Чтение онлайн

Зрачки дракона сузились и стали вертикальными. Кажется, он явно сейчас говорил не о лишении маня магии и точно не о казни, ну разве что о той, что он произведет самолично, и я умру от наслаждения, причем многократно. Глаза – зеркало души, по ним можно было читать дракона и его желания. Такими же они стали тогда, перед первым поцелуем, и это выдало возбуждение дракона.

– Вы сейчас о чем, господин ректор? – спросила и еле удержалась, чтобы не облизнуть ну или хотя бы не прикусить нижнюю губу.

Пришлось скромно опустить глазки и захлопать ресничками, при этом приходилось сдерживать смех. Как представила, что он видит меня старухой, так чуть не выпала в осадок. Даже стало немного его жаль, соблазнить старушку – это, наверное, в новинку для дракона. Он, конечно, все списывает на приворотное зелье, но… Стоит задуматься…

Ну а если старушка еще и облизываться на него начнет, у дракона будет разрыв шаблонов, и случится непоправимое.

Эти мысли меня точно до добра бы не довели. Потому что смех уже было трудно скрывать. Пришлось отвернуться к окну и даже прикрыть ладошкой рот, чтобы не засмеяться в голос.

В окне увидела снова отражение старушки, и стало еще хуже.

Дракон же молчал по другой причине. Ему точно в этот момент было не до смеха. Как оказалось, нам сейчас вообще нельзя было оставаться наедине. Он с трудом контролировал себя и свои желания.

Поняла это, когда оказалась у него на коленях и снова услышала:

– Ведьма!

Ну а потом вы понимаете, что было. Губы дракона были горячими и жадными, руки – наглыми и проворными, а желание – заразным. Дракон целовал меня так, будто дорвался до живительного источника и не мог напиться.

Не ожидая такого поворота событий, я растерялась и поэтому не сразу сообразила, что нужно поставить его на место. Да вообще мозг отключился, и все шутки отошли на второй план. Дракон разжигал во мне такое ответное желание, что противостоять ему было сложно.

Но когда в пылу страсти почувствовала горячую руку там, где ее не должно быть по правилам приличий, тем более на теле благородной целомудренной девицы, вот тут-то мозг заработал, и я отреагировала, как и подобает той самой девице.

Смогла оторваться от жадных губ дракона и влепить ему пощечину.

Ее свидетелями стали как минимум еще двое. Потому что карета уже остановилась, и нас вышли встречать слуги дракона. И именно в момент, когда моя ладонь смачно впечаталась в щеку дракона, дверь кареты сама открылась, и мужчина и женщина средних лет не знали, куда им деваться.

– Держите себя в руках, господин ректор! Ваше положение не дает вам права вести себя так с подчиненными! – почти кричала я, поправляя корсет и отдергивая подол юбки.

Да, играла на публику и весьма успешно.

– Уймись, ведьма! – процедил тихо дракон.

– А иначе что? Зацелуете до смерти? – с усмешкой уточнила я.

Скосив взгляд на наших зрителей, я увидела, как мужчина-слуга, тот, кто стоял у кареты, скривился от отвращения. И тут меня осенило:

Точно, они же видят старуху на коленях у своего довольно молодого хозяина!

О, представление только начинается!

Решила я и добавила к прежним обвинениям:

– Господин ректор, вот от вас я такого не ожидала, что, мало вам молоденьких девиц? Пустите! Я приехала к вам по делу, а не шуры-муры крутить.

Теперь уже оба наших зрителя были смущены. У женщины щеки были пунцового цвета и явно не от мороза.

Дракон не отпустил, этот гад смог закрыть дверь кареты, даже не прикасаясь к ней, лишь махнув рукой. Этого я не ожидала, но была настроена решительно.

– Ну что, повеселилась за мой счет, ведьма? – прижав меня к себе, спросил разъяренный мужчина.

– Нет, только начала! – таким же тоном ответила я. – И если вы будете мне угрожать, то поверьте, господин ректор, я сумею ответить вам той же монетой!

– О, у тихони Ады появился гонор? – всматриваясь в мое лицо и пытаясь там что-то рассмотреть тихо заговорил дракон. – А я-то думаю, что такое с тобой: целоваться научилась и вообще не то бревно, каким была раньше. Любовника завела себе, ведьма? Кто тот несчастный, который сделал из тебя женщину? Уверен, ему пришлось приложить немало усилий, чтобы найти в тебе хоть что-то привлекательное.

Слова дракона были рассчитаны на то, чтобы задеть девичью гордость и уязвить меня. Но дракон не знал, с кем он разговаривает. Сель бы расстроилась, а вот я рассмеялась прямо в лицо самоуверенному наглецу.

– Завидуйте молча, господин ректор. Если мужчина не смог вызвать в невинной девушке желание, то да, конечно, это она – холодное бревно! А не он никчемный любовник-неумеха! Знаете, что я вам скажу, ректор? Весь секрет в качестве, а не в количестве! Но кому я это объясняю? – запрокинула голову, демонстративно посмотрев вверх. – Спасибо вам, боги, за то, что уберегли от роковой ошибки и избавили меня от такого женишка!

Ответить дракон не успел, одновременно открылись обе дверцы кареты, и в небольшое пространство ворвались холодный ветер и снег. Метель бушевала! Дракон не ожидал такого, и, воспользовавшись моментом, я смогла выскользнуть из его объятий. А потом чуть ли не кубарем вывалилась из кареты.

– Кто посмел?! – рявкнул дракон, выйдя следом за мной.

Ко мне уже подбежали тот самый мужичок и женщина средних лет и помогли мне встать. Ну а я не сдержалась и прокряхтела:

– Ой, чуть не убилась. В мои годы это опасно. Кости-то уже не те.

– Госпожа профессор, все хорошо? – обратилась ко мне женщина.

Мысленно сделала пометку, что прислуга меня знает, а, стало быть, я бывала в этом доме уже. Вряд ли я могла встречаться с домашней прислугой ректора где-то еще.

– Кто посмел открыть двери кареты?! – потребовал ответа у слуг дракон.

Мужчина, на руку которого я опиралась, что-то промычал, отрицательно качая головой, а женщина имела смелость ответить:

– Господин, мы не трогали дверцы кареты, они сами открылись и в первый, и во второй раз. Руши подошел ближе, чтобы помочь леди подняться на ноги. Она же могла повредить себе что-то.