Чтение онлайн

В общем, финские политики под давлением общественности сломались на втором месяце и результаты этого чувствуются даже сейчас.

Одновременно с этим начался "мексиканский проект". Проблема даже не в том, что организатор имел информационное и техническое преимущество - точно знал, кого из наших ученых нужно изъять, и в какой области нужно инвестировать деньги и новые технологии на американском континенте.

Проблема в самой методики проведения операции - когда о ней рассказали мальчишке, он даже удивился - "ну и что здесь такого, у нас все так делают... ".

Эти люди живут в мире с другим подходом к проблемам и с другой этикой, причем, весьма гибкой, как они выражаются "...деловой мужик..."

И что интересно, при всей жесткости решения возникших вопросов, включая физическое устранение мешающих - конечные результаты опять предельно гуманные, включая предоставления работы и хороших социальных условий для рабочих обанкротившихся в результате его действий фирм. Все это сопровождается предельно наглой социальной демагогией и хорошо режиссированными выступлениями лояльной прессы. Как результат, янки оказались перед русским экономическим наступлением в положении финнов. Вот только преференции получили не пострадавшие, а лояльная к "миллитари систем инкорпорейшен" часть политиков и рабочих профсоюзов.

Сейчас мы имеем ту же ситуацию, только на наших фронтах - стоило появиться у них представителям генерала Томаса, как русские отозвав свои, уже не нужные им террор группы, развили максимально бурную деятельность по гуманизации войны и мы, особенно после второго месяца воплей в мировой печати по поводу просочившейся информации о концлагерях и способах окончательного решения восточного и еврейских вопросов, сразу оказались в зависимом, от них, положении.

Мюллер рассмеялся - да, я видел физиономию нашего дорогого партайгеноссе Гейдриха, после того, как он получил переводы из западных газет, это было еще ТО зрелище.

Август 1941года

Вашингтон

Сказать, что Гопкинс был в бешенстве, это значило не сказать ничего - он метался по кабинету перед мрачно сидящим Рузвельтом от стены к стене.

Сволочи - каждый раз, натыкаясь на стену, вскрикивал он - какие сволочи! ... Сборище русских и немецких сволочных свиней! ... Так поступить! ... Так порядочные люди бизнес не ведут! ...

У него были серьезные причины для такого возмущения - политическая карьера десятков уважаемых джентльменов, как республиканцев, так и демократов, включая сидящих в этом кабинете, была развеяна в прах. На горизонте маячил призрак импичмента и хорошо если просто кризиса власти в стране!.....

Сначала непорядочно поступили русские - они во всех контролируемых ими или сочувствующих газетенках напечатали пространные статьи, обильно снабженные фотографиями и материалами по плану "Ост" и окончательному решению "еврейского вопроса". Мало того, что они в этих статьях привели имена, фамилии и пространные характеристики людей, участвующих во вне правительственных контактах между Штатами и Германием, они посмели разместить в этих статьях стенограммы незаконно сделанных, как в процессе переговоров, так и в ходе приватных бесед, между уважаемыми джентльменами на эту тему, магнитных записей.

Не успел хоть немного улечься этот скандал, как новая публикация - мерзавец Дениц ответил, на очень приличное деловое предложение по проводке американских караванов, через швейцарские газеты, изложив условия американской капитуляции и озвучив примерные суммы репараций.

Это вполне можно было бы пережить, если бы в газетах опять не появились стенограммы непонятно кем сделанных, причем в самых неожиданных местах, магнитных записей.

И последнее, только сейчас полученное сообщение из Африки.

Немецкие свиньи во главе с этим бандитом Роммелем, вместо того, что бы как и планировалось уйти из Африки и заниматься своими делами на восточном фронте, не мешая серьезным людям делать бизнес, тайно перебросили через средиземное море танковый корпус с большим количеством гренадеров и нанесли удар по войскам союзников прямо с марша, когда этого никто не ожидал и еще не были завершены проводимые американскими генералами совещания по разделу зон ответственности и влияния между союзниками.

Это был даже не бой - полный разгром; начавшееся в три часа утра безжалостное избиение растерянных и не ожидавших такой подлости американских солдат. Сотни захваченных и сгоревших танков, автомобилей и орудий. Чудовищные материальные потери.

Да еще у этого мерзавца хватило наглости через корреспондентов газет официально предложить американскому правительству обменять пятнадцать тысяч захваченных американских парней на топливо, воду и галеты, мотивируя это тем, что "...немецкая армия находится в очень бедственном положении, хлебы и воды для такого количества непонятно зачем сюда понаехавших американских детей у него нет ...".

И опять в прессе - неизвестно откуда взявшиеся стенограммы магнитных записей высказываний уважаемых людей о том, какое место Томи должны занять в Американском бизнесе в Африке.

Катастрофа была полнейшая! ... Нет, так порядочные люди бизнес не ведут!!...

Прилет Сталина в Киевскую Ставку был как всегда неожиданным и застал всех старших командиров врасплох.

Не успели обе машины, прилетевшие в сопровождении нескольких звеньев истребителей коснуться посадочной полосы, как немедленно, в разные стороны полетели депеши, требующие немедленного присутствия в ставке, по самым различным поводам, генералов и интересных Верховному офицеров.

Сталин, несмотря на использование воздушного транспорта, который он терпеть не мог, прилетел, в сопровождении Жукова и Шапошникова, из Смоленской ставки в хорошем настроении.

Ну вот, смотрите, товарищ Жуков, здесь даже погода лучше чем у вас - он, с удовольствием, пощурился на не по утреннему палящее солнце.

Где находится товарищ Конев - обратился он к встречающему его подполковнику НКВД?

В пятнадцати километрах отсюда на учебном полигоне знакомится с новой бронетехникой. За ним уже выслали автожир - негромко, слегка наклонившись к Сталину, произнес он.

... Ну что же, а мы пока пройдем в штаб и ознакомимся с мнением товарищей по обстановке на сегодняшний день.

В штабе Юго-Западного фронта царила оживленная суета, но без элементов паники.