Чтение онлайн

— Да, — настаивала она.

Росс вздохнул в раздражении. Он заметил решительно вздернутый подбородок, сверкающие глаза, которые вызывали его на продолжение спора. Он увидел все это и решил пока держать рот закрытым. К радости, он увидел, что выражение лица Кати постепенно смягчилось, и уловил в ее глазах, что-то похожее на разочарование.

Ты выиграла битву, любимая Катя, но я выиграю войну.

Имени не было снова, но на этот раз был номер почтового ящика, заметила Катя, когда дрожь возбуждения пробежала по ее спине. Она продолжала считать, что, возможно, этот парень сумасшедший, но это не имело значения. Даже если это и так, у него была нежная душа поэта. Он писал очень романтические вещи и хотел знать ее сны. «О чем они?» — спросила себя Катя. Когда-то она видела много снов. Когда-то она составляла безумные, неисполнимые жизненные планы. Но прошло очень много времени с той поры, когда она позволяла себе мечтать, не говоря уже о том, чтобы воплощать свои грезы в действительность. Она страстно желала именно такого романа — соблазнительного и дерзкого. Следует ли ей написать ему? Росса поразит удар. Даже Дженифер и Мэгги подумают, что она сумасшедшая. Или нет? Ведь именно они заставили ее жить снова, быть немного безрассудной. Может быть, ей следует вспомнить дни, когда она потакала своим капризам, когда светящего солнца было достаточно, чтобы выманить ее на улицу, когда шелест ветра звал ее, и она шла, переполненная радостью. Хотела ли она вернуть те дни? Поможет ли ей письмо к незнакомому человеку?

— Это могло бы быть началом? — прошептала она, рассматривая свое отражение в зеркале. — Просто напиши. И что сказать?

Она могла сказать, что в пятнадцать лет хотела быть актрисой просто потому, что ей нравилось менять роли, что в восемнадцать ей хотелось поехать на археологические раскопки, так как ей нравилось составлять воедино кусочки пропавшей цивилизации. Она могла сказать ему, что до сих пор ее волнует мысль о посещении дальних стран, как бы ей хотелось прокатиться на спине верблюда и осмотреть пирамиды, взобраться на высоченную гору или даже, может быть, спуститься в лодке по речным порогам. Сумасшедшие, невероятные и отважные мечты, особенно для тридцатичетырехлетней матери.

Что будет, если она поделится этими мечтами с незнакомцем? Даже если она раскроет свои самые сокровенные мысли, он не сможет причинить ей вред или посмеяться над ней. Он не имеет никакого представления, кто она и где живет. Все это напоминало детство. Она улыбнулась, когда вспомнила, как ей, когда она была девочкой, хотелось, чтобы у нее был тайный почитатель. Другие девушки в день Святого Валентина получали от своих поклонников, которые были слишком робки, чтобы выказывать свою симпатию, дюжины открыток. Она получила только одну и точно знала от кого, потому что Бэрри Фрэнсис Хэррисон, который был почти на двадцать сантиметров ниже ее, целый день пристально и с надеждой рассматривал ее из-за своих роговых очков и кусал ногти, которые и так были обкусаны донельзя. Бэрри совсем не соответствовал ее представлению о романтическом принце, но она улыбнулась ему, зная, что значит быть одиноким.

Однако те дни давно прошли. В конце концов она с неохотой отложила письмо в сторону. У нее не было времени, чтобы вспоминать о своем прошлом или тайном почитателе потому, что Росс должен был прибыть через двадцать минут, чтобы поехать с ней в город. Он сумел убедить ее, что нет причины, по которой друзья не могли бы провести вечер вместе. Когда она скептически посмотрела на него, в его взгляде сквозила такая невинность, что она была вынуждена согласиться.

Она не имела представления, куда они поедут. Он отказался даже намекнуть ей об этом, но предложил одеться, как обычно.

