Чтение онлайн

Взгляд его был взглядом мятежника.

«Придется позаботиться о нем позже, – подумал Страфф. – Он восстанет против меня, как только узнает, что Зейна больше нет».

В данный момент это не имело значения. Город отверг его, Страффа, и поэтому должен умереть. Он построит лучший на этом месте.

И это будет город Страффа, а не Вседержителя.

– Отец! – тоном, не терпящим возражений, заговорила Альрианна.

Сетт покачал головой. Их с дочерью лошади стояли на холме к западу от Лютадели. Он видел армию Страффа, собравшуюся на севере и наблюдающую, как и он сам, за гибелью обреченного города.

– Мы должны помочь! – настаивала Альрианна.

– Нет, – спокойно возразил Сетт, стряхивая ее разжигание. Он давно привык к попыткам манипуляции с ее стороны. – Наша помощь теперь ничего не изменит.

– Мы должны что-то сделать! – Альрианна потянула его за руку.

– Нет, – твердо повторил Сетт.

– Но ты вернулся! Зачем же мы вернулись, если не ради помощи!

– Мы поможем. Мы поможем Страффу занять город, когда ему захочется, потом сдадимся ему и будем надеяться, что он нас не убьет.

Альрианна побледнела.

– Вот как? – прошипела она. – Так мы вернулись, чтобы ты отдал королевство этому чудовищу?

– А чего ты еще ждала? – жестко спросил Сетт. – Ты знаешь меня, Альрианна. Знаешь, что я не могу поступить иначе.

– Я думала, что знаю тебя, – огрызнулась она. – Я думала, что в глубине души ты хороший.

Сетт покачал головой:

– Хорошие люди все мертвы, Альрианна. Они умерли в этом городе.

Не имея ни острого чутья, ни подготовки, Сэйзед продолжал сражаться. По всем расчетам выходило, что он должен был умереть уже много часов назад. Но почему-то все еще оставался в живых.

Возможно, причина заключалась в том, что колоссы и сами дрались неумело. Грубые, как их гигантские клинообразные мечи, они просто кидались на противника, не заботясь о тактике.

И террисиец держался, и рядом с ним держалось еще несколько человек. На стороне колоссов была ярость, но люди видели, что на краю площади стояли старики. И это не позволяло сдаться, даже когда колоссы начали окружать, пробираясь по краям площади.

Сэйзед надеялся, что Страфф решит взять город, как предполагал Колченог. Но теперь стало ясно, что никто их не спасет. Было уже слишком поздно, приближалась ночь, и солнце зависло над самым горизонтом.

«Вот и конец», – подумал террисиец, когда рядом с ним упал человек.

Сэйзед поскользнулся, и это уберегло его от удара, нацеленного в голову. Возможно, Тиндвил спаслась. Еще он надеялся, что Эленд доставит по назначению их исследование.

«Это важно», – думал Сэйзед, хотя и не знал почему.

Размахивая мечом, который отобрал у колосса, террисиец бросился в атаку. Зачерпнул последние резервы силы как раз в тот момент, когда оружие коснулось тела врага.

Сопротивление, влажный звук удара, отдача – все это теперь было так знакомо. Яркая кровь колосса брызнула во все стороны, и еще одно чудовище упало.

А сила Сэйзеда закончилась.

Он опустошил пьютер, и теперь меч колосса показался слишком тяжелым. Террисиец попытался замахнуться на очередного врага, но оружие выскользнуло из ослабевших, онемевших, уставших пальцев.

Этот колосс был огромным – почти двенадцать футов ростом, – самым громадным чудищем из всех, кого Сэйзеду доводилось видеть. Он попытался отступить, но споткнулся о тело только что убитого солдата. Упал, и ряды людей наконец-то дрогнули, последний десяток защитников разбежался. Они хорошо сражались. Слишком хорошо. Может, если бы он позволил им отступить…

«Нет, – подумал Сэйзед, глядя на свою смерть. – Кажется, я все сделал правильно. Лучше, чем мог бы сделать ученый».

Он подумал о кольцах на своих пальцах. Наверное, они бы дали ему небольшое преимущество, позволили сбежать. Спастись. Но он не видел смысла. Зачем сопротивляться? Зачем он вообще сопротивлялся? Знал же, что они обречены.

«Ты ошибалась во мне, Тиндвил. Я иногда сдаюсь. Я сдал этот город уже давно».

Колосс, возвышавшийся над распростертым в кровавой луже Сэйзедом, поднял меч. За плечом твари Сэйзед видел красное солнце, зависшее прямо над стеной. Террисиец сосредоточился на нем, а не на опускавшемся мече. Лучи солнечного света походили… на осколки стекла в небе.

Свет переливался, блестел. Будто само солнце спускалось, чтобы принять его душу.

«И теперь я умру…»

Блестящая капля мелькнула, ударив колосса прямо в затылок. Существо охнуло, застыло, выронило меч. Тяжело рухнуло на бок, а Сэйзед на миг замер, точно громом пораженный. Потом посмотрел на стену.

Там стояла маленькая фигура, подсвеченная солнцем. Плащ, колыхавшийся на ее плечах, в красном свете казался черным. Сэйзед моргнул. Значит, капля света, которую он увидел… была монетой. Он перевел взгляд на мертвого колосса.

Вин вернулась.

Она прыгнула, взмыв над площадью с грацией алломанта. Приземлилась точно посреди толпы колоссов и завертелась. Монеты летели, как злобные насекомые, пробивая синюю плоть. Для тварей эти раны не были такими серьезными, как для людей, но атака все же привлекла их внимание. Колоссы отвернулись от убегающих солдат и беззащитных горожан.

И тут запели скаа, по-прежнему находившиеся в дальней части площади. Эти звуки показались невероятными на поле боя. Сэйзед сел, позабыв про боль и усталость. Вин снова прыгнула – городские ворота вдруг дернулись, петли заскрипели. Колоссы с таким усердием колотили в них…

Массивные деревянные створки оторвались от стены, повинуясь притяжению Вин.

«Что за сила, – поразился Сэйзед. – Она должна тянуть что-то позади себя, значит бедняжка зависла между двумя предметами, тяжеленными, как и эти ворота».

И все же Вин это делала – поднимала ворота плашмя и тянула к себе. Огромная створка из твердого дерева обрушилась на ряды колоссов. Вин мастерски крутанулась в воздухе, потянув себя в сторону, и ворота вильнули в том же направлении, словно были привязаны к ней цепью.

Колоссов раскидало в стороны, точно щепки, – одним движением Вин очистила весь двор.

Ворота упали. Рожденная туманом приземлилась посреди груды мертвых тел, молча подбросив чей-то боевой посох и поймав его одной рукой. Оставшиеся за воротами колоссы приостановились только на секунду, потом ринулись в атаку. Вин начала бить быстро и точно. Черепа трещали, колоссы падали мертвыми, пытаясь лишь подобраться к ней. Вот она завертелась, повалив нескольких на землю, забрызгав их кровью тех, кто бежал позади.