Чтение онлайн

— Ну из этой истории я знаю точно, что даже если мы разбежимся, то он не бросит ребенка, — нервно усмехаюсь я.

— Ты беременна?!

— Нет! Нет! Мама нет! Это просто мои мысли и наблюдения. Нет. Я считаю, что съезжаться то нам рано, а о детях тем более речи нет.

— Он предложил съехаться. Хочет переехать к тебе? Юля запомни: нельзя приваживать мужчину к своему жилью. Уйти всегда проще, чем выгнать. Запомни это.

— Не знаю, мы не обсуждали это. Просто мне с ним хорошо. Очень спокойно. Правильно, понимаешь?

Мама тяжело вздыхает, встает, обнимает меня поглаживая по голове.

— Не нравится мне этот Егор. Как-то у вас все быстро, — она целует меня в макушку и продолжает. — Но, если тебе рядом с ним «правильно», значит это правильно. Главное не отключай разум совсем.

— У тебя получилось поговорить с родителями? — спрашиваю я, болтая с Егором по видеосвязи. У нас не получилось увидеться, поэтому я валяюсь в кровати и смотрю, как мой мужчина готовит себе ужин.

— Нет.

— Ты им не звонил?

— Нет.

— Егор… Это неправильно, понимаешь…

— Не понимаю, — он откладывает нож и подходит ближе к смартфону установленному на подставку. — Юля из меня сделали идиота. Я не понимаю почему должен звонить и мириться первым.

— Я не предлагаю мириться, а поговорить. Это другое.

— А ты с мамой своей поговорила после чаепития? — смотрит на меня ухмыляясь. Вот сейчас удивлю его.

— Да поговорила. Правда через день, когда успокоилась, но поговорила. А сегодня была в гостях.

— Ну молодец. — Егор возвращается к готовке.

— Она нас на блины зовет в четверг.

— Только нас?

— Только нас. Не язви. Поедем?

— Поедем.

— Егор. Я тебя люблю.

— Я тебя тоже.

Разговор выходит ни о чем. Мне кажется он злится на меня. За что? Не знаю, но от этого чувствую себя не уютно.

Юля.

В самолете немного душно. Почти все пассажиры заняли свои места, кто-то закидывает вещи на багажную полку. За два ряда впереди от меня мама успокаивает девочку, которая боится летать. Убираю волосы в хвост и смотрю на свободное сидение рядом. Знаю, что Егор не смог купить билетов на этот же рейс и прилетит завтра утренним, но в глубине души надеюсь, что это пустое кресло забронировано им. Фантазирую, как сейчас дородная женщина в костюме цвета фуксии займет свое место и в проходе я увижу его. Прикрываю глаза, отдаваясь приятной фантазии. Считаю до трёх, сосредотачиваясь на мысли «Хочу увидеть сейчас Егора» и по-детски надеюсь, что эта мантра сработает, что вселенная меня услышит, что мысль станет материальна. Открываю глаза и… О Боже!

— Здравствуй Юленька.

— Здравствуйте Виктор Викторович. — пытаюсь скрыть свое неприятное удивление, но выходит не очень. Этот… Неприятный мать его человек все же решил поехать «поучиться» вместе со мной.

— Чем ты так удивлена? Юля еще чуть-чуть и, я подумаю, что ты не рада меня видеть, — улыбается мужчина.

— Я просто… Просто думала вы в бизнесе полетите, а не в экономе, — выкручиваюсь я.

— Ох нет. Я не настолько мажор, обычный человек и летаю как и все, — значит место все-таки было не для Егора, а жаль. Глупая была надежда. Но так хотелось…

В последнее время навалилось много работы и у него, и у меня, в основном общаемся вечером по видео связи. И разговоры все… Не такие, кажется, что он о чем-то переживает, но не хочет со мной делиться. Меня это огорчает, угнетает и напрягает. Мы договорились об открытости, а у него тайны какие-то от меня. Я понимаю, что его напрягает эта ситуация с родителями, но я же всегда готова его выслушать и поддержать. Ничего завтра увидимся. И я не дам ему… Не дам даже поцеловать себя, пока мы не поговорим честно и лично! Вот и всё. Вот и всё. Вот и всё.

— Юля, ты меня слушаешь?

— А… Простите Виктор Викторович, я задумалась. Волнуюсь всегда немного перед взлетом, поэтому…

— Ты боишься летать?

— Немного, — вру я. — Самое сложное взлет и посадка, а полет для меня проходит нормально.

— Ох, не переживай. Я буду держать тебя за руку. Все будет хорошо.

