Чтение онлайн

— Да, моя наставница, — та покорно склонила голову, — я понимаю.

— Хорошо, — стальной тон её наставницы и Паладина не предвещал ничего позитивного, но Лиара давно привыкла к ней. В конце концов, Кадасла была для неё как мать, воспитывавшая и оберегавшая её всё это время.

Когда настало время возрождения, Лиара с радостью согласилась стать анимагеном. Достаточно пообщавшись с ними ещё будучи новусом, она твёрдо решила, что однажды станет такой же как они. Впрочем, её радость омрачила гибель Аревира и последовавшая за ним бесконечная война за выживание. Не ожидавшая такого поворота судьбы, молодая нот, только-только вернувшая свои способности, была вынуждена учиться многим вещам, которые раньше ей казались такими далёкими и недоступными. Например, её нейге, один из пилотов турболётов, что первыми прибыли на Сарохар, научил её лётному мастерству.

Поскольку Лиара являлась телепатом, ей не суждено было стать Паладином. Однако, заметив её рвение, Кадасла, спустя годы подготовки и после вступления в ряды храмовников, присвоила ей звание Оруженосца.

Они прошли ещё несколько помещений и коридоров, прежде чем добрались до главного зала Оплота. Здесь собирались все действующие Паладины для обсуждения и планирования задач на фронтах и в дальних тылах. Взяв на себя роль главной военной силы нового Храма Ауколисс, эти ноосенсы также являлись и членами Круга Анима, потому имели достаточную свободу действий в Технократии. Руна, запечатывающая створки от прочих, ярко мигнула и пропала, впуская Кадаслу и Лиару в овальную залу с длинным столом. Знамёна с эмблемами Аревирской Технократии, Круга Анима, Храма Ауколисс и Ордена Паладинов всколыхнулись от потока ветра.

— Как всегда первая, — отметил стоящий к ней спиной анимаген в синем плаще-мундире с серебристым подбоем, — даже несмотря на позднее время.

— Приветствую, Прокуратор, — Кадасла приложила кулак к центру корпуса, склонив голову. Лиара поспешила повторить этот жест, — явилась по твоему зову.

— Скоро придут остальные, — Ассур отвернулся от окна, ответив им улыбкой. Его лицо, измождённое долгой борьбой с превосходящим противником, казалось, осунулось и выглядело крайне уставшим. Нахмурившись, Паладин, сделав знак Лиаре оставаться на месте, подошла к нему.

— Полагаю, время пришло? — негромко спросила она, ощущая приближающиеся сигналы сознаний других ноосенсов.

— Именно, — кивнул тот, — час нашего триумфа близок. Осталось лишь завершить начатое.

Кадасла кивнула и, развернувшись, молча проследовала за своё место. Пылкий нрав заставлял её нервничать в предвкушении, но она взяла себя в руки, сложив ладони на груди и откинувшись на спинку высокого резного кресла. «Она так взбудоражена, — с удивлением отметила про себя Лиара, глядя на наставницу, — ещё никогда не видела её такой!» Она много раз наблюдала, как Кадасла хладнокровно и без всяких сомнений бросается в бой, не давая противнику и шанса. Как она могла спокойно вести диалог даже со старыми анимагенами и самим Прокуратором, даже если приходилось спорить. Но лишь две темы могли заставить её снять маску внешнего покоя. Первой была цель уничтожения Дейриера и восстановления справедливости за погубленный мир и старую Оперетту. Кадасла до сих пор винила себя в случившимся. Когда у неё случалось хорошее настроение, она говорила, что всего лишь один миг отделял этот мир спасения. Если бы сомнение не тронуло её сердце, Аревир остался бы прежним. И в периоды, когда она уже не могла держать в себе эту боль, она шла к другому анимагену, которого полюбила ещё будучи человеком. Тенорус Имил, ныне же один из Старших Ауксилиев Круга Анима, занимался делами управления и логистики в южной части города. На нём сейчас лежала ответственность за укрепления и оборону Аполотона со стороны остального кайлитийского материка, потому отдыхать ему тоже не приходилось. Лишь в те редкие моменты, когда Кадасла прилетала к нему, он мог позволить себе отвлечься от дел. Лиара с широкой глупой улыбкой наблюдала за ними из-за лобового стекла гравилёта, удивляясь преображению своей строгой наставницы и Паладина в счастливую, но уставшую женщину в объятиях любимого мужчины. Ей казалось очень романтичным такое трогательное поведение.

Остальные ноосенсы Храма постепенно заполняли зал. Тридцать Паладинов занимали свои места, приветствуя друг друга и Прокуратора. Судя по их поведению, Ассур не позволил им заранее узнать цель собрания, и это немало удивило Лиару. «Видимо, дело особой секретности, раз даже они не знают, — отметила она про себя, украдкой поглядывая на Прокуратора, всё это время стоявшего у противоположного края стола, — но почему? Разве мы не под защитой Конвентума? От кого ему скрывать свои замыслы?»

— Омилума и Роривера нет, — когда все собрались, Ассур, окинув взглядом присутствующих, со вздохом сел на свободное место. В этом месте у него не было привилегий, — они ещё не вернулись с заданий. Впрочем, я полагаю, что вы справитесь и без них. Установите связь с орбитой, — сказал он в передатчик на наручи.

Центральный проектор вспыхнул, распыляя серебристые частицы. Свет зала погас, и они собрались в изображение командного пункта космической станции-строителе, находившейся сейчас как раз над Аполотоном.

— Архитект Норра на связи, — в пустующее помещение, полное пультов и консолей, с шумом вкатилась на кресле рыжая нот, блистающая радостной улыбкой, — Прокуратор, Орден, — она склонила голову, приветствуя их, — я готова!

— Хорошо, — Ассур не смог удержаться от усмешки, глядя на эту жизнерадостную девушку. Даже веснушки Норра сохранила, несмотря на возрождение. Конечно, они были искусственные, но они ей так нравились при человеческой жизни, что она специально вырастила их из маленьких вкраплений «плу» в металле лица, — можем начинать. Итак, как вы знаете, эскадры, отправленные для уничтожения четырёх генералов Хаоса, свои задачи выполнили. «Гидра Сарохара» вернулась раньше всех, но ценой жизни Адмирала Драго Огнехвоста и исчезновения в хроносфере Старшей Ауксилии Ирши. Берендора они уничтожили, хотя и с немалыми потерями. «Огненный хлыст» потерял все корабли и через день вернётся обратно на гравилётах, однако им удалось не только прикончить Стрелка и Химеру, но и вывести из строя мобильную крепость «Искупитель», что сильно облегчит нам удержание восточного фронта. «Сила тщеславия» всё ещё в пути, но сноходцы докладывают, что они давно прошли через «Ледник» и сейчас находятся на подступах к Сарохару. Арги всё ещё там, а это значит, что Лункс успеет добраться до неё раньше, чем она эвакуируется. Рерар поздно понял наш замысел и сейчас сосредоточился на них. И это открывает нам окно возможностей для молниеносного удара по одному из самых сильных его союзников — Соланиса Дейриера.

Когда он произнёс это имя, он ощутил, как напряглись и загорелись гневом их разумы. Каждый из нотов понимал, какое страшное преступление совершил этот новус против человечества. Использовав ноосенсорику чтобы исказить реальность, он погрузил всю планету в Хаос руками своего ученика, желая создать «идеальный» мир. Гибель старого храма и миллиардов людей, исчезновение биосферы и разложение ноосферы, отравление почвы и воздуха — всё это являлось результатом его амбиций. И никто из Паладинов даже не помышлял о пощаде.

— Три новейших транспорта с теми же условиями Конвентума, что использовали эскадры, — Ассур активировал малые проекторы перед нотами, очерчивая на появившихся картах линии, — сегодня полетят напрямую к месту дислокации Дейриера. Из всех генералов Хаоса, он представляет наибольшую угрозу, поэтому я хочу, чтобы отправились… вы все. Весь Орден.

— Старый храм… — прошептала Кадасла, с ошеломлением и болью глядя на точку, куда указывала векторная стрелка их маршрута. — Этот ублюдок использует Великий Храм Ауколис в Умвелотоне как своё логово!

— Сигналы, которые сноходцы сумели уловить, указывают на то, что там же располагается база «Тёмных Голосов», — продолжил Прокуратор, — временная она или нет, но сейчас их там очень много. И среди них также есть ноосенсы.

— Те старшие Воксы, что сумел переманить на свою сторону Дейриер, — недобро усмехнулся один из Паладинов, — они редко выбираются в Пустоши. Должно быть, он придерживал их для финальной атаки.

— Возможно. И практически точно, что клинками они владеют не хуже нас, — заметил Ассур, — не считая самого Дейриера, который отточил собственные навыки и является одним из самых сильных ноосенсов нашего времени. Более того, при постоянной поддержке Рерара, он практически неуязвим в физическом мире и невероятно опасен в псионическом.

— С постоянным давлением со стороны Рерара и без возможности напрямую воздействовать на реальность, у нас мало шансов против такого врага, — хмуро сообщила другая нот, под согласные кивки остальных, — Дейриер не боится нападения и не выставит защитные периметры, но лишь потому что знает, что даже весь Орден не сможет противостоять ему на таких условиях.

— И именно поэтому я тут, — Норра весело махнула рукой, — у нас всё рассчитано, — она провела пальцами по одному из экранов, выводя на проекторы таймер, — через три дня, шесть часов и двадцать минут мы выйдем в точку над храмом ровно на час. Рерар пристально и постоянно следит за ходом строительства «Апофеоза», но, поскольку мы вне ноосферы планеты, он не может знать, чем мы тут занимаемся. Поэтому летите смело — у нас всё схвачено! — добавила она, с довольным видом откинувшись на спинку сиденья.

— Это какое-то оружие? — Кадасла перевела взгляд на Ассура.

— Скажем так — эта информация не должна покинуть Аполотон, — загадочно ответил тот, — возьмите ваших лучших Оруженосцев, на них ляжет ответственность за транспорт и вашу высадку. Дерзайте, Паладины! Ваше время пришло!

***

Ольмир давно озарил эту часть планеты, но свет вниз почти не проникал. Голубая пелена поглощала его, делая небо лишь чуть светлее чем ночью. Красное марево окутывало город. Свет на дорогах Аполотона погас, оставив улицы в полумраке. Оставшиеся на территории разросшегося города электростанции работали на износ — системы охлаждения без воды и азота быстро пришли в негодность, а заменить их оказалось нечем. Нотам приходилось изменять реальность, чтобы поддержать их работоспособность хотя бы ещё на несколько лет. Сейчас же анимагены усиленно экономили электричество, перенаправляя его на заводы и фабрики. Приграничные районы укреплялись и минировались. Горожане перебрались ближе к центру города, оставляя свои жилища. Все понимали, что когда начнётся последняя битва, эти строения падут первыми. А вот вопросом, до какого рубежа Технократии держать оборону задавались все, но ответ знали лишь несколько анимагенов.