята, заждались?

– Рад тебя видеть, – сказал Раф.

Реми ответил ему одной из своих знаменитых улыбок:

– Привет, Рауль. Хорошо выглядишь. Уже ходишь?

Рауль криво улыбнулся:

– Почти.

Заиграл орган. Послышались звуки «Канона» Пахельбеля в ре-мажор.

– Вот и невеста… – Голос Рафа прервался от волнения.

Рауль взглянул на Поппи, идущую вдоль прохода. Она смотрела только на Рафа. Ее лицо светилось любовью и восторгом от происходящего. Он почувствовал боль в груди. Увидит ли он когда-нибудь в глазах своей будущей невесты ту же глубину чувств?

– Дорогие возлюбленные, мы собрались сегодня здесь…

Священные обряды являются одной из форм пыток. «Любить и оберегать… В богатстве и в бедности… В болезни и в здравии…» Понимает ли его брат, на что он подписывается? А Поппи? Отношения между людьми могут преодолеть далеко не все. Это слишком – просить кого-то быть рядом с тобой несмотря ни на что. Иногда судьба играет с нами злые шутки. Может ли он попросить Лили пройти с ним через все это? Он не знает, что случится с ним через неделю, через месяц, что уж говорить обо всей жизни. Будет ли честно с его стороны связывать ее обязательствами в столь неопределенной ситуации?

– Можете поцеловать невесту.

Рауль был счастлив за Рафа. Он замечательный брат и заслуживает счастья после всего того, что сделал для Рауля и Реми. Он всегда был для них связующим звеном, жертвовал собственными интересами, а иногда и безопасностью, во имя семьи. Но все же так трудно быть здесь… сидя в инвалидном кресле. Рауль взглянул на жениха и невесту. Раф улыбался так, будто только что выиграл в лотерею. Улыбка Поппи светилась такой любовью, что Рауль даже начал немного завидовать. Он хотел, чтобы его тоже так любили. Любит ли его Лили так же сильно? Стоит ли ему рискнуть и выяснить это?

Зал взорвался аплодисментами, когда жених и невеста шли к выходу из церкви уже как муж и жена. Завершая свадебную процессию, Рауль чувствовал на себе взгляды всех присутствующих. Со всех сторон мелькали вспышки камер, слышались щелчки затворов. Его фотографии завтра напечатают все газеты Европы. От этой мысли ему становилось плохо. О чем он думал, согласившись прийти сюда? Реми справился бы с ролью шафера не хуже, а может, даже лучше, ведь он, по крайней мере, может стоять рядом с женихом. Он взглянул на Лили, проезжая мимо ее скамьи. Она покусывала нижнюю губу и выглядела сосредоточенной, обеспокоенной, неуверенной. Он поговорит с ней позже, когда они будут одни. Он спросит ее, любит ли он его так же, как Поппи любит Рафа. Он должен это знать.

– Я мечтала познакомиться с вами, – сказала Поппи, крепко обнимая Лили. – Раф рассказал мне о том, как вы помогли Раулю. Я не могу описать, как для нас обоих важно видеть его здесь. Мы думали, он не придет. С самого начала он был так категорически настроен.

– Иногда он очень упрям, особенно когда вобьет себе что-нибудь в голову.

Поппи заговорщицки на нее взглянула:

– Это общая черта всех Кафарелли. Поверьте, уж я это знаю. Вы знакомы с Витторио, их дедом?

Нет. Я видела его на церемонии, но мы не разговаривали.