Чтение онлайн

Потому что никакой живности ни под столом, ни под мойкой, ни за холодильником не обнаружилось.

Когда поиски результатов не дали, Ксюша тяжело вздохнула и пошла спать в зал. Брякнулась на диван, не расправляя, накрылась пледом и сразу погрузилась в объятия Морфея.

А утром ее ждал другой сюрприз.

Проснулась она от поцелуя. Понятно, что со своей ненужной лаской полез Кирилл. Но самое удивительное, что прямо перед этим Ксюше снился… Алексей Романович. Он был все также красив как наяву, застенчиво улыбался и держал Ксюшу за руку. Они вместе шли по лугу, освещенному солнцем и полному цветов – синих, красных, розовых, фиолетовых, желтых, и были счастливы. Ксюша ощущала это каждой клеточкой своей кожи.

Вдруг край синего неба потемнел, а солнце спряталось за черную тучу, которая превратилась в морду кота. Тот сверкнул желтыми глазами, и из них полетели молнии. Ксюша сжалась в испуге и прильнула к Алексею, а тот крепко ее обнял и загородил своей спиной, куда молнии и попали. Алексей застонал, но Ксюшу не отпустил, лишь упал на одно колено и сжал зубы. Прошептал: «Не бойся. Мы ис…»

Чертов Кирилл разбудил на этом месте.

– Уйди, – зло прошипела Ксюша, вырываясь и загораживая губы ладонью. Почувствовала, что «дорогой», сидя рядом, шарится под пледом, пытаясь расстегнуть ей брюки, и схватила за эту руку. – Я же просила тебя собрать вещи и уйти, – оттолкнула Кирилла и резко встала.

– Ну-у, Ксюх, ты серьезно? – Кирилл изобразил умильную улыбку сытого суслика, которая надевалась на лицо при извинениях и на которую Ксюша всегда велась, прощая через какое-то время. – Я ведь уже объяснил, что Алиса…

– Я слышала, кто такая Алиса, – перебила его Ксюша и посмотрела на часы, отметив, что как раз успеет помыться, позавтракать и собраться на работу. – Тебе пора, – направилась в ванную.

В этот момент Кирилл вскочил с дивана и схватил ее за руку. Дернул к себе и прижал за талию второй рукой. Снова полез целоваться, с силой вжавшись в губы. А зря! Это еще больше разозлило Ксюшу. Она вывернулась и залепила ему пощечину, а затем добавила и второй рукой.

Сначала Кирилл опешил, выпучил глаза, а затем вспыхнул такой ненавистью, что Ксюша испугалась, что он сейчас ее ударит. Она никогда не видела своего парня таким. Взбесившимся и страшным. Его голубые глаза потемнели, зрачки расширились, что еще больше добавляло им темноты, которая внезапно вылезла наружу. Будто в душе Кирилла творился ад. Еще секунда, и он бы, наверное, пригвоздил Ксюшу кулаком к стене, но сдержался. И было видно, что это далось ему с большим трудом.

– Ни-ко-гда, слы-шишь, ни-ко-гда так не делай, – медленно по слогам произнес Кирилл, разжимая ладони, и быстрым шагом скрылся за дверью спальни.

Ксюша бессильно уселась на диван, закрыла лицо руками и заревела. Соленые слезы широким потоком хлынули из глаз, просачиваясь сквозь пальцы, стекая по щекам и капая на грудь. Несчастная блузка мгновенно стала мокрой и прилипла к бюстгальтеру, неприятно холодя кожу. Но Ксюша этого не замечала, чувствуя только пустоту и ужас. А еще стало жалко себя – ее предали и чуть не избили.

– Мне надо на работу, – одетый Кирилл прошел мимо. – Вечером поговорим, – закопошился в прихожей, а затем хлопнул дверью.

Ни вещей собирать не стал, ни ключей не оставил.

– Сволочь, – прошептала ему вслед Ксюша.

