Чтение онлайн

Затем Лазарь протянул Садоку и Анне руку, и душа его отошла в обитель праведных.

Когда первые люди за свою вину были изгнаны из рая и благочестивый Авель пал от руки своего брата, Ангел предстал пред Богом и сказал:

— Приговор смерти произнесён на земле, и человек подтверждает, что он достоин своей участи. Даруй же мне власть пересоздать некоторые твари ему на погибель.

Бог даровал Ангелу такую власть.

Ангел слетел на землю и приступил к делу. Льву он дал страшные когти и жажду крови. Тигр и леопард, до тех пор мирно пасшиеся с овцами, приобрели один — полосатую шкуру, другой — пятнистую, а вместе с ней и ненасытную жажду крови. Коршуны и орлы парили в воздухе и своими цепкими когтями несли гибель в долины. Ущелья утёсов кишели ядовитыми пресмыкающимися. В природе царил раздор. Сам Ангел ужаснулся содеянному, но он утешал себя, говоря:

— Разве человек не сам создаёт вокруг себя вражду и гибель? Он пренебрёг миром и покоем и захотел борьбы вместо господства!

Так говорил он и назначил пустыню жилищем самых ужасных зверей, а ночные часы — временем для зверств.

Затем Ангел полетел к жилищу первой человеческой семьи и опустился в маленький садик, где Мирза, любящая и опечаленная сестра Авеля, растила деревья и цветы. Это было маленькое подобие рая, полное прохладной тени и благоухания цветов. Задумчиво остановился небесный посланник, тронутый невинностью и любовью Мирзы.

«Неужели и ей я должен нанести ещё одно страдание? — подумал он. — Но да будет так! В благочестивой душе и через страдание расцветает радость. Да разве и она не принадлежит к роду падших? Семя греха вечно!»

Ангел наклонил свой посох, и из праха, до которого он дотронулся, выползла прожорливая гусеница. Она тотчас принялась пожирать вокруг себя листья и цветы ближайшего деревца.

Вскоре после этого Мирза вошла в свой садик и испугалась, заметив, что листья и цветы были обглоданы. Когда же она подошла ближе, то заметила на сучке невиданное ею дотоле животное с грызущими челюстями. Она ещё больше испугалась и побежала к своему брату Сифу.

— Посмотри, — воскликнула Мирза, - змея пожирает мои кустарники и сидит на ветвях.

Сиф пришёл в садик и, взглянув внимательно на гусеницу, сказал:

— Нет, Мирза! Со страху это животное показалось тебе страшнее, чем оно есть в действительности: змея ползает на брюхе, а это животное имеет ноги и питается, как овцы, листьями. Я раздавлю его!

При этом Сиф потряс дерево так, что гусеница упала на землю.

— Нет, не надо, — умоляла Мирза, — разве мы тоже не едим плоды деревьев? Животное не знает, что садик принадлежит мне и что он составляет мою радость. Не убивай же его! Я дам ему всего вволю, чтобы оно не вредило моим растениям.

— Но разве твари не отданы во власть нам? — сказал мальчик.

— Всё же лучше относиться к ним с кротостью и нежностью, чем со враждою! — ответила Мирза.

Затем Мирза сделала вокруг гусеницы загородку и утром и вечером давала ей листьев и цветов больше, чем та могла съесть.

Когда небесный посланник увидел это, он был тронут и сказал:

— Человек не совсем ещё утратил подобие Божие! Он может делать добро врагу и воздавать добром за зло.

Задумавшись на некоторое время, Ангел произнёс:

— В силу справедливости доброе должно встречать прекрасное!

Он дотронулся до гусеницы своим посохом, и она получила замечательный дар.

Случилось это в сумерки. Рано утром на следующий день Мирза вошла в садик, заглянула в жилище гусеницы, но не нашла её.

«О, она ещё спит! — подумала девушка. — Я не стану будить её, а лучше по росе наберу ей листьев и цветов».

Когда Мирза подошла с листьями и цветами, она нашла блестящую и красивую куколку, похожую на серебристое облачко. Она остановилась в удивлении, потом позвала отца, мать и всех домашних и сказала им:

— Смотрите, то создание, наверное, навечно заснуло в этой скорлупке. Кто знает, не оживёт ли оно вновь?

Отец её, Адам, заметил:

— Кто может знать это? Начало и конец скрыто от глаз людей. Всё на земле совершается в поучение нас мудрости. Поэтому отнесём то, что осталось от того создания, в нашу хижину.

Некоторое время останки неизвестного животного лежали в человеческом жилище. Однажды, когда люди были все в сборе, вдруг послышалось лёгкое жужжание, скорлупка зашевелилась, потом раскрылась, и из тесной обители выпорхнуло живое существо, распрямляя двойные крылышки. Крылья были голубые, как цвет неба, когда оно ясное, и золотой ободок окаймлял их. Новорождённое животное взмахнуло крыльями и полетело над благоухающими цветущими деревьями.

Сердца первых людей преисполнились святым изумлением и радостью, и они подумали об Авеле — первом умершем человеке.

Тут послышался голос Ангела:

— Взгляните, здесь из смерти рождается жизнь. Чистому сердцу и детской вере дано в образах лицезреть истину!

С этого дня Мирза более не горевала об Авеле, и первые люди стали смотреть на смерть с радостным упованием.

Один благородный греческий юноша, по имени Стрефон, сказал однажды своему учителю:

— Я бы очень желал отправиться в Дельфы и узнать свою судьбу. Мне кажется, я тогда лучше устрою свою жизнь и вернее изберу путь, ведущий меня к мудрости.

Следует сказать, что в те времена в Греции, в городе Дельфах, находились особые пророчицы — пифии, которые предсказывали людям их будущую судьбу. Конечно, пифии только обманывали людей, потому что судьбу никто предсказать не может, но в Греции в те времена многие им верили.

Учитель ответил Стрефону:

— Ты этого желаешь? Хорошо, я провожу тебя туда. Они отправились в путь и прибыли в город Дельфы. С трепетом вступил юноша в таинственную рощу, окружавшую святилище. Над его входом находилось изречение: «Познай самого себя». Стрефон со вниманием прочёл его.

— Что означают эти слова? — спросил он учителя.

— Их очень легко понять, — отвечал учитель. — Подумай, кто ты и зачем дана тебе жизнь? Ведь прежде чем заглядывать в своё будущее, надо знать самого себя.

— Но кто же я? — спросил юноша.

— Ты — Стрефон, — ответил учитель, — сын почтенного Агафия. Но если бы тебя постигла смерть, как недавно твоего брата Каллия, — подумай, разве я смог бы обратиться к твоему бездыханному телу со словами: «Любезный Стрефон»?.. Нет, я не смог бы так сказать, — продолжал учитель, — ибо ты сам — это твоя невидимая душа, думающая, чувствующая и желающая. Это невидимое существо предназначено управлять твоей волей и поступками, оно стремится к определённой цели: приблизиться к совершенству и достигнуть высшего радостного мира. Человек, в котором преобладают высшие потребности души, похож на арфу, издающую приятные звуки. Человек же, находящийся во власти плотских желаний, есть раб плоти; низкие наклонности влекут его, куда хотят, и наконец приводят в бездну. Тот, кто при жизни спрашивает себя: «Куда он идёт?» — тот познаёт самого себя.