Истинные поневоле, или Тайны Мерцающего мира
Шрифт:
– Тебе может стать нехорошо, – предостерегла меня Люсина, когда мы вышли из машины.
– Предки заперты в Химере, они хотят туда, – отец бросил взгляд на небо. – К своим. Но не могут уйти, они вынуждены быть здесь, оберегать Иллирион.
– Это великая честь и проклятье, – кивнула Люсина.
И вот надо было тащиться сюда. Я бросила на своих спутников неодобрительный взгляд.
– Раз бывших носителей скопилось так много, – я коснулась рукой своей груди. – Почему бы некоторым просто не свалить, решив все мои проблемы.
– Не думаю, что, когда создавали Химеру, кто-то подумал об этом, – с некоторой толикой печали ответила Люсина.
– Какой милый побочный эффект, – скривилась в улыбке я.
Надо же было мне попасться на этот крючок в переломный момент. С другой стороны, моя жизнь была не просто обычной, она была никакой… А теперь я как будто стала самым важным человеком в Иллирионе. Кто знает, что будет через год?
Мы двинулись в сторону белоснежного храма. В последний раз я тут была, когда мы с Дариусом клялись друг другу в вечной любви.
Отец открыл дверь, пропуская нас с Люсиной внутрь. Меня тут же замутило от тяжёлого запаха трав, которые тут жгли круглосуточно. Но ничего такого о чём говорили мой отец и мать Лиордана я не ощущала.
Высокие колонны подпирали голубой потолок с искусно нарисованными там замками и дворцами, парящими среди облаков. Именно так представляли то место, куда уходят души в Иллирионе, перерождаясь в предков. Именно туда не могли попасть те, кто были заперты в Химере. Значит и я не смогу, однажды став одной из тех, кто будет беречь мир живых…
Людей почти не было, отец придерживал меня за локоть, будто бы боялся, что я исчезну. Я терпела его поведение, понимая, что все мы на нервах в последнее время.
На секунду я остановила глаза на футуристической статуе – сотни тел, сплетённых в единое целое. Скользнула взглядом по жутким улыбкам на лицах, навсегда увековеченных в камне. Подобные религиозные символы Иллириона всегда вызывали во мне лёгкую настороженность и желание держаться подальше. Это сложно было объяснить, подобны ощущения возникали скорее на уровне инстинктов.
Отец повёл меня дальше, и мы вошли в небольшую комнатушку.
– Жрец Мейлор, – отец склонил голову перед черноволосым эльфом, одетым в красную рясу. – Доброго вам дня.
Мейлору было не более сотни лет, относительно молодой возраст для эльфа. Именно он принимал наши с Дариусом клятвы год назад. Я вспомнила, что он выражал желание и поженить нас, когда придёт время.
– Приветствую вас, – кивнул жрец, мазнув по нам ничего не выражающим взглядом.
Его руки перебирали ненавистные мне свечи, ища особо вонючие, не иначе.
– Кх-м, – отец неловко кашлянул. – Мы хотели мы разорвать помолвку моей дочери и наследника клана волков.
Жрец поджал губы, кинул на нас пронзительный взгляд, но промолчал, продолжая перебирать свечи. Он показался мне странным, кажется, прошлый раз он был поприветливее.
– Это нужно сделать немедленно, – вмешалась Люсина, поджав губы.
По ней было видно, что находится в храме ей неприятно. Но сама ведь захотела сюда притащиться.
Пальцы Мейлора отпустили свечи, одна из них покатилась и упала со столика, но он даже не отреагировал. Я склонилась и подняла её из вежливости, положив на место.
– Какие у вас причины? – глаза эльфа остановились на мне.
В нём точно что-то изменилось с прошлого раза. Взгляд был безжизненный и пустой. Видимо, не только у нашей семьи тяжёлые времена…
– А вам нужно озвучивать причины? – возмутилась Люсина, подходя ближе и глядя на жреца с нескрываемым недовольством.
– Мне нужно что-то указать в талмуде, – пожал плечами Мейлор. – И где вторая сторона?
– Второй стороны не будет, мой жених спал с другой женщиной, мы больше не вместе, – вмешалась я, решив, что лучше уж ответить на все его вопросы, чем задохнуться от запаха трав.
Мейлор медленно подошёл к стеллажу позади себя, нашёл там какую-то книгу и внёс записи.
– Прошу следовать за мной, – обратился он ко мне.
Я кивнула, направляясь на выход из комнаты вместе с эльфом. Отец и Люсина пошли за мной.
– Только девушка, – обратился к моим спутникам жрец.
– Зачем? – подбоченился отец, окидывая жреца подозрительным взглядом.
– Мы должны провести ритуал очищения, градоначальник, – спокойно пояснил жрец.
– Пусть отец пойдёт со мной, – попросила я Мейлора.
– Только градоначальник, – эльф кинул на Люсину взгляд.
Она поджала губы, но кивнула.
Мы с отцом последовали за жрецом, переглянувшись. Должно быть Мейлор недоволен тем, что пришлось разорвать благословлённый им союз? Можно подумать, я такая первая. Очень в этом сомневаюсь.
– Прошу, – эльф открыл дверь, ведущую в небольшую комнатку. Я заглянула и увидела небольшой бассейн, наполненный зелёной водой.
– Что это? – нахмурилась я, заходя внутрь.
– Слёзы предков? – спросил отец, тоже заглядывая в комнату.
– Девушка должна смыть с себя позор, – пояснил жрец. – Умывшись однажды слезами предков, она взяла на себя обязательства. Теперь же хочет снять их с себя.
– Какой ещё позор? – рассердилась я. – В чём мой позор?
– Мора, давай просто сделаем это, чтобы Люсина отстала, – раздражённо попросил отец, кидая на жреца недовольный взгляд.
– Что нужно делать? – обратилась я к Мейлору.
– Совершить омовение.
– Что прямо раздеться? – возмутилась я, глядя на бассейн.
Вода казалась чистой, но вот лезть туда голой совсем не хотелось. Что за бред?
– Позор можно смыть лишь представ перед предками в первозданном виде, – на лице эльфа не дрогнул ни один мускул в ответ на моё возмущение. Он казался даже отстраненнее Эльнариила. В нём как будто не было даже искры жизни.
Я поумерила свою фантазию и произнесла:
– Выйдите, я быстро сделаю то, что требуется, и уедем домой.
Жрец протянул мне желтоватый лист с узорами по краям. Я инстинктивно взяла его и увидела что-то похожее на молитву.
– Это ещё что? – отец сделал шаг внутрь, взял у меня из рук лист и критически осмотрел его. – Ей нужно молиться?