Вот только не это, но мужчина накрывает мою ладонь своей рукой. Замечательно. Чудесно. Закрываю глаза и отворачиваюсь к иллюминатору. Пытаюсь сосредоточится на чем-то хорошем, что бы было легче игнорировать руку шефа. Вспоминаю, как Егор ласкал меня в ванной, как его сильные руки сжимали мои ягодицы, как он рычал, когда… Толпа мурашек проносится по моему телу. Я не замечаю гул двигателя, представляю, как любимый резко входит в меня, вдавливая меня в кафельную стену. Вместе с этим воспоминанием самолет начинает движение. Толчок в моем воспоминание совпадает с толчком самолета. Я даже вздрагиваю, но из приятных мыслей меня снова вырывают.

— Юля, все в порядке, мы уже набираем высоту. Все будет хорошо. — босс поглаживает меня по руке, я открываю глаза и сдержано улыбаюсь, как бы благодаря за поддержку. Все было бы в порядке если бы ты в бизнесе летел, а я здесь с Егором. Или одна. Или рядом с той женщиной в костюме цвета фуксии. Да было бы нормально даже если бы рядом летела мамочка с младенцем, у которого зубки режутся. Но вот сейчас не нормально, не в порядке.

Самолет выравнивается, набрав высоту. Мы отстегиваем ремни безопасности. Начальник открывает какую-то папку и переключает все внимание на нее, чему я безмерно рада. Достаю наушники и включаю музыку. Дитер Болен и Томас Андерсен поют мне про Атлантику, кадиллак Джеронимо, милую леди и что, ты можешь победить если захочешь. Подборка заканчивается и начинает играть Сплин. Сплин? Открываю проигрыватель. Я не добавляла эти песни. Папка называется «Хочу, чтобы ты послушала». Смотрю свойства папки и вижу, что ею со мной поделился Егор. У нас разный музыкальный вкус. Он хочет поделиться со мной тем, что нравится ему. На душе становится тепло. Я улыбаюсь и слушаю про парня, влюбившегося в ведьму и вылетевшего в трубу, про смерть, которая была так прекрасна, что у автора нет слов, песни на основе стихов Маяковского. Они мне нравятся больше остальных, и я отмечаю их сердечком. Под конец папки появляются песни и других исполнителей. Некоторые из них я знаю: Би-2, Чайф, Алиса. Мне знакомы их голоса, но песни из подборки я ни разу не слышала. Некоторые из них мне нравятся, некоторые нет. Представляю, что сейчас Егор тоже слушает эту папку. Наверное, ему интересно, что я сейчас чувствую и думаю, слушая его любимые песни. Мы далеко, но у обоих в ушах сейчас звучит «Где-ты встречаешь закаты, целуешь рассветы», мы оба улыбаемся, думая о том, что мы далеко и рядом одновременно.

Фу!!! Куда это меня понесло? Взрослая девочка, а в такую ваниль нырнула. Ну ты чего Мельникова? Светка бы сказала, что я ебнулась маленько. И вот здесь бы я согласилась с подругой на все сто процентов. Он скорее всего либо сейчас на турбазе указания раздает, либо вещи собирает. А я тут на фантазировала себе бог весть, что. Да… Влюбленная Юлия Павловна тупеет на глазах.

Заказной автолайн для участников конференции с комфортом подвозит нас к главному входу гостиницы. Мы ожидаем своей очереди к стойке регистрации поддерживая с шефом беседу ни о чем. Кажется, я лишнего себе надумала по поводу этой поездки. Может Виктор Викторович и кобель, но пока дистанцию соблюдает, меня все устраивает.

— Виктор Викторович Вертинский и Юлия Павловна Мельникова. Да бронь подтверждена. Ваш номер 441 на четвертом этаже. Вот ключ.

Девушка в бордовой блузке мило улыбается нам и не понимает повисшего молчания.

— Простите милая… — шеф читает имя девушке на золотистом бейдже, — милая Иолана, какая-то закралась ошибка видимо. Мы бронировали два разных номера.

— Оу, прошу прощения, сейчас все перепроверю. Пару секунд пожалуйста, — девушка, что-то клацает на компьютере, ее лицо совершенно без эмоционально и не отражает ничего. Но вот она снова натягивает на себя вежливую улыбку поднимает голову к нам. — Нет никакой ошибки. Бронь от тринадцатого числа один двухместный номер на Вертинского В.В. и Мельникову Ю.П.

— Алеся… Уволю … — Виктор театрально закатывает глаза, — девушка может быть можно найти свободный номер, моя помощница видимо, что-то напутала

— К сожалению, нет. Все номера заняты. У нас сейчас большая образовательная сессия проходит.

Писец. Вот же гад. Не поверю, что Алеся меня так подставила по своей воле. Это Вертинскй. Только ему могло хватить мозгов на таком клеше из любовных романов, где герой и героиня, питающие ненависть друг к другу, остаются заперты в одном помещении и моментально влюбляются и трахаются.