Чтение онлайн

В комнате повисло молчание. Йозеф застыл с перекосившей по-юношески наивное лицо усмешкой. Людек по-прежнему смотрел в окно, скрывая свои мысли. Я перебирала легенды и сказания Марейна, почерпнутые в тороле Змей, но никак не находила упоминаний о некоем источнике.

– А во-вторых..., - взглянув мне в глаза, немного виновато улыбнулся Йозеф и перешёл на доверительный шепот.
– Наш король, которого ты зовешь чудовищем - это я.

Меня словно вморозило в истрепанный ковер. Юный, наивный Йозеф - король Шехии?! Тот самый тиран, имени которого не называют даже сами толгои, чтобы не привлекать его взор на наши земли? Сколько же ему тогда лет?!

– Не удивляйся, дикарка, - со смешком повернулся Людек, прочитав на моем лице все мысли, суматошно бьющиеся в голове.
– Старый король, который действительно был чудовищем, умер полтора месяца назад. По словам лекарей, наш папенька скончался от болезни чрева.

– Продажные шарлатаны!
– скрипнув зубами, процедил Йозеф.
– На самом деле отца отравили. Его, а затем через неделю и нашего старшего брата, который наследовал корону!

– Именно так, - Людек едва заметно выдохнул, быстро пересек комнату и встал за спиной брата, родительским жестом погладив младшего по плечу.
– Обоих отравили ядом одной редкой морской травы, противоядия от которого мы не знаем. В убийстве наследника лорды обвинили меня, поскольку все знали, что накануне званого ужина я вернулся из Приморья с переговоров. Вернулся довольный и уверенный в безнаказанности своих замыслов, - закончил он, скривившись и явно кого-то цитируя.
– Так что королем стал младший сын, которому всегда было гораздо интереснее копаться в книжках.

– Чего вы хотели от меня, что пошли даже на безрассудную вылазку в степь? Я не из торола Дождей, я не умею выводить водные жилы на поверхность! Тем более останавливать напророченные древними беды.

Заветы Матери ветров учат, что просящему о помощи должно помочь хотя бы советом, если уж само дело нам не по силам. Просящему степного народа, не чужаку. Молодой король - чужак. Молодой король - по-прежнему угроза для спокойной жизни моего народа. Его семья причинила Степи много боли. И пусть старые обиды засыпало песком времени, кто заверит, что новый правитель Шехского королевства станет лучше погибшего тирана? Однако при всей многолетней нелюбви к шехам, Йозефа мне стало откровенно жаль. Пока старший брат нынешнего короля всея Шехии говорил про события в их диком краю, юноша, пока еще безобидный и добрый, ссутулился и поник. Видно было, что он переживал не за себя, он вообще не ощутил еще, что теперь стал королем. Его волновала судьба брата, единственного оставшегося в живых. Судьбы людей, пораженных неведомыми хворями. Но что я могу для него сделать, силой оторванная от земли и родных, не ведающая даже капли тайн Видящих моего народа?

– Источник не восстановится, даже если бы ты могла вытянуть все подземные воды, - недовольно отмахнулся Людек, сжав в тонкую линию губы и снова отвернувшись к окну.

– Расскажи, как нам спасти Шехию!
– поднял горящие безумной надеждой глаза молодой король и вдруг встал передо мной на колени, безмерно поразив этим движением.
– Мне жизни своей не жаль, только помоги! Ты можешь увидеть! Ты же салхина! Спаси наше королевство от гибели!

Глава 3. Шехран

Мать всех ветров учит нас, что судьба человека есть песчаная тропа в каменной пустоши. Каждый наш шаг вздымает бесчисленные песчинки, укладывая их новым узором пути. Каждый наш шаг определяет, какую ношу мы готовы принять и удержать сейчас. Судьба всегда складывается по силам человека, на каждый поступок щедро рассыпая перед ним то радости, то испытания для укрепления сомневающегося духа. Можно сказать, что джелаиры сами творят свою судьбу, прокладывая дорожку к небесным вратам.

Единый, в которого веруют шехи, не так благосклонен к своим детям. По крайней мере, так твердит учение, созданное при старом короле-тиране. Говорят, что этот бог требует от людей покаяния и безволия, подобно шехскому королю, решая, кто достоин быть счастливым, а кто - вечно гнуть спину в поклонах и трудах. Вера шехов строится на подчинении сильнейшему, который решит все за них. И рабством изливается на землю. Странная вера, чужеродная, противная природе вещей.

