Исследования в консервации культурного наследия. Выпуск 3
Шрифт:
В процессе исследования нами делались замеры ширины орнаментальной басменной пластины и длинны раппорта, что давало возможность по отпечатку на металле выявить размеры матрицы. При сопоставлении схожих или аналогичных образцов тиснения, в ряде случаев рисунок и размеры матриц совпадают, следовательно, эти образцы идентичны, а значит, сделаны в одно время, в одном художественном центре, возможно, в одной мастерской {57} . Конструкция, декор, стиль и техника изготовления драгоценных окладов икон в различных древнерусских художественных центрах в разное время имеют ярко выраженные отличия. Со временем меняется стиль и вкусы, как заказчиков, так и мастеров-исполнителей иконных окладов, изменялись и технологические приемы, используемые при создании предметов {58} .
57
Подробнее об исследовании техники басмы см.: Игошев В. В. Драгоценная церковная утварь XVI–XVII вв. Великий Новгород. Ярославль. Сольвычегодск. М., 2009. С. 187–192.; Он же. Исследование и атрибуция драгоценного оклада иконы-списка «Богоматерь Владимирская» // Реликвия. Реставрация. Консервация. Музеи. № 21. 2009. С. 30–36.
58
Игошев В. В. Драгоценная церковная утварь… М., 2009. С. 42–47.
Русские иконы в окладах, предметы церковной утвари и храмового убранства попадали в Синайский монастырь разными путями. Многочисленные вклады доставлялись из России от русских царей, духовенства, купцов и других жертвователей синайскими монахами, регулярно приезжавшими по жалованным грамотам за милостыней в Россию {59} . Дары поступали также от русских паломников, посещавших Синайский монастырь. Вероятно, русские иконы в окладах могли быть привезены также из других греческих обителей из разных регионов Христианского Востока. Для более глубокого исследования необходимо изучение, как самих памятников, так и архивных документов по этой теме {60} . Исследование собрания икон позволило выявить хранящиеся в Синайском монастыре русские иконы с деталями серебряных окладов работы греческих мастеров, а также греческие иконы, украшенные русскими серебряными окладами {61} .
59
См.: Россия и греческий мир в XVI веке. Т. 1. М., 2004. С. 163–164; Каптерев Н. Ф. Сношения иерусалимских патриархов с русским правительством с половины XVI до конца XVII столетия // Каптерев Н. Ф. Собрание сочинений. Т. II. М., 2008. С. 65, 70; Дмитриевский А. Путешествие по Востоку и его научные результаты. Отчет о заграничной командировке в 1887/1888 году. Киев, 1890. С. 80; Бантыш– Каменский Н. Н. Реестры греческим делам Московского архива Коллегии иностранных дел. М., 2001. С. 44, 49; 59, 66, 70, 76, 96, 151, 191, 197, 198; Каптерев Н. Ф. Русская благотворительность Синайской обители в XVI–XVIII вв. // Каптерев Н. Ф. Собрание сочинений. М., 2008. Т. II. С. 528; Пятницкий Ю. А. Жалованная грамота 1689 г. монастырю св. Екатерины на Синае // Россия и Христианский Восток. Вып. II–III. С., 2004. 434–450; Чеснокова Н. П. Христианский Восток и Россия. Политическое и культурное взаимодействие в середине XVII века. М., 2011. С. 225.
60
На некоторых иконах с оборота имеются владельческие или вкладные надписи на русском и греческом языках, которые позволят установить имя владельца или жертвователя образа.
61
Например, в Синайском монастыре в приделе Неопалимой Купины имеется русская икона второй половины XVII в. с серебряным чеканным венчиком, изготовленным греческим мастером. В Преображенском соборе на греческой иконе «Великомученица Екатерина с житием» в 1853 г. московским мастером изготовлен серебряный чеканный оклад. На русской иконе «Святая Екатерина» с клеймами из жития XIX в. греческим мастером сделан серебряный чеканный венец. На русской иконе «Богоматерь Казанская» XVIII в. крепится серебряный оклад греческой работы. В храме Живоносного источника имеется одноименная греческая икона, украшенная серебряным чеканным окладом 1872 г. изготовленным в московской мастерской А. М. Постникова. В храме Иоанна Предтечи на басменном венце русской иконы «Богоматерь Иверская» начала XVIII в. прибита серебряная чеканная корона греческой работы.
