Испытание на прочность
Шрифт:
— Луни, прошу сообщить, где вы находитесь? — произнес Туманский.
— Нахожусь в районе десятого модуля. Осматриваю место повреждения. Посылаю картинку изображения с места аварии.
— Нет, ты только посмотри, что она творит. И ведь отказать трудно.
— Только без эмоций.
— Понял.
На мониторе было видно, сколь мощным был взрыв. Луни в этот момент была в нескольких метрах от модуля, и передавала картинку с изображением. В корпусе зияла дыра около двух метров в диаметре.
— Прошу разрешения войти внутрь модуля для детального осмотра места аварии?
— Разрешение даю, только…. будьте осторожны, края могут быть острыми. Не повредите скафандр.
— Вас поняла, приступаю к осмотру.
Изображение стало меняться по мере того, как Луни приближалась к месту взрыва. Торчащие листы обшивки и многослойной системы, которая защищала экипаж станции от космического холода и радиации, были искорежены взрывом. Торчали обрывки проводов, шлангов и трубопроводов. Луни осторожно проплыла внутрь модуля.
— Взрыв произошел в секции, где были установлены системы подачи воздуха. Практически все уничтожено и унесено в открытый космос. Внутри, несмотря на полную разгерметизацию, действует сила тяжести, но не в полной мере. Провожу замеры для выяснения причин возможной аварии.
Туманский внимательно смотрел на экран. Он лихорадочно соображал, что могло вызвать взрыв столь чудовищной силы.
— Расчеты показывают, что взрыв, имевший место на станции, искусственного характера.
— Что значит искусственного? Не понял, поясните?
— Главный компьютер подтверждает мои расчеты, — спокойно произнесла Луни. Масса и объем вещества, которая стала причиной взрыва, не мог быть вызван коротким замыканием и взрывом баллонов. Если бы это было так, сила взрыва не превысила бы пятнадцати процентов того, что произошло внутри модуля.
Эта информация, словно гром с ясного неба, ошеломила Туманского и тех, кто с ним был рядом, ибо слова Луни означали, что имело места диверсия.
— Немедленно возвращайтесь на станцию. Мне надо срочно доложить о происшествии в комитет. Качмарек, следите за траекторией движения станции, а вы, Саймон, проследите, чтобы Луни благополучно вернулась обратно.
— Слушаюсь, в один голос произнесли оба помощника командира.
Туманский отправился в свою каюту, и тут же вызвал на связь Сиранука Синха. Как только его изображение появилось в голографической проекции, Туманский стал быстро докладывать:
— Говорит командир станции, Туманский. У нас произошло чрезвычайное происшествие, взрыв в десятом модуле. Трое погибших, двое раненых. Станция находится в критическом положении. Для выравнивания орбиты запросил помощи на лунной базе. По предварительной оценке имела место диверсия.
— Вы можете сказать, какова степень вероятности потери станции, и есть ли необходимость в эвакуации всех находящихся на борту станции астронавтов и специалистов?
— В эвакуации пока необходимости нет. Мы предприняли кое-какие меры для того, чтобы затормозить быстрый сход с орбиты. Полагаю, что корабли, которые к нам направят в ближайшее время с Луны, позволят скорректировать орбиту и восстановить её первоначальное положение. Меня волнует другое, потеря десятого блока существенно затруднит все работы. Фактически станция разрезана надвое. Переход возможен только через открытый космос.
— Сколько времени потребуется, чтобы восстановить модуль?
— Быстро заделать брешь диаметром в два метра можно, но где гарантия, что не пострадал весь корпус модуля. Могли пойти трещины по периметру. Потребуется не меньше недели, чтобы ликвидировать аварию, но для этого понадобится дополнительная бригада специалистов, оборудование и материалы.
— На чем основаны ваши предположения относительно возможной диверсии?
— Расчеты главного компьютера станции, и…. вычисления о мощности взрыва, которые провел американский образец биоробота…
— Вы что, задействовали её в аварийной ситуации?
— Фактически она спасла станцию от неминуемой гибели. В рапорте я подробно остановлюсь на этом вопросе, а сейчас я хотел бы услышать, как быть, если на станции действительно находится диверсант. Главное непонятно, каковы его цель и задачи.
— Полная замена всего экипажа станции весьма затруднительна, хотя она могла бы решить этот вопрос.
— Лишь на время. Тогда мы потеряем шанс найти, кто это сделал.
— Я понимаю, но в таком случае, мы многим рискуем. Не зная, кто он, и какие цели преследует, мы рискуем людьми и самой станцией.
— Вам решать, я всего лишь высказал свое мнение.
— Хорошо. Я немедленно соберу Совет, а вы держите меня в курсе событий.
— Думаю, что из главного пункта управления уже сообщили вам обо всем происходящем?
— В общих чертах, они еще не знают всех подробностей. Вообще-то странно. Главный компьютер станции должен был дублировать все сообщения на Землю.
— Вот как! Я проверю в чем дело.
— Хорошо. Конец связи.
— Конец связи, — устало произнес Туманский и тут же пошел обратно в командный отсек.
— Что тут у вас? — с порога спросил он Качмарека.
— Луни уже в переходном шлюзе. Ей занимаются сотрудники медико-биологического центра. С Луны к нам летят три корабля. Они будут у нас с опережением на тридцать пять минут, так что у нас в запасе уйма времени.
— Какая к черту уйма времени. Пока они пристыкуются, пока компьютер сделает полный расчет, пока совместят все системы запуска двигателей кораблей и станции, все это займет массу времени.
— Сумито уже три раза проиграл всю ситуацию в тестовом режиме. Все должно получится без особых осложнений.
— Что с пострадавшими?
— Тела двух погибших находятся в открытом космосе. Их местоположение зафиксировано, третий, судя по всему, находится где-то в модуле. Раненым оказана первая помощь. Чувствуют себя нормально.
— Хорошо.
Туманский подошел к центральной панели корабля и, достав карточку личного доступа, покрутил её перед собой, о чем-то размышляя. Потом провел ей через съемное устройство и произнес:
— Даю запрос о срочной перекодировки личного доступа командира и первого помощника командира станции.