Чтение онлайн

Она стояла, сжав губы, смотрела в сторону, а я хлопнул дверью и ушёл, оставив ей квартиру, которая досталась мне тяжким трудом, а с ней и все мечты о счастливой семейной жизни. Ни о каких детях речи уже не шло — мы просто убили всё, что было.

И вот теперь я живу в маленькой съёмной квартирке в двух шагах от метро "Ворон" — одна комната, старый, но крепкий диван, кухня, в которой еле помещается стол, и окно, в которое сквозь ветки деревьев видно Волоколакское шоссе.

Сначала было тяжело, душевно страдал — смотрел в потолок, вспоминал, как Лена улыбалась мне раньше, и не понимал, где мы свернули не туда. Потом стал отходить, привыкать к жизни без неё, без её голоса, без её тепла. Познакомился с Катей — задорной блондинкой с громким смехом и привычкой разбрасывать свои вещи по всей комнате. Она быстро переехала ко мне, будто так и должно быть.

— Стас, ты чего такой хмурый? — спросила она вчера, сидя на диване в моей футболке и болтая ногами.

— Работа достала, — буркнул я, хотя думал не о работе, а о пустоте внутри.

— Да ладно тебе, давай кино посмотрим, — предложила, хлопая ресницами.

— Ну выбирай, только, прошу, не розовые сопли, — сказал я, на что она засмеялась.

— Ой, Стас, ты прям как старик ворчишь, — подколола меня и включила телевизор.

— А ты как ребёнок суетишься, — ответил я, но улыбнулся, потому что её смех всё же разгонял гнетущую тишину.

Нельзя сказать, что я был доволен этими отношениями на все сто — Катя лёгкая, весёлая, но иногда её суета меня бесит. Её "Стас, купи то, Стас, сделай это" звучит скорее, как фон, а вот любви, как к Лене, я не чувствую.

Катя другая, слишком шумная там, где мне нужна тишина, слишком близкая там, где я хочу остаться один. Но пока всё вот так — живём вместе, крутимся, я не гоню её, потому что одиночество гложет сильнее, чем её болтовня...

Дорога тянулась, пробка ползла, я свернул на соседнюю улицу, чтобы объехать, и подумал: "Может, это и есть моя жизнь теперь — "Калина", заказы, Катя и никаких лишних мыслей". Припарковался у метро, мужчина с чемоданом уже махал рукой. Я вылез, хлопнув дверью, и пошёл к нему, зная, что справлюсь со всеми проблемами — как всегда справлялся.

Вторым клиентом в этой смене стал деловой мужчина в строгом костюме. Сидел на заднем сиденье, уткнувшись в телефон. Я попытался завязать разговор.

— Работаете допоздна? — спросил, глядя в зеркало заднего вида.— Ага, — буркнул мужчина, даже не подняв головы.

Я пожал плечами. "Ну и ладно", — подумал. Не всем нужно болтать. Сам не особо люблю пустые разговоры. Но иногда хотелось просто услышать человеческий голос. Не этот вечный гул двигателя, не этот бесконечный шум города, а живую речь.

Следующий пассажир — девушка. Лет двадцати пяти. Сидела молча, уставившись в окно.

— Куда едем? — уточнил я, стараясь звучать дружелюбно.

— На Мининский, — ответила спутница, не отрывая взгляда от улицы.

Кивнул. Молчание. Тишина. Включил радио. Какая-то попса. Выключил.

— Работаете или учитесь? — поинтересовался, пытаясь разрядить обстановку.

— Учусь, — коротко ответила девушка.

Я вздохнул. Ну хоть ответила. Иногда клиенты вообще не реагировали. Как будто ты не человек, а робот. Таксист. Функция.

Потом был парень в косухе. Сел на переднее сиденье. Пахнуло пивом.

— Как дела? — спросил, улыбаясь.— Нормально, — ответил ему. — А у тебя?

— Да вот, с работы. Устал, блин.

