Истинная для звёздного адмирала
Шрифт:
– Ты – Первый? – спрашиваю несмело того, кто сидит на алтаре.
– Не похож, маленькая истинная? – отвечает он вопросом на вопрос.
Пожимаю плечами и несмело решаюсь.
– Я думала, ты старше…
Он снова смеётся.
– Я могу быть любым. Я - всё и ничто. Я – частица и целое. Мне просто подумалось, что такой вид тебе привычнее. Так о чём ты хотела поговорить, истинная?
Закусываю губу и решаюсь. Поднимаю руку со сверкающим браслетом вверх.
– Сними с меня это… пожалуйста.
Лицо Первого становится серьёзным.
– Это непросто, истинная. Мне нужны несокрушимые аргументы, чтобы я сделал это. Кстати, твой истинный будет с минуты на минуту. – он к чему-то прислушивается. – Ишь ты, торопится… нарушил всё, что можно нарушить… Итак? – необычные глаза снова упираются в меня. – Говори.
– А можно, чтобы он, - чуть киваю головой в сторону Лайса, - нас не слышал?
Красивые губы Первого снова улыбаются.
– А нас никто и не слышит. Ты ведь ко мне пришла. И говоришь только со мной. Я слушаю тебя, землянка. Ни о чём не думай, ничего не бойся. Просто говори.
И меня прорывает. Он, конечно, всё знает, но я тороплюсь выплеснуть всю свою боль и тоску. По щекам давно текут слёзы обиды и всепоглощающего горя. Растираю их по лицу и говорю, говорю, говорю…
– Адмирал не достоин нас! Освободи меня от истинности! Прошу!
Первый задумчиво кивает и вдруг вскидывает голову.
– А вот и он…
– -----
V7NHUmeE - когда жизнь удалась
Глава 32. Она же финальная.
В храм влетает Ян Тарадис Ал-Тэддис. Его, всегда спокойное, лицо сейчас утратило эту маску. Увидев Первого, он тут же опускается на колено и, как и Лайс, прижимает к груди руку.
– Подойди. – милостиво разрешает Первый Яну.
Он идёт быстро. Сильный, красивый, гордый… и несчастный. Здесь, рядом с Первым я почти не слышу его эмоций, но о них не трудно догадаться. Он смотрит на меня, не отрывая взгляда. О, конечно, он понял, зачем я здесь.
– Эрис, не делай этого! Прошу!
Я не хочу с ним говорить. Моё бедное сердце протестует и пытается задавить разум эмоциями. Собираю крохи последних сил и снова обращаюсь к Первому.
– Ты можешь отпустить меня на Землю?
Он снисходительно хмыкает.
– Боюсь, ты больше не принадлежишь Земле. Ты стала больше, чем алланийкой, нравится тебе это или нет, истинная.
– Тогда освободи меня… - упрямо протягиваю к нему руку со сверкающим браслетом.
Сзади стонет адмирал.
– Нет, Эрис, прошу, пожалуйста… не делай этого! Не надо! Ты нужна мне…
Первый чуть наклоняет голову набок, что-то прикидывая. Какой-то огонёк загорается в его глазах. Он переводит взгляд с адмирала на Лайса и обратно, говорит как-то задумчиво:
– А это может быть интересным… Что ж… Ты свободна в выборе, Эрис! – он чуть повёл рукой.
Запястье, как и душу, обжигает дикая боль. Я прижимаю руку к груди и сворачиваюсь пополам, упираясь лбом в пол. Живой змейкой браслет адмирала соскальзывает на пол. Сквозь гул в голове слышу его горестный стон за спиной.
Боль отступает. Но боль физическая. В душе же бушует протест.
– Позволишь? – спрашиваю у Первого, с трудом выпрямляясь и поднимая взгляд.
Он кивает. Я поворачиваюсь к Лайсу и протягиваю руку.
– Твой браслет!
Лайс с готовностью срывает кружевную полоску с запястья и протягивает мне. Ян бросается к нам и натыкается на невидимую стену.
– Осторожнее, мой мальчик! – усмехается Первый и качает головой. – Не надо. Я не люблю, когда мне мешают. Я дважды был слишком добр к тебе. Первый раз, когда прекрасная Элия прилетала ко мне. Ты предпочёл не услышать меня. Во второй раз я дал тебе шанс. Заметь, уникальный шанс. Но ты оказался не слишком дальновидным и не оценил по достоинству свою истинную. Теперь, будь так добр, не лезь в дела мои. Она довольно страдала. Теперь я даю ей выбор. Не тебе.
Адмирал не слышит и бьёт кулаком в невидимую преграду, не принимая решение Первого. Я беру браслет Лайса. В моих руках его сияние набирает силу. Лайс, как заворожённый, не может оторвать от него взгляд.
Медленно кладу браслет на запястье. Он тут же обхватывает его живой лентой. Лёгкая боль обжигает, и браслет сияет уже во всю силу. Лайс поднимает рукав серебристого комбинезона. На его запястье сияет такой же браслет. Необыкновенно счастливая улыбка появляется на его лице. Он поднимает глаза к Первому.
– Клянусь, никогда не обижу свою истинную.
Первый довольно кивает.
– Ты знаешь, мой мальчик, что следует за нарушением клятв, принесенных мне. Будь очень осторожен. В противном случае, укус рализии покажется тебе раем.
Он указывает взглядом на пол рядом со мной.
– Займи своё место.
Лайс опускается на колени. Первый перекрещивает свои и руки и протягивает нам. Мы подаём ему наши с браслетами на запястьях. Первый чуть прикрывает глаза. Запястье снова обжигает, теперь совсем лёгкая, боль. Чуть выше браслетов истинности проявляется тонкая яркая полоска, сверкающая солнечным светом.
– Благодарю, Первый… - с благоговением выдыхает Лайс.
– Что это? – я не понимаю, что только что произошло.
– Мой подарок тебе, истинная. Вы получили моё личное благословение. Никто никогда не посмеет оспорить то, что произошло под сводами этого храма. Вы – мои избранные. У тебя есть ещё вопросы, истинная?
Качаю головой.
– Нет. Я только хочу сказать спасибо за то, что избавил меня от боли тогда…
Мне даже вспоминать больно. Губы Первого снова растягивает улыбка.
– Я бы сделал это и раньше. Надо было лишь позвать меня и попросить.
Я растеряна.
– Но я не звала…
– Ты – нет, а твой истинный звал. Очень старался.
Оглядываюсь на Яна. Он сдался и сидит на полу, опустив низко голову, безвольно свесив руки. Великого адмирала Ал-Лани, словно все силы покинули. Моё бедное сердце рыдает…
– Ты получила ответы на все свои вопросы. Теперь идите. Мне ещё надо поговорить с твоим вторым истинным.
Но вдруг Первый окликает Лайса и что-то ему говорит. Я не слышу что. Как он так делает?