Испытание любви: Его неожиданная истинная
Шрифт:
— Рано ты себя похоронил, Фил! Ты нам еще нужен, – сказал Вальтер, сжимая челюсть. Его слова звучали твердо и решительно.
— Нам еще столько всего предстоит сделать! Мне нужны такие люди, как ты, – добавил он, глядя Филу прямо в глаза. В глазах Фила загорелась радость и благодарность. Он явно был тронут тем, что Вальтер все еще ценит его опыт и преданность.
— Давно я не видел тебя таким, – сказал я, засовывая руки в карманы. Фил добродушно улыбнулся, вытирая глаза, будто бы соринка попала. Но я-то знал, что слова Вальтера растрогали его до глубины души.
— Приятно слышать такое от тех, кого видел еще детьми, – сказал он, как-то по-отечески смотря на нас. В его голосе слышалась теплая забота. К сожалению, отца и матери у меня давно не стало, я был один. Поэтому уровень доверия у меня слишком мал. Я боюсь разочароваться в людях, доверяю лишь самым близким. Только их очень мало.
— Что продаете? – спросил я у Вальтера, осматривая товар. Различные оружия, доспехи, всякая утварь – все блестело и переливалось в лучах солнца.
— Товар делаем сами. Все из горящего железа сразу идет сюда, да и за границу клана. Все хвалят, – с гордостью сказал он, показывая один из мечей. Присмотревшись, я заметил стрелы. Интерес взял верх. Я взял одну в руки, стал рассматривать.
— Слишком тяжелые, – дал я свой вердикт, покрутив стрелу в руке. Она лежала в моей ладони неудобно, слишком массивная.
— Ты так считаешь? – спросил Вальтер, забирая у меня стрелу.
— Да. Медленно пойдут, да и удар будет слабее, чем мог бы быть. Здесь нужно использовать легкое дерево, легкий, но острый металл, – объяснил я, продолжая осматривать товар.
— Хорошо, что мы пришли сюда. Думаю, теперь есть кому заняться этим, – сказал Вальтер, хлопая меня по плечу.
— Ты это про меня? – спросил я, указывая на себя рукой и усмехаясь.
— А про кого еще? Только от тебя можно многое узнать о стрелах, – ответил друг, переглянувшись с Филом.
— Не скромничай, Логан! Ты часами сидел в своей палатке, делая стрелы. Думаю, тут работа пригодится, – добавил Фил, подмигнув.
— Сговорились, – констатировал я, видя их хитрые лица.
— Тебе будет чем заняться, друг! Хватит бегать, ты нужен мне здесь. Ангар в твоем распоряжении, если надумаешь, – сказал Вальтер, идя дальше. Я, поджав губы, пошел за ним, уже предчувствуя ухмылку на его лице.
— Не думал, что мне нравится бегать, – перефразировал я его слова, поравнявшись с ним.
— Думал. Но, как я и сказал, ты нужен мне здесь, а рисковать тобой я не намерен, – твердо ответил Вальтер. В его голосе слышалась забота, которая меня одновременно и раздражала, и грела.
— Все правильно он говорит, Логан. Успеешь еще набегаться. Сейчас надо думать о другом, – поддержал Фила Вальтер.
— Интересно, о чем? – спросил я.
— Границы укрепить надо, да и девок наших беречь. Жена твоя, глава, ребенка носит, тут оберегать надо. Все-таки сын ведьмы и волка, сам понимаешь, каким могущественным он будет, – усмехнулся Фил. Снова образ Серены возник в моей голове. Некрасиво поступил с ней.
А тут тут гложет внутри, что не могу так просто все спустить на самотек. Это чувство было новым, непривычным и оттого еще более тревожным. Закурил, ведь не должен о ней думать. Но она не выходит у меня из головы. Чтобы я не делал. Я должен избавиться от этого наваждения, которое не даёт мне покоя.
Выйдя из рынка, направились по улице, вечерело, мы молча шли, каждый думая о своём.
Внезапно я увидел то, что заставило мое сердце сжаться, а дыхание перехватило. Серена шла рядом с Чаком, в ее руках была корзина. Мои ноги словно приросли к земле. Не этого я ожидал увидеть. Я же говорил ей не ходить с ним! Тогда какого черта она это делает?! Назло мне? Что еще она хотела этим показать? Злость захлестнула меня с головой, затмевая разум. Перед глазами все поплыло от ярости.
— Логан! – Вальтер пытался достучаться до меня, но меня уже было не остановить.
Я шел в их сторону, чувствуя, как внутри все кипит от злости, от дикого, первобытного раздражения, которого я раньше никогда не испытывал. Куда они ходили? Откуда идут? До чего у них дошло?
Я оскалился, когда они, наконец, заметили меня. Серена остановилась, испуганно прижимая корзинку к себе. Не медля ни секунды, я толкнул Чака, зарычав от ярости.
— Я что тебе сказал?! – проревел я, и мой голос был полон угрозы. Чак упал на землю, но я не остановился. Я схватил его за грудки, видя, как в его глазах тоже загорается злость.
— Ты меня не понял, – прорычал я, встряхивая его. Он усмехнулся и толкнул меня в ответ.
— А что? Тут ведьма свободная. Опоздал ты, брат. Я первый узнаю, какая она, – сказал он с гадкой, мерзкой ухмылкой.
Я посмотрел на Серену – корзина выпала из ее рук, а на лице застыл ужас. Злость окончательно поглотила меня. Я ударил Чака по лицу, чтобы неповадно было.
Между нами завязалась драка. Я не жалел его, хотя и сам получал удары. Мне несколько раз прилетело по лицу, но мне было все равно. Слова Чака жгли меня изнутри, заставляя ярость разгораться все сильнее. Каждый удар был пропитан ревностью и собственничеством. Ярость пульсировала в моих венах, превращая меня в дикого зверя, готового защищать свою территорию, свою ведьму.
— Логан! – взревел Вальтер, и несколько волков оттащили нас друг от друга. Я продолжал грозно смотреть на Чака, который был весь побитый и едва держался на ногах.
— В следующий раз за языком следи! – прорычал я, сплевывая кровь, и увидел, как Чак злобно хмурится. Я отпихнул от себя волков, которые пытались меня удержать, разорвал остатки рубашки и отшвырнул ее на землю. Мой взгляд упал на Серену. Она смотрела на меня странно, изучающе, словно увидела в первый раз. В ее глазах читалось не только удивление, но и волнение.
— Кто-нибудь еще хочет сказать что-нибудь про ведьму? Выходите вперед! Живым никого не оставлю! – грозно рыкнул я, обводя взглядом столпившихся вокруг зевак.
— Разошлись все! Это вам не представление! – рявкнул Вальтер, обращаясь к ахающей и охающей толпе.
— Серена, – позвал Вальтер, и она вздрогнула, пошатнувшись и шмыгнув носом. Я сглотнул, чувствуя, как ноют ушибленные костяшки пальцев.
— С Логаном к лекарю! Живо! – скомандовал Вальтер. Я усмехнулся, оскалившись.