Чтение онлайн

Торжественности в собрании не было. То ли из-за того, что их собралось мало, - эдакий клуб для избранных среди власть имущих, - то ли просто никто не думал о внешних эффектах. На экранах - лица тех, кто не прилетел. В основном - люди. Империя и вовсе не допускала до власти тех, кто принадлежал к другим расам, сейчас всё-таки стало иначе...

Декларацию прав народов они почти не обсуждали: всё уже обговорено много раз до последнего слова, Даниелю в какой-то момент стало казаться, что от бесчисленных повторений и редакций слова потеряли смысл и ничего не значат. Сейчас смысл вернулся, он звучал в чужих устах, с разными акцентами... и становился весомым, почти зримым. В простом зале с видом на море переворачивалась страница истории, это было странно и совсем просто, чуть ли не буднично: собрались, роботы налили каждому по бокалу... Сколько их тут, за столом? Хотя бы сорок человек будет?.. 'Все народы Галактики равны перед Создателем и законом', - а за это Галактике пришлось заплатить миллионами смертей и веками страха. И ведь это ещё не конец, одно дело - сказать вслух, объявить, а другое - подтвердить делом, что слова работают и выполняются...

Законы, законы, законы. Что-то придётся оставить из прежнего. Что-то представлено в переделанном варианте. Но жизнь отныне регулируется самими планетами. Они - самостоятельны, они - свободны... и больше нет подчинения, рабского взгляда наверх, оглядки на Столицу при каждом шаге: вдруг там - узнают, не одобрят, запретят. Запрет на владение Силой - в прошлом, как и репрессии против тех, кто хоть что-то умел, даже не будучи обучен, даже если просто родился телепатом. Только таких сейчас двое. Линн и лорд Эльснер. Галактика же вообще знает только об одном Линне, и хватит пока с неё...

Вопросы безопасности. Местные силы - бывшие имперские, перешедшие на сторону победителей. Повстанческий флот, ныне Галактическая полиция: это им - замирять зарвавшихся. Сразу - дискуссия насчёт чистки рядов тех, кто уцелел от имперских вооружённых сил: за столом два повстанческих генерала, К'бар и даль Соль, первый более чем подозрителен по отношению к побеждённым, второй относится поспокойней, но тоже насторожен. Предложение оставить дело на усмотрение глав планет: Галактическая полиция в любом случае не станет подменять собой планетарные группировки и устраивать имперскую систему тотального контроля... Что же до Линна с его владением Силой, то стоит вспомнить древнюю, ещё до Великого Расселения, систему, когда Орден хиннервалей являлся одним из родов войск и неплохо справлялся со своими обязанностями, и пока он не подменил собой государство в Объединённых Звёздах, всё было хорошо... Генерал даль Соль смеётся: Линн во власть не полезет, а когда заведёт учеников, то и им не даст, поскольку, в отличие от хиннервалей эпохи Объединённых Звёзд, у него с головой всё в порядке. Даниель искоса наблюдал за тем, как остальные успокоились. Пусть. Пока и вправду в этом плане опасаться нечего, генералу даль Соль можно верить.

Экономика. Наука. Производство. Финансы. Все прежние связи нужно проверять, выявлять их необходимость, надёжность, подхватывать то, что было. Большая работа, и вовсе не для глав планет, здесь - только общие контуры, и всё равно много...

Он уезжал без облегчения, но с ощущением, что в мире что-то сдвинулось, изменилось, началось, что сейчас он - в силах взять жизнь в свои руки, действовать... и что он не одинок. Впереди складывался путь, трудный, долгий, но - правильный, и по нему нужно было пройти.

***

Когда экран вспыхнул надписью 'Всё пропало' и застыл, - Линн вскочил, кресло шарахнулось назад и опрокинулось, люди в центре связи повскакали с мест. Кто-то случайно встретился с его глазами - и отпрянул: обжигающая боль полоснула почти физически. Дверь распахнулась, ворвался Милорд, легко откинул в сторону тех, кто преграждал дорогу, развернул сына к себе.