Я понимающе кивнул. Наконец-то кто-то заговорил.

— Где работаешь? — спросил у него.

— На стройке, — ответил парень. — Деньги норм, но реально задолбался упахиваться.

Я усмехнулся краешками губ.— Понимаю. Я вот таксист. Тоже не сахар.

Парень засмеялся.— Ну, ты хоть сидишь в тепле. А я и в жару и в стужу — задом наружу.

Посмотрел на него. Молодой. Крепкий. Вся жизнь впереди.

Мигнувший сигнал светофора дал добро на продолжение маршрута.

Я свернул на узкую улицу, чтобы объехать очередную пробку. Вдруг заметил пожарную машину, припаркованную у подъезда жилого дома. Из окон верхних этажей валил чёрный дым, пробивалось пламя.

— Смотри, похоже, пожар, — сказал пассажиру, указывая на дом.

Парень в косухе повернулся к окну.— Чёрт, — пробормотал он. — В последнее время что-то много таких полыхает.

Я насторожился. Метка на левой ладони слегка заныла.

— Ты слышал про тот особняк на окраине? — спросил парень. — Сгорел нафиг весь в рекордные сроки. Говорят, соседи не смогли подойти и помочь — жар стоял адский.

— Да уж, — согласился я из вежливости. — Ничего себе.

— А ещё вчера где-то на Каганке горело, — продолжил парень. — В сети видео смотрел, очевидцы кричат, что огонь сам по себе вспыхнул. Никаких причин.

Я молча слушал. Ладонь продолжала слегка жечь, как будто предупреждая об опасности. Тогда я сдавил руль сильнее, стараясь отвлечься.

— Может, это всё неспроста? — вдруг спросил парень.

— Что именно? — поинтересовался у него.

— Ну, пожары. Может, кто-то специально всё это поджигает?

Я на секунду задумался.— Не знаю. Но если всё действительно так, то зачем? Кому это нужно?

— Вот именно, — сказал парень. — Кому?

Мы замолчали. Я почувствовал, как напряжение в машине нарастает. Метка на ладони продолжала греть ладонь изнутри, как будто напоминая о себе.

— Ладно, хватит страшилок, — сказал парень, ёрзая на сиденье. — Мы почти на месте.

Кивнув в ответ на его слова, свернул к Римскому рынку, где парня уже ждали.***

Я успел развести ещё пару пассажиров и ехал по Мининскому проспекту, когда впереди что-то вспыхнуло. Яркий свет, грохот, крики. Резко нажал на тормоз. "Лада" чуть заскользила по дороге, но я успел выровнять машину.

— Чёрт! — выругался, всматриваясь вперёд.

На перекрёстке столкнулись несколько машин. Картина была как из очень высокобюджетного фильма-катастрофы.

Первая машина — чёрный массивный внедорожник — лежала на боку. Его передняя часть была смята, как бумага, стекла разбиты. Из-под капота вырывались языки пламени, огонь уже начал перекидываться на салон. Воздух дрожал от жара, обжигая лицо даже на расстоянии. Шрам на ладони внезапно дёрнулся, будто в него воткнули раскалённую иглу. Я сжал кулак — боль совпала с всплеском пламени в салоне внедорожника, как будто огонь реагировал на мою метку.

Второй автомобиль — белый седан — врезался в столб. Капот вздыбился, как гармошка, лобовое стекло покрылось паутиной трещин. Водитель — мужчина в кожаной куртке — сидел, склонившись над рулём. Кровь обильно текла по его лицу. Он безуспешно пытался стереть её, но только больше размазывал.

Третья пострадавшая машина — красный хэтчбек — перевернулась на крышу. Колёса беспомощно крутились в воздухе, из бака вытекал бензин. Рядом с машиной лежала женщина. Она не двигалась.

Люди выбегали из своих машин, кричали, звонили куда-то и громко кричали в телефоны. Некоторые пытались помочь, но большинство просто стояли в стороне, снимая происходящее на свои гаджеты.