В XVI–XVII вв. на Синай от русских царей посылались многочисленные денежные вклады, пушнина, моржовая кость («рыбий зуб»), дорогие ткани, серебряные ковши, панагии, митры, иконы в великолепных серебряных окладах, разнообразные предметы драгоценной церковной утвари и облачения. В 1519 г. великий князь Василий Иванович послал на Синай щедрую милостыню: «шестьсот золотых вещами – пушниной и рыбьим зубом» {62} . В 1558 г. царь Иван Васильевич направил в Синайский монастырь архиепископу Макарию посольство с дарами: «рухляди на восемьсот золотых угорских, а сверх того […] шубу соболью под бархатом» {63} .
62
Великий князь послал в Синайский монастырь с двумя старцами, прибывших в Москву от игумена Даниила: «шестьсот золотых вещми, собольми и белкою, и зубом рыбьим, и лисицами». (Россия и греческий мир в XVI веке. Т. 1. М., 2004. С. 163–164; Муравьев А. Н. Сношения России с Востоком по делам церковным. Ч. 1. СПб., 1858. С. 34–37; Каптерев Н. Ф. Сношения иерусалимских патриархов с русским правительством с половины XVI до конца XVII столетия // Каптерев Н. Ф. Собрание сочинений. Т. II. М., 2008. С. 65).
63
Россия и Греческий мир в XVI веке. Т. 1. М., 2004. С. 246.
В 1571 г. царь Иван Грозный послал грамоту синайскому архиепископу Евгению с сообщением о посылке ему с купцом Семеном Борзуновым милостыни на помин души царицы Анастасии – 100 руб. и на помин брата – 50 руб. {64} В 1586 г. была отправлена царская милостыня архиепископу Синайскому Евгению – восемьсот пятьдесят рублей через архимандрита Синайского Мелетия, а также 54 рубля на устройство двух неугасимых кандил «у Неопалимой Купины и над мощами великомученицы Екатерины» {65} .
64
Россия и греческий мир в XVI веке. Т. 1. М., 2004. С. 298–299.
65
Муравьев А. Н. Сношения России с Востоком по делам церковным. Ч. 1. СПб., 1858. С. 166.
В 1593 г. по приказу царя Федора Ивановича с Трифоном Коробейниковым и с дьяком Михаилом Огарковым «ради великого и радостного события, учреждения патриархии в России» была разослана «заздравная милостыня» – «пять тысяч пятьсот шестьдесят четыре золотых венгерских, да восемь сороков соболей и разной другой рухляди» на Святую Землю патриархам и архиереям и для раздачи по обителям, в том числе – и в Синайский монастырь {66} . В 1594 г. несколько русских икон были доставлены в Синайский монастырь Арсением архиепископом Елассонским, который сопровождал патриарха Константинопольского Иеремею, приезжавшего в Россию с целью поставления первого патриарха Иова {67} .
66
На Синай с архиепископом Лаврентием отправлено 40 соболей и 50 золотых, «да ему же с братиею в большой монастырь Преображения, где сам живет, триста золотых да в четыре монастыря около него: Сорока мучеников, Верховных Апостол, Успения и Святых Безсеребряников, по двадцати на каждый, всего четыреста двадцать; а взял их вместо Архиепископа, Архимандрит Синайский Мелетий, при патриархе Софронии, и говорил, что в большом монастыре живут у них сто старцев, а окольных двух, Успения и Сорока Мучеников, по пяти человек братии, а у Безсеребреников и у Апостолов по восьми, всего же в Синайской горе, в пяти монастырях, без отъезда, постоянно живут сто двадцать человек, да в отъезде, на монастырских службах, двести семьдесят четыре старца, всего же братии Синайской до четырех сот человек». (Муравьев А. Н. Сношения России с Востоком по делам церковным. Ч. 1. СПб., 1858. С. 266–267, 276–277).
