Чтение онлайн

Виктория Захарова уселась на небольшой диванчик, сложила руки на коленях и выпрямилась.

– Прежде чем мы начнем, Рус, я хотела бы сразу сказать. Мне немного известно, о чем вы с папой спорили вчера. Ты был пьян, может, не помнишь… Но эта тема важная.

Руслан о хорошо помнил все. Но сейчас молчал, ждал, что ему скажут.

– И ты вчера обидел Полюшку. Еще и меня заподозрил не пойми в чем… - мать потупилась, облизала губы и вдруг резко вскинула на него взгляд. – Скажи, разве это правильно?

– Что правильно, мама?

Очевидно, она ждала другой реакции, но он сейчас опустошен, поэтому не будет эмоций. На лице Виктории Захаровой отразилось недовольство, кожа на лбу собралась в складки и снова разгладилась. Она уже другим, тоном произнесла:

– Неправильно то, что твоя бывшая Алена распространяет о нас порочащие слухи. Зачем мне это было нужно? Она сама опорочила себя и попалась с поличным, а теперь еще ищет виноватых? Ты все сам видел все своими глазами, сын. Поверь мне, она лжет и разводит тебя. А я твоя мать и желаю тебе только добра? В конце концов, это просто обидно.

Забавно получалось. Одно слово против другого.

– Как быть с тем, что вы с отцом якобы дали ей денег, мама?

На одну секунду, всего лишь на миг, но что-то метнулось у матери в глазах. Но тут же все исчезло.

– Почему якобы? Что ты такое говоришь, сынок? Конечно, мы дали столько, что должно было хватить за глаза. Но ей же все мало…

– Не надо, - перебил он жестко. – Я навел справки.

Виктория Захарова застыла в растерянности, и тут он увидел мгновенное преображение.

– Ну да! Конечно. Как я могла забыть? Твой отец же ей наличкой дал. Но, видимо, теперь ей показалось мало?

Это было так блестяще сыграно. Он бы поверил. Если бы до этого не был у Алены дома и не виделся с ее мамой.

Сейчас он просто не мог больше продолжать это. Его выворачивало. Сказал:

– Спокойной ночи, мама.

И не стал дожидаться отца, сразу ушел.

***

После ужина Алена пыталась смотреть по телевизору какой-то сериал, но просто тупо пялилась в экран. Мама тоже молчала, и это напряженное молчание давило. Наконец Алена сказала:

– Все, мам, я пойду спать, что-то устала. Ты тоже не засиживайся.

Поцеловала ее и ушла в ванную.

И вот там.

Она уже собиралась принять душ, пришел входящий вызов. Незнакомый номер. Алена осторожно ответила:

– Да?

– Алена, вы не спите?
– низкий мужской голос, она его мгновенно узнала.

Вадим Захаров.

В первый момент Алена, конечно, растерялась. Потом стало накатывать смущение, она с трудом заставила себя выдавить:

– Нет, я не сплю, Вадим Тимурович?

Потом сообразила наконец, что если генеральный директор «Сигмы» звонит ей в половине десятого вечера, то это может быть по работе, а вовсе не то, что она себе напридумывала.

– Что-то… случилось?

Захаров ответил не сразу.

– Нет, - прозвучало немного глухо. – Я просто хотел узнать. С тобой все в порядке?

Алена застыла, прикрывая губы кончиками пальцев. Просочился сладкий холодок в кровь, все-таки просочился. И ничего с собой не поделать, она была над этим не властна. Руки теперь дрожали, а сердце снова растворилось.

– Алена?
– повторил он.

Она закивала, словно он мог видеть, потом очнулась, проговорила:

– Да, со мной все в порядке.

– Хорошо.

Этот его низкий хрипловатый голос. Ее стало заливать волной тех ощущений. Слишком свежо было в памяти все, слишком ярко. Как будто включился внутренний медиатор, настроенный на него. Дрожь побежала от шеи по плечам и позвоночнику. Дыхание сбилось.

Некоторое время висело молчание, было слышно только, как он дышит глубоко и сильно.

– Я… - начал он и остановился.

***

Говорить Вадим не мог, слова не шли, мозги отшибло напрочь. Как подросток. Он хотел спросить, как она. Но нет, он хотел спросить о большем.

«Ты помнишь все? Ты думаешь об этом? Хочешь?! Скажи!»

Потому что сам не думать не мог. Он хотел повторения. Так хотел, что аж горела кровь. Закрывал глаза и снова погружался в это. Нетерпение, мучение ждать до утра, когда он снова ее увидит. Вечность.

Но он не мог выплеснуть на нее сжигавшую его жажду. Не по телефону. Пришлось собраться. И да, он кое-что узнал.

Кое-что важное.

Человек, с которым Вадим виделся сегодня, работал в доме его отца, еще до того, как тот развелся с его матерью. И многое помнил. Разумеется, когда зашел разговор о том, что случилось тогда, и почему произошел тот грязный скандал, ставший причиной развода, он ответил весьма уклончиво:

– Давно было, разве ж я упомню? Пожалейте старого.

По взгляду Вадим понял, что не скажет. Тогда он спросил о другом.

– Помнишь, тогда отец принял нового охранника?

Это было как раз незадолго до того происшествия. Вадиму было тогда шесть лет, но этот момент он помнил. Убрали одного из старых охранников, к которому он привык, и заменили новым. Ему этот мутноватый тип показался неприятным.

Ответ прозвучал неожиданно.

– Почему не помню? Помню.

Мужчина прищурился и отвел взгляд. Тут, конечно, возможен был личный мотив, Вадим хотел уточнить, но мужчина сказал сам:

– Если вы про тот день, то в тот день я видел, как Солнцев говорил с новым охранником и что-то ему дал. Они не знали, что я там рядом, я за гаражом копался. И, кстати, того официанта, из-за которого недавно сыр-бор был, я тоже с Солнцевым видел.

Вадим просто обомлел, как это услышал.

Он до сих пор переваривал и охреневал. Если все так, то это будет война. Но нельзя было очертя голову бросаться обвинениями. Надо было собрать данные, чтобы наверняка.

***

Сейчас он ехал с той встречи обратно. И просто невмоготу стало, необходимо было услышать ее голос. Потому и позвонил.

В конце концов, он все-таки сказал Алене:

– Я кое-что узнал. Но об этом завтра с утра.

Узнал? И потому позвонил ей поздно вечером?