И заголосила, громко всхлипывая. Расслабилась, отпустила себя. Поревела еще минут пять. Затем встала, добрела до прихожей, звякнула защелкой и пошла в ванную. Под струями теплой воды успокоилась, смывая разъедающие кожу слезы. Ни о чем больше не думая, вымыла голову и, вылезая из ванны, посмотрелась в зеркало. Тяжело вздохнула, увидев красные опухшие глаза, и подумала, что так не пойдет, потому что такую «красавицу» коллеги по работе расспросами достанут.

Нужно срочно исправлять!

Пошла на кухню, достала из холодильника альгинатную тонизирующую маску и налепила на лицо…

На работу, в офис на десять столов, перегороженных стеклянными панелями, Ксюша пришла в более-менее приличном виде, надев бледно-лавандовое платье из тонкой шерсти, которое недавно купила. Оно подчеркивало стройную фигуру, выделяя талию, и открывало круглым вырезом шею, делая ту более длинной. Как сказала Наташка в примерочной, а они вместе ходили по магазинам, «это отпад, бери, не думай».

Разделавшись со срочными делами, Ксюша решила прочитать вчерашние сообщения от Кирилла, которые пришли, пока ехала в маршрутке. Только там вспомнила, что забыла включить телефон. Вот послания сразу и посыпались. Пять штук про то, что надо поговорить и не надо глупить. В общем, ничего нового. Кирилл по-прежнему не извинялся, а считал, что Ксюша дура малохольная. Конечно, этого написано не было, но чувствовалось.

О! Еще одно, сегодняшнее.

«Прости меня, идиота. Ласточка моя, я без тебя не могу. Хочешь, я отправлюсь за луной и принесу ее тебе? Я все сделаю, лишь бы ты меня простила. Я ни одну женщину не любил так, как тебя».

Прочитав, Ксюша задумалась. С одной стороны, было приятно, что наконец до Кирилла дошло, что накосячил. Сильно накосячил и вовремя не кинулся исправлять. Лучше бы признался, что изменил, и пообещал… А что пообещал? Ну, хотя бы что Алису бросит, что такое не повторится, и «начнем с чистого листа». Хотя бы так. А с другой стороны, внутри Ксюши что-то надломилось. Исчезло то радостное настроение, с которым она каждый день бежала домой, чтобы увидеть любимого.

– Ксения Андреевна, – окликнула ее подошедшая Элеонора Феоктистовна, дама средних лет. – Вас Алексей Романович зовет, – наклонилась ближе и шепнула. – Чем-то недоволен.

– Да? – переспросила Ксюша. – С чего бы?

– А ты не знаешь? – удивилась в свою очередь Элеонора Феоктистовна, тряхнув желтыми короткими кудряшками, свисающими на полное лицо. – Весь отдел с утра гудит, а ты не знаешь? Про «чем-то недоволен» я вообще-то пошутила, думала ты в курсе. Хм-м, – хмыкнула, рассматривая широко открытые глаза собеседницы. – Ты полдня в облаках витала? Или плакала? – увидела под обильно наложенными тенями розовые веки.

– Нет, – твердо ответила Ксюша. – На работе я работала, а ревела утром. Яичницу жарить начала, а та маслом горячим мне на живот плюнула. Вот такой пузырь вскочил, – показала указательным и большим пальцами кругляш размером с рублевую монету. – Больно очень. Вот и всплакнула, – ни один мускул от вранья не дрогнул. – А что происходит? – задала закономерный вопрос, подбивающий известную в отделе сплетницу к отстрелу новостей.

– Представляешь, вчера никакие дезинсекторы не приезжали, – тут же понизила голос Элеонора, присматривая, куда бы сесть. Не нашла. Зашептала дальше. – И получается, что Алешенька, – с первых дней стала называть нового руководителя отдела уменьшительно, то ли в силу возраста, то ли не нравился он ей, – почти сорвал сроки нового проекта.