Чтение онлайн

Мужчина, который следует мужскому началу, чувствует себя хорошо. При этом женскому началу он может представляться странным и чужим. Но если бы он следовал женскому началу, это было бы предательством самого себя и ощущалось бы как вина, тогда как женское начало воспринимает это как невиновность и доброту. Мужчина, следующий женскому началу, отчужден от себя самого, но чувствует себя без женского начала одиноко и неполно.

Мужская совесть отличается от женской так же, как и мужские вина и невиновность. Что хорошо для женского начала — может быть вредным для мужского. Если мужскому началу не удается утвердиться, мужчина расстается с женщиной или его постигает разочарование. При этом мужское начало может, признав свои границы, стать действенным, если оно в силу отказа соединится с чем-то большим.

Я бы хотел кое-что сказать о силе. Когда ребенок смотрит на своих родителей, и только на своих родителей — как это обычно делают дети, — он чувствует себя слабым. Какие бы требования родители ни предъявляли ребенку, он полностью находится в их власти. Родители — наоборот. Если они видят только друг друга, а лишь потом ребенка, то чувствуют себя слабыми. Они чувствуют себя маленькими.

Когда ребенок за спиной родителей видит бабушек и дедушек, прародителей и пращуров и смотрит еще дальше, туда откуда издалека приходит жизнь, он видит своих родителей частью чего-то большего. Тогда ребенок может брать от родителей все, что идет от них, ведь он берет не только от родителей, он черпает и из того далека, откуда идет жизнь. Какие у него родители — не имеет никакого значения. То, что идет через родителей, всегда прозрачно, чисто и полноценно.

Кода родители смотрят назад и видят, откуда приходит жизнь, издалека, видят себя в этом потоке, они сильны по отношению к детям. Сильны не в смысле «хотеть что-то сделать» или «быть обязанным сделать что-либо», они сильны в силу включенности в поток жизни. Тогда ребенку легче принять от родителей все, ведь они чувствуют себя включенными в поток жизни.

Ребенок, становясь взрослым, собирается вступить в брак, он чувствует потребность в теплых партнерских отношениях. Когда он смотрит только на партнера, то чувствует себя слабым и беспомощным. Когда другой партнер смотрит только на своего партнера, он тоже чувствует себя слабым и беспомощным. Но если каждый из них видит, как он и она — оба вплетены в большой поток; чувствует, что потребность в партнере связана именно с потоком жизни; чувствует, как поток проходит через них обоих, то тогда, глядя друг на друга, они видят не только себя самих. Они видят друг в друге не только мужчину и женщину, следуя лишь посылу: «Мы составим счастье друг друга», — к чему это? Ощущая себя в потоке, они растут над собой. Тогда не совсем важно, каков партнер. Оба находятся в потоке жизни. Они смотрят не только в глаза друг другу, но вдаль, и чувствуют себя несомыми потоком. Так они в состоянии вместе вынести все, что бы ни произошло в их отношениях.

С несходством можно поступить по-разному. Как? Об этом говорится в сказке о Короле-лягушке. Лягушка безобразна, но на самом деле это король. Можно швырнуть лягушку об стенку, как в сказке [4] , при этом большинство лягушек погибает. А можно поцеловать, как это делает Папагено с безобразной Папагеной в «Волшебной флейте». Поцелуй может сделать как мужчину, так и женщину прекрасными.

Слово «единство» становится понятным, только если существуют различия. Единства не может быть, если нет различий, потому что единство — это то, что объединяет и связывает различия. Прекрасной иллюстрацией единства различий является пара. Трудно представить себе большее различие, чем между мужчиной и женщиной. Они различны во всех смыслах и все же принадлежат друг другу.

Я думаю, суть самой природы в том, что различия, действуя сообща, становятся едины и так становятся чем-то большим. И космос, и земля, и природа — суть единство различий. Если иметь это в виду, можно понять, как удается