67
Дмитриевский А. Путешествие по Востоку и его научные результаты. Отчет о заграничной командировке в 1887/188 году. Киев, 1890. С. 80–81.
Щедрые пожертвования направлялись на «Синайскую гору» из России и в XVII в. В 1623 г. патриархом Филаретом Никитичем синайскому митрополиту Иеремии, а также другим представителям греческого духовенства были выданы «по образу в серебряном окладе, по серебряному ковшу, а также – дорогие ткани, соболя и деньги» {68} . В 1624 г. в Константинополе были розданы щедрые пожертвования русскими послами Иваном Кондыревым и Тихоном Бормосовым «за здравие государево» по разным греческим монастырям. В «Синайскую гору» и в прилежащие к ней монастыри подарено 150 золотых {69} . В 1693 году из Москвы с архимандритом Кириллом, в Синайский монастырь были посланы: «5000 рублей золотыми червонцами, образ великомученицы Екатерины в серебряном вызолоченном окладе с венцом из драгоценных камней, Евангелие, обложенное красным бархатом с серебряными евангелистами, и двадцать окладных икон» {70} . Приезжавшие за милостыней в Москву синаиты, как правило, также подносили царю дары: мощи, иконы и другие святыни {71} .
68
Бантыш– Каменский Н. Н. Реестры греческим делам Московского архива Коллегии иностранных дел. М., 2001. С. 44.; Муравьев А. Н. Сношения России с Востоком по делам церковным. Ч. 2. СПб., 1860. С. 10, 12.
69
Муравьев А. Н. Сношения России с Востоком по делам церковным. Ч. 2. СПб., 1860. С. 15.
70
Каптерев Н. Ф. Русская благотворительность Синайской обители в XVI, XVII и XVIII столетиях // Каптерев Н. Ф. Собрание сочинений. Т. 2. М., 2008. С. 536, 546.
71
Например, архимандрит Исаия, прибывший из Синайского монастыря в Москву 15 ноября 1629 г. с рекомендательными грамотами от Восточных патриархов, поднес царю Михаилу Федоровичу мощи святого мученика Сергия и образ Воскресения Господня, поставленный в киоте с затворами. На правой створке киота написан образ Спаса с апостолами, на левой – Богоявление, а на лицевой стороне – Георгий Победоносец. (Бантыш– Каменский Н. Н. Реестры греческим делам Московского архива Коллегии иностранных дел. М., 2001. С. 59; Каптерев Н. Ф. Русская благотворительность Синайской обители в XVI–XVIII вв. // Каптерев Н. Ф. Собрание сочинений. М., 2008. Т. II. С. 526; Викторов А. Е. Описание записных книг и бумаг старинных Дворцовых приказов 1584–1725 гг. Вып. I. М., 1877. С. 15). А синайский архимандрит Паисий в 1635–1636 гг. поднес царю Михаилу Федоровичу мощи Никиты игумена Мидийского (Викторов А. Е. Описание записных книг и бумаг старинных Дворцовых приказов 1584–1725 гг. Вып. I. М., 1877. С. 15–16).
К числу самых ранних русских памятников, обнаруженных в Синайском монастыре, относятся иконы в серебряных золоченых басменных окладах: «Спас Вседержитель» (I), «Архангел Михаил» (II), «Богоматерь Владимирская» (III) и «Митрополит Алексей» (IV). На этих серебряных золоченых окладах прослеживаются традиции новгородского серебряного дела середины XVI в. Оклады этой группы выполнены из серебряных пластин толщиной 0,2 мм.
I. На иконе «Спас Вседержитель» все четыре полосы басмы, закрывающие поля, имеют идентичный рисунок орнамента «древовидного» типа с фигурной формы листками, небольшими дугообразными и закручивающимися в спирали отростками, а также мелкими цветками на гладком фоне (ил. 1) {72} . Ширина полосы басмы – 3,3 см, длина раппорта – 8,7 см.
72
Все фотографии сделаны автором статьи.
Свет этой иконы украшен более мелким и густым растительным орнаментом, состоящим из тонких закручивающихся стеблей с отростками и небольшими стилизованными цветками с округлыми лепестками (ил. 2). Гладкий невысокий рельеф узора почти сливается с фоном, декорированным мелкими полусферами. Басменный узор на свету иконы «Спас Вседержитель» аналогичен орнаменту на большом венце иконы «Богоматерь Одигитрия» первой половины-середины XVI в. из собрания Государственной Третьяковской галереи {73} (ил. 3). На свету иконы «Спас Вседержитель» крепятся две круглые дробницы с чеканными надписями: «I С» «X С», фон дробниц залит ярко-зеленой эмалью.
73
Оклад иконы «Богоматерь Одигитрия». Первая половина-середина XVI в. Россия. ГТГ. Ин. № 12088. ОС 374. Серебро, басма, оброн, эмаль, золочение. Размеры: 20,5 x 25,5 см.
Округлый и «С»-образный в сечении венец иконы «Спас Вседержитель» украшен басмой с узором закручивающихся в спирали стеблей трав, образующих круги, перехваченные двойными колечками. Закручивающиеся стебли трав оканчиваются небольшими трилистниками с пропечатанными на каждом листике цепочками мелких шариков. Между стеблей оттиснуты небольшие рельефные цветочные розетки на гладком фоне (ил. 2). Очень близкий по рисунку и технике исполнения орнамент имеется на свету серебряных басменных окладов новгородской работы середины XVI в. икон пророческого ряда иконостаса Рождественского придела новгородского Софийского собора {74} (ил. 4), а также на серебряном венце иконы «Спас Вседержитель» XVI в. из Троице-Сергиева монастыря {75} .
74
Басма икон пророческого ряда иконостаса Рождественского придела Софийского собора сделана новгородскими мастерами в середине XVI в. (См.: Декоративно-прикладное искусство Великого Новгорода. Художественный металл XVI–XVII веков. Ред. сост. И. А. Стерлигова. М., 2008. Кат. 297. Ил. на с. 520).
75
Т. В. Николаева икону «Спас Вседержитель» в серебряном окладе датирует XVI в. (См.: Николаева Т. В. Древнерусская живопись Загорского музея. М., 1977. № 218. С. 130).
Все части серебряного оклада иконы «Спас Вседержитель» выполнены одновременно. На основании анализа стиля, техники и технологии изготовления басмы и круглых дробниц с чеканными надписями, фон которых залит эмалью, можно предположить, что серебряный оклад иконы «Спас Вседержитель» изготовлен новгородским серебряником в середине XVI в.
II. В ризнице Синайского монастыря хранится образ «Архангел Михаил» в роскошном серебряном золоченом басменном окладе {76} (ил. 5).
76
Н. И. Комашко и Е. М. Саенкова датируют эту икону «Архангел Михаил» из Синайского монастыря последней третью XVI в. (Комашко Н. И., Саенкова Е. М. Русские иконы XVI–XVIII вв. в ризнице монастыря Виссарион Дусик в Греции // Лазаревские чтения. Искусство Византии, Древней Руси, Западной Европы. Материалы научной конференции. М., 2008. С. 196. Илл. 8).
Поля иконы украшает басменный оклад, состоящий из четырех серебряных золоченых пластин с пышным узором крупных цветов-пальметт на гладком фоне, объединенных вьющимся стеблем. Такие пластины стыкуются между собой под углом 45°.
Боковые полосы серебряного оклада иконы «Архангел Михаил» декорированы стеблем, объединяющим стилизованные цветы-пальметты, вокруг которых оттиснуты «горошины» на гладком фоне (ил. 6). Ширина боковой полосы басмы – 4,9 мм, длина раппорта – 12,7 см. Техника и рисунок орнамента тиснения на боковых полях оклада иконы «Архангел Михаил» идентичны узору на басменной горизонтальной полосе шириной 4,9 см новгородской работы середины XVI в., крепящейся внизу икон трехфигурного Деисуса, из иконостаса Рождественского придела новгородского Софийского собора. Идентичная полоса серебряной басмы шириной – 4,9 см. набита также по верхнему краю полей четырех центральных икон из праздничного чина этого же Рождественского иконостаса (ил. 7).