Стоит только столкнуть всесилие их Единого с возвышения - и души людей возвращаются к истинным основам. Пробуждаются от наведенного сна и начинают прокладывать свой путь в каменной равнине Судеб. Тот, кто готов пожертвовать собственным благом ради других, достоин помощи, невзирая на то, чужак он или свой. Но сначала...

– Зачем мне помогать тем, кто бессовестно унижал и очернял мой народ?

Молодой король дернулся, как от удара, по-прежнему стоя на коленях. Огонь надежды медленно гас в его глазах.

– Зачем мне помогать людям Шехии, которые так быстро поворачивают свое оружие против ставших ненужными соратников? Людям, которые когда-то радостно смеялись на казнях и публичных порках тех, кто решил связать судьбу с моим народом? Ты просишь меня помочь тем, кто забавлялся, глядя на наших детей, закованных в цепи? Ты, позволивший замучить до полусмерти ребенка Лесных, которые давно уже закрылись в своих краях?! И приказавший выкрасть меня из родной земли, как ночной вор! Ты не подумал узнать о нашей жизни, не обратился за помощью к великим толгоям, не спросил моего отца, да что там, не спросил даже меня, хочу ли я ехать в Шехию! Просто решил, что имеешь право распорядиться судьбой дикарки из степей, похитил, посадил на цепь, а теперь просишь помощи в спасении твоего народа? За что мне их спасать?

Йозеф странно скривился. Кажется, еще немного - и он заплачет. Юноша склонил голову. Его старший брат, не шевелясь, смотрел на льющуюся с небес воду.

– Назови мне, Йозеф, хотя бы одну причину, почему я должна помочь чужакам, плюющим на мой народ?

– Я...Мне...
– прошептал, запинаясь, книгочей, ставший королем.
– Ты права, Такхиза. Прости меня. Людек вернет тебя домой завтра утром. Прошу только об одном - позволь показать тебе нашу страну. Не все шехи так дурны, как ты считаешь. Среди нас...
– он запнулся, криво ухмыльнулся и продолжил.
– Даже среди нас, погрязших в грехах, есть хорошие люди. Ты... пойдешь со мной?

– У меня есть выбор?

– Есть, - твердо ответил Йозеф, поднимаясь с пола и серьезно глядя на меня.
– Если ты согласна увидеть, как живут те, кого ты считаешь виновными в стольких проступках, я прикажу принести подходящую одежду. На рассвете брат увезет тебя туда, где нашел.

Я молча кивнула. Король выдохнул, коротко поклонился и вышел. Людек, оторвавшись от созерцания, царапнул по мне взглядом, на мгновение замер, процедил что-то сквозь зубы, после чего решительно подошел, схватил меня за щиколотку, пробежал длинными пальцами по ободку браслета и быстро вышел, хлопнув дверью. Я непонимающе шевельнулась. Цепь звякнула, что-то щелкнуло - и рабский браслет двумя половинками свалился с моей ноги. Жить сразу стало легче.

– Сдержи слово, Йозеф.
– Я устроилась с ногами на покрывале под балдахином, задумчиво рассматривая выцветшие узоры ковров на стенах.
– Сдержи слово, юный король, и я помогу тебе, клянусь ветром.

***

Людек нашел брата в зимнем саду, под самым куполом дворца. Шехи избегали острых шпилей крыш, веря, что таким образом выражают непочтение своему богу, потому все постройки в королевстве венчали куполами или едва наклоненными черепичными скатами. Богатые шехи частенько устраивали на верхних этажах своих замков зимние сады и оранжереи - купола, выполненные из укрепленного стальными полосами стекла, прекрасно держали тепло и пропускали достаточно света.

– Йозеф ден Поль, извольте объясниться!

Молодой король даже не подумал обернуться, по-прежнему кроша хлебный мякиш в пруд с рыбами. Дворцовый зимний сад был огромен, величиной с целый этаж. Здесь были и теплицы с овощами и фруктами, и лужайки в обрамлении фигур из стриженых кустарников, и декоративный пруд с перекинутым через него мостиком. Йозеф сидел на кованом перильце этого мостика, свесив ноги. И без того кудлатая коса короля полностью растрепалась, рукава блузы были закатаны выше локтей, ворот ослаблен.