Чтение онлайн

А, вот дальше, началось самое интересное - если русских, в их зоне влияния, интересовали, в основном, политические задачи и они, опираясь на местных инсургентов, стали строить под своим контролем Новую Германию, с одной из форм социализма, то события в Западной Германии были достаточно не однозначны.

Янки, раздвинув всех локтями, стали вести себя на захваченных территориях как ковбой отобравший курятник у прогоревшего соседа. Причем куры не только должны были нести ему яйца и обеспечивать жаркое на обед, но и хором восторженно кудахтать на тему, какой у них восхитительный хозяин. Иначе кормить не будут.

Да и кормили собственно потому, что, участие этих двух Германий в политическом противостоянии, делало крайне необходимым широкий политический жест.

Причем в результате создания этих двух Германий, запад, а точнее янки, получили страну-военную базу у границы стран Варшавского Блока, напичканную атомными бомбами и в которой западные немцы, полностью неспособные контролировать ситуацию, стали заложниками и живым щитом.

Россия подготовила себе немецкого союзника, которым прикрыла от удара, а скорее даже от культурного проникновения западные границы стран Варшавского блока, но свои основные атомные заряды установила на ракетных носителях, способных достичь территории Соединенных Штатов и разместила на своей территории.

В результате патовая ситуация.

То, что они называли "холодной войной".

... Но ведь в той истории Русские все равно эту "холодную войну" проиграли!?

Мюллер развел руками - в ТОЙ да, потому что, как и Германия, понесли слишком высокие человеческие и материальные потери во Второй Мировой войне и, что не менее важно, не смогли проявить достаточную политическую гибкость и наглость.

Наверно не менее деструктивную роль сыграло отсутствие политической преемственности и прихода к руководству некомпетентных людей.

Канарис согласно кивнул - да уж, в нашей реальности, их в отсутствии политической гибкости обвинить трудно, а уж в отсутствии наглости - тем более.

Но мне, все таки, не понятен внутренний статус Гесты - с одной стороны, он на прямую вышел на вашего агента и, явно импровизируя, дал серьезные авансы и ей и нам, которые потом были подтверждены на самом высшем уровне; а, с другой стороны, нигде в коммунистическом бомонде он себя открыто не проявляет и перемещается явно только в сопровождении сотрудников НКВД достаточно высокого ранга.

... О, мой дорогой друг, это как раз вполне понятно - этот человек опаснейшее политическое оружие. Естественно, что Сталин, который не доверяет никогда и никому, оставил это оружие только для себя лично.

То, что он достаточно свободно передвигается по стране и может принимать решения такого уровня, говорит только о том, что его личная позиция максимально близка позиции Советского Лидера и у них имеется определенная личная договоренность и достаточное взаимопонимание.

Вы сами понимаете - о доверии, на таком уровне, вопрос стоять в принципе не может.

Канарис посмотрел на Мюллера и спросил, и что вы собираетесь делать в отношении вашего агента и этого, провокационного чека?

... В отношении этой дамы ничего враждебного - избавь меня бог. Намек более чем достаточный. Да и я уверен, что мы с ней еще столкнемся при других обстоятельствах и в другой ее ипостаси. Ребенка я уже за счет своих внутренних ресурсов отправил с медсестрой-сопровождающей в Россию через нейтральные страны, по линии "красного креста". Чек, разумеется, во избежание ненужных проблем погашенный, отправил вместе с ними.

Вот вам и пример, нового для русских политического мышления - открытый сертифицированный чек с неоговоренной и необозначенной суммой....

Уникальная наглость - с одной стороны элегантно предложили взятку а, с другой стороны, дали понять, что полностью контролируют ситуацию, в том числе и на другом континенте.

Но, мы ведь собрались не для восторгов над действиями наших русских, предположительных партнеров.

Вопрос о нашем представителе!

Я не могу - слишком контролируемая и заметная фигура. Тогда, кто!? Кому можно доверять в такой ситуации!?

Канарис покачал головой - никому.

Я завтра отправляюсь с инспекцией на восточный фронт.

Надеюсь, что, в крайнем случае, русские меня просто расстреляют, а не будут использовать изыски типа железных ошейников.

Первые дни сентября 1941года

Даунинг-Стрит

Кабинет первого лорда казначейства

Первый лорд казначейства, премьер министр Великобритании был не просто раздражен, он был в тихом бешенстве, когда в его кабинет вошел вызванный Альберт Виктор Александр, первый лорд адмиралтейства.

Господин Александр, как это понимать - русская подводная лодка всплывает в акватории Лондонского Мола и ее замечают только тогда, когда она производит утреннюю церемонию подъема флага!?

Первый Лорд Адмиралтейства, который чувствовал себя в кабинете этого самодовольного аристократа мальчиком для битья, мрачно произнес - Русские по нашей же просьбе срочно доставили запасные части и инструкции по эксплуатации к поставляемым ими аэромобильным локационным станциям.

Черчилль в раздражении постучал по столу - Я знаю, что и зачем они доставили, вы что, не понимаете, такое появление это демонстрация того, насколько русские низко оценивают наш флот!?

Кстати, вы можете сесть.

Побледневший Александр молча сел в кресло.

... Я хочу знать, почему наш флот не обнаружил эту субмарину. Чем, черт подери, они там занимаются?

А если бы это была немецкая подлодка, как бы вы мне объяснили ее торпеды, разрушавшие причалы мола?

Вашему флоту, истекающая кровью Британия, выделяет такие чудовищные средства на переоборудование. Где ваши сонары; что, черт побери, делают ваши акустики; нам что, еще и в дополнение к радарам, выпрашивать у Сталина гидроакустическую аппаратуру.

Наступило неловкое молчание

Черчилль встал и подошел к окну, выходящему на Даунинг-Стрит

Немного успокоившись, он мрачно произнес - Как, все-таки, такое можно объяснить и что это за субмарина, в докладной записке не был указан ее тип!?