– Что? Что ты почувствовал? Говори! Не молчи! Соберись, только ты можешь сказать, что на самом деле с ней! Говори! Да вернись же, вернись!

Взгляд Линна медленно возвращался из далёкой беды в реальность. Вокруг были люди - и ждущая тишина.

– Говори!
– Милорд вдруг понял, что слишком крепко сжимает плечи Линна, что тому больно, но он ничего не замечает... глянул вбок - и опрокинутое кресло само послушно встало на место. Он отпустил Линна, тот почти упал в кресло.
– Ты чувствуешь смерть?

Линн вздрогнул всем телом.

– Нет, - он поднял руку, словно защищаясь от жуткого слова.
– Нет, это не смерть. Она жива.

Замерший центр связи вздохнул и ожил. Милорд опустился на колени перед Линном, бережно взял его руки в свои, не обращая внимания на ошеломлённые переглядывания за спиной.

– Так. Хорошо. Значит, что-то случилось. Просто что-то случилось. Она жива. Да опомнись же. Она жива. Ты сам послал на Аксерат Реджика и Стелли. Они давно уже там, они следят. Они найдут её. Это был только сигнал с браслета. Его могла нажать не она. С ней что-то случилось, браслет не работает, но она жива, и есть передатчик на гравикаре. На 'Скитальце'. И на звездолёте Реджика. Но туда надо добраться. Это сложно. Не сразу. Нужно время. Они разберутся и выйдут на связь. Надо ждать. Надо ждать.

Линн вдруг увидел глаза отца, его тревогу, ожидание - ответа. И как будто прорвало плотину: он ухватился за его слова, слова были - надеждой, ещё не спасением, но - уже надеждой...

– Надо ждать, - тихо повторил он и обернулся к тем, кто стоял вокруг.
– Переключите мне канал связи на личный видеофон... пожалуйста. Я буду ждать сигнала.

Милорд встал, потянул Линна за собой, - тот поднялся из кресла.

– Пойдём. В ближайшее время на этот канал ничего нового не придёт. Нечего тут дежурить.

Дома, - в отведённой Линну квартире в одном из жилых секторов цитадели Столицы, - Милорд остановился возле окна. До боли знакомый холодный пейзаж: высокие башни жилых корпусов, множество далёких окон, казавшихся маленькими, всё подавляюще огромное, рассчитанное на то, чтобы человек чувствовал себя песчинкой, винтиком в махине системы Империи... Не для Линна это. Да и не для тех, кто - с ним. Здесь слишком мало жизни. Они заберут отсюда всё, что требуется для управления Галактикой, и уйдут куда-нибудь в более живые места. Столица была детищем Императора и служила только ему, больше эта махина ни для кого и ни на что не годится...

– Линн...

– Да?

– Ты не сделал одну вещь.

– Какую?

Милорд медленно обернулся.

– Ты говорил, что на Артосе тебе обещали провести регенерацию.

Линн недоумённо смотрел на Милорда. Разве это сейчас важно?

– Ну... да. Однажды попытались, не получилось. Даниель уверяет, что с тех пор они всё довели до ума.

– И ты до сих пор этим не воспользовался.

– Замотался, - признался Линн.
– Как-то не до того. А уж сейчас...

– Именно сейчас, - попросил Милорд.
– На твой видеофон сообщение придёт в любом случае, ты получишь его где угодно.

Линн отвернулся.

– Почему ты теперь об этом вспомнил?

– Потому что там, в центре связи, я взял тебя за руки, и правая была холодной, - просто ответил Милорд.

Линн кивнул. Не нужно его этим казнить, он и так ничего не забудет и себе не простит...

Наутро он уже был в Кер-Сериндате. Даниель приехал сам, - Империи нет, можно не скрываться, и ощущение наконец-то обретённой свободы было резким и всевластным, как холодный ветер надвигающейся зимы. По дороге в клинику Линн в двух словах рассказал о делах с Аксератом, Даниель покачал головой.