Она быстро приняла душ, надела джинсы, шелковую рубашку и тяжелый ручной вязки свитер. Она старалась аккуратно наложить косметику, но ее руки так тряслись, что, когда она услышала звонок на входной двери, она нечаянно мазнула голубой тенью для глаз около уха. Ее лицо приобрело причудливое выражение, но она сомневалась, что Росс оценит это. Потребовалось дополнительное время, чтобы стереть и привести все в порядок.

Когда она, наконец, спустилась вниз, Росс помогал Лизе делать домашнее задание. Они спорили над решением математической задачи.

— Позволь мне использовать счетную машинку, — просила Лиза. — Это более простой способ.

— Если ты всегда будешь полагаться на калькулятор, то никогда не сможешь решать математические задачи.

— А мне и не нужно будет, — сказала Лиза самонадеянно. — Я могу всегда носить его в сумочке.

Росс рассердился.

— Тогда ты никогда не попадешь в колледж. Тебе не позволят пользоваться калькулятором на вступительных экзаменах.

— Это не такая уж трудная задача, — проворчала Лиза.

— Ну и реши ее.

Она отдала ему калькулятор и посмотрела на него совсем не по-детски.

— Если решу, ты пригласишь меня и маму на следующей неделе в кино?

— Твоя мать была права, — простонал он. — Сначала я якобы приучил тебя к азартным играм. Теперь ты занимаешься вымогательством. Я оказываю на тебя пагубное влияние.

— Ты возьмешь нас? — упорствовала Лиза.

— Да.

Лиза наклонила голову, и Катя поняла, что она старается скрыть насмешливую улыбку. Математика была любимым предметом Лизы. Она получала по ней самые высокие отметки, начиная с первого класса. Чтобы решить эту задачу, ей также нужен был калькулятор, как он мог понадобиться Эйнштейну. Катя хотела рассердиться на Лизу, но не могла, потому что та была откровенно счастлива, что Росс проявил интерес к ее домашнему заданию. Вид Лизы и Росса, сидящих с опущенными головами над решением задачи, вызвал внезапную волну тепла, разлившуюся по телу Кати. Паул никогда не помогал Лизе с ее уроками.

— Как я понимаю, ты стал жертвой Лизы, — весело сказала Катя.

Росс беспомощно пожал плечами.

— Что я могу сказать? Женщины из семьи Стюарт управляют мной, как хотят.

— В таком случае могу ли я заставить тебя сказать, куда мы направляемся сегодня вечером?

— Боюсь, что нет.

— Может быть, тебе дать взятку?

— Это зависит от того, что ты сможешь дать, — хитро сказал он.

Катя почувствовала, как уже знакомая вспышка желания разгорается в ней.

— Ничего, — пробормотала она, направляясь к двери. — Испеченное Лизой печенье не может соперничать с тем, о чем ты думаешь.

— Я думал, что ты настолько же смела и отважна, насколько и красива, — поддразнил он, следуя за ней.

— Не настолько смела. Кроме того, интересно будет выяснить, смогу ли я подавить свое нетерпение. Я просто подожду, пока мы не приедем туда, куда направляемся.

И она ждала, постукивая пальцами по сиденью машины, что заставляло Росса нервничать вместе с ней. В конце концов, он потянулся и схватил ее руку.

— Достаточно, — сказал он, одаривая ее беспокойной улыбкой. — Мы скоро приедем.

— Почему нужно держать в секрете, куда мы едем? — пробормотала Катя. — Ты что боишься, что я бы не поехала, если бы знала, куда ты меня повезешь?

— Нет. Я просто хочу сделать тебе сюрприз. Я смотрел по телевизору передачу, в которой говорилось, что сюрпризы позволяют сохранить очарование романа.

— Между нами нет романа, — напомнила она ему. — Ты обещал забыть об этом. Мы просто друзья. Ты даже сказал, что я оказываю тебе одолжение тем, что еду с тобой сегодня.

— Так и есть. Я никогда не был там, куда мы направляемся сейчас. Ты поможешь мне не выглядеть дураком.