Чтение онлайн

Это продолжалось долго. У меня не оставалось сил стоять на ногах. Когда дракон закончил, я почти не дышала.

— Ты можешь не обманывать, Садира. Ты шлюха. И тебе нравится, когда я тебя трахаю, — рычал надо мной его голос. 

— Тело не обманешь… 

Он мял мои ягодицы все сильнее, периодически заходя пальцами внутрь. Хотел доказать, что принадлежу ему полностью. 

На письменном столе лежала стопка документов. И не будь я Эвидель, если бы не воспользовалась этой возможностью. 

Моя рука потянулась к перу, и на девственно-белом листе, появились красивые ажурные буквы. Я выводила каждую с особой старательностью. Так же, как он водил языком по моему телу.

Заметив, дракон вырвал лист. И швырнул меня на пол.

— Дерзкая, глупая сука.

Читай дракон. Это мой ответ на все твои вопросы! Пошёл к черту! 

Глава 17

Арсей.

С самого утра я погряз в делах. Гости прибывали один за другим, уже не оставалось сил их приветствовать. А Элиот, который должен был мне в этом помочь, испарился. Это сильно нервировало. Стоило ему попросить меня о помощи, я никогда не отказывал. Но последнюю пару лет, он даже дышать старался мне назло. Я у него трон не отбирал. Да и в целом, правление драконами выматывающие и неблагодарное занятие. Но кого это волнует? Всем плевать, что стоит за титулом правителя, главное - статус. Так и правили бы сами. Каждый сам себе король, неплохой вариант, все счастливы. Я усмехнулся своим же утопическим мыслям и снова склонил голову, приветствуя очередного внучатого родственника моей семьи. 

А вот и мой братец. Лениво пересек зал и подошёл ко мне. 

— Ты где был? — стараясь сохранить лицо доброжелательным, спросил я.

— Отдыхал. Я же не наследник, — поджав губы в злой усмешке, процедил он.

— Элиот, ты меня достал. Стой здесь теперь один, — уже было сорвался с места, но его хитрый и уж слишком довольный взгляд меня остановил.

— Не понял. Что ты сделал? Откуда такое чудесное расположение духа? — вопрошал, наступая на него.

— Отдыхал с бабой. Знаешь, с одной очень дерзкой и непокорной бабой. Было интересно.

Вот же дьявол! Я недовольно вздохнул. Что за детские игрища он устраивает. Я прекрасно понял на кого он намекал, но совершенно не понял зачем. 

— Что ты с ней сделал? Мы договорились, что ты ее отпустишь.

— Не поверишь. Ничего я с ней не сделал. Даю слово, увидишь ее сегодня вечером и удивишься.

Верилось слабо. Но все же в нашей семье своё слово держат .

— Я просил лишь об одном. Не причинил ей увечий? — все же решил удостовериться я.

— Увечий нет. Клянусь.

Он странно рассмеялся. Он просто хочет потрепать мне нервы. Сегодня я наконец получу свою истинную, а Элиот ждёт, что буду думать о наложнице? 

— Смотри мне, если наврал, я тебя казню, после коронации, — решил тоже надавить на больное, такие шутки обычно вводят его в жуткую ярость.

— А ты сначала на престол зайди, а потом поданным угрожай.

Этот обмен братской любовью начинал надоедать. И я, махнув ему рукой, удалился прочь.

*****

Есть одно место, где мне никто не докучает. Тайное убежище великого дракона. И это не огромная сокровищница или пещера, это даже не башня.

Пройдя по крепостной стене, я нырнул сквозь заросли плюща. Потом пролез в небольшое отверстие между стенами, поднялся по обрушенным камням вверх, а потом снова проник сквозь живую изгородь наружу.

Это мое место. С раннего детства. Высота нереальная. Я долго боролся с чувством страха, чтобы сердце не щекотало от любого порыва ветра. Готовился стать настоящим драконом, и когда-нибудь ощутить чувство полёта.

Увидеть здесь ее! Я никак не ожидал! 

Садира с лицом, не выражающим смертельного ужаса, сидела облокотившись на стену и спокойно смотрела вниз! 

Я какое-то время просто стоял, не двигаясь, боясь спугнуть ее своим внезапным появлением.

Падать будет высоко. А летать я пока неспособен. Наконец решился, и тихо кашлянув, известил ее о своим присутствии. 

Она медленно повернула в мою сторону шею. Вежливо кивнула, и снова отвернулась.

Зато теперь я уверен, что Элиот не солгал.

— Садира, что ты здесь делаешь? 

Задав этот вопрос, девушка окатила меня недовольным взглядом. И тут я вспомнил почему. Ошейник. Ограничимся прямыми вопросами.

— Могу ли присесть?

Смотреть в мою сторону явно не собирались. Но лёгкий безразличный кивок последовал.

Я сел рядом, и так же как и Садира облокотился спиной о камень. А она вдруг беззвучно рассмеялась, непонятно по какому поводу.

Я оглядел девушку и снова пришёл в недоумение. Чтобы наложница, вот так просто в подаренном ей роскошном наряде, сидела на земле! Это было очень странно. Обычно единственное, что вызывает у них трепетные чувства, это дорогие вещи. 

Изначально я шёл сюда подумать. Но мои планы рухнули, поскольку сейчас я мог думать только об этой необычной особе. 

Она так и не взглянув на меня, протянула очищенный фрукт. Отлично. Моя рабыня делится со мной едой. Я принял его и поблагодарил.

— Садира, тебя обидел Элиот? Что он сделал? Почему ты здесь и как вообще нашла это место? 

Если бы я мог, я избавил ее от этого ошейника. Мне безумно хотелось побеседовать с этой девушкой. Особенно я был поражен, когда впервые услышал ее смех. Он так сильно отличался от ее голоса, звонкий как свирель. Но к сожалению, мне довелось его услышать всего лишь раз. 

Садира отрицательно мотнула головой. Показывая тем самым, что тему развивать не намерена. 

— Надеюсь, ты сюда пришла не с той же целью, что на озеро?

И тут она оживилась, посмотрела на меня как на дурочка, чуть ли пальцем у виска не покрутила. 

— Хорошо. Я понял.

Хотел сесть поудобнее, облокотившись рукой на стену, почувствовал, как испачкался чем-то липким. 

Я поднялся на ноги и посмотрел на поверхность, к которой имел глупость приложиться не глядя. Садира закрыла ладошками лицо, а ее плечи вновь мелко подергивались. 

— Очень красиво. Я не знал, что ты умеешь рисовать.

На пол стены, белой известковой краской, явно заимствованной со стройки, находившейся неподалёку, был очень даже реалистично изображен леопард. Думаю, на моем черном камзоле, он запечатлен на века. 

Отсмеявшись, она подняла глаза на меня, и прижав руку к груди, откланялась. 

— Было бы некрасиво, я бы тебя наказал! — я еле сам подавил смех.

Она поджала губы и закачала головой, прищурив глаза. Сообщая, что не верит в мою чуткую натуру любителя прекрасного. А зря.