Чтение онлайн

Хар скривился.

– Да он всего лишь изменил временные интервалы, большего сделать не в состоянии никакой гений. Уверен, что сейчас Бороб пришел в себя и больше к могильнику никого не подпустит.

– А вот здешние в этом совсем не уверены. Наверху строят далеко идущие планы и этот чертов могильник играет в них далеко не последнюю роль.

Хар громко выдохнул.

– Сколько можно… – начал он.

– В последний раз, чтобы не оставалось никаких неясностей, – успокаивающе произнес Колобок.

Хар тяжело вздохнул. Сил ругаться у него уже не осталось.

– Клянусь, это действительно в последний раз.

Дед выглядел неожиданно плохо. Болел он давно, уже более полугода, но Филипп последний раз видел его около месяца назад и теперь поразился серому, нездоровому цвету лица. Он почтительно привстал навстречу семейному патриарху и лишь досадливо махнул рукой, отгоняя бросившихся к старику живых слуг. Филипп искренне любил деда. Родителей он практически не помнил и именно дед с детства заменил ему и отца и мать.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, усаживая старика в удобное кресло и сам разливая в стаканы кремовый сок, который дед очень любил. И ласково упрекнул его: – Зачем ты прилетел? Надо было вызвать меня, максимум через полчаса я был бы в твоем доме. Случилось что-то серьезное?

Дед молчал, хмуро глядя на него, а потом медленно отпил сок.

– Не хотел говорить о таких вещах по видео, – наконец произнес он негромким надтреснутым голосом. – Расскажи мне про инцидент.

– Какой? – несколько глуповато спросил Филипп. Он не любил выглядеть дураком, но в данном случае в его памяти действительно не сохранилось ничего, заслуживающего внимания.

Дед досадливо мотнул головой.

– У тебя ведь был визитер из Федерального ведомства, так? Когда?

– Неделю назад, – недоумевая ответил Филипп. – Какой-то мелкий чиновник, из Управления контроля. Имел наглость передать мне настоятельные, как он выразился, пожелания своего шефа. О том, что Синдикату следует немедленно отказаться от сделки, сулящей нам полмиллиарда кредиток чистого дохода. Я разумеется послал его, куда следует. Но очень аккуратно, вполне вежливо.

Дед долго смотрел на него, а потом медленно поставил стакан и тяжело вздохнул.

– Кто его тебе представлял?

– Кирхов, мой заместитель.

Филипп, сам не зная от чего, потихоньку начал волноваться.

– Идиот. Ладно, без разницы. Когда у начальника дураки подчиненные, виноват все равно он сам, – медленно произнес дед и закашлялся.

– Да скажи толком, в чем дело?

– Отец тебе разве ничего не рассказывал?

Филипп мотнул головой.

– Дед, ты что, забыл? – тихо сказал он. – Когда отец умер, мне было всего пять лет…

– А письмо? Ты внимательно прочитал то письмо, которое он тебе оставил?

– Прочитал столько раз, что уже не помню сколько. Наверное, выучил наизусть. Но если честно, то толком так ничего и не понял. Сплошные намеки на абсолютно неизвестные мне события. Там же дела давно минувших дней.

Дед вздохнул и отодвинул стакан.

– А Валентино? Твой управляющий, который вел дела до твоего вступления в должность? Неужели он ничего не рассказывал тебе, когда вводил в курс дела?

Филипп развел руками.

– Дед, он же исчез без следа, за месяц до того, как мне исполнилось семнадцать. Ты что, вообще ничего не помнишь? Хотя да, тебя же тогда… Меня буквально выдернули из университета в Дагуле, с третьего курса. А последний раз я его видел за пару лет до этого.

Дед мрачно вздохнул.

– Да, моя вина… Ты не виноват. Но кто же мог знать!

Он опять закашлялся, а потом горестно покачал головой. Филипп с изумлением смотрел на него.

– Ты знаешь, что скикар этого, как ты его назвал, мелкого чиновника, на обратном пути обстреляли?

Филипп пожал плечами.

– Мне говорили о каком-то незначительном инциденте. Наверное, одна из молодежных банд. Могу узнать точно.

– Какой теперь толк, – безнадежным тоном бросил дед. – Может и узнаешь, что это была совсем не банда. Как, это будет ценная информация?

– Дед. Скажи наконец – при чем здесь Семья? Я ничего не понимаю.

Дед внимательно, в упор, посмотрел на него.

– Ты можешь отказаться от этой сделки?

– Нет, – мотнул головой Филипп, стараясь не выдавать своего изумления. – Мы получили у консорциума объединенных банков огромный задаток и практически весь разместили его. Свободных средств в таком объеме у Семьи сейчас нет.

– Откажись.

– Это невозможно, дед! Ты же сам прекрасно знаешь. Штраф составит сумму договора в десятикратном размере! Организация очень долго не оправится от такого удара. Маямото и Карриган только и ждут, чтобы вытеснить нас и перехватить это дело.

Дед покачал головой и горестно вздохнул.

– Тебя элементарно подставили, парень. Подставили как маленького, хотя тебе давно уже не пять лет… Да они на милю не подойдут к этой трясине! Да, моя вина. Если бы я был здоров и узнал об этом раньше… Да что толку теперь зря сотрясать воздух. Поздно.

– Что поздно? Да объяснишь ты наконец мне все толком?

Дед покачал головой.

– Я, конечно, все равно буду пробовать достучаться в никуда, но теперь это вряд-ли что-нибудь даст. Слушай меня внимательно. Первое. Я уезжаю немедленно и забираю внуков с собой.

– Но завтра у нас годовщина… Ты разве не будешь здесь?

– Нет. Второе. Отправь жену подальше, отмени прием и срочно покинь планету. Лучше всего сделать это сегодня, до наступления ночи.

– Ты сошел с ума! – Филипп изумленно смотрел на деда. – Я не могу это сделать!

– А если я тебе скажу: здесь будет ад! – он постучал ногой по полу. – Разверзнется твердь земная и небесная! Прольется огненный дождь и очень многие больше никогда не увидят солнца. Ты и тогда будешь, как упрямый баран, топтаться на одном месте?

Филипп мотнул головой и произнес уже тише:

– Что скажут мои люди, дед? Что я испугался тени? Да после такого на меня будут плевать все уличные зеваки!

Дед внимательно посмотрел на него.

– Лучше мертвый лев, чем живая собака?

– Да! – с вызовом ответил Филипп.

– Может, ты и прав, – со вздохом ответил дед.

– Мирана останется со мной. Она настоящая жена и никуда не улетит.

– Решай сам, теперь ты глава семейства. Но внуков я забираю немедленно. И попробуй только сказать мне нет! – закончил он с неожиданной силой. Глаза старика гневно блеснули и на миг Филиппу показалось, что перед ним стоит прежний и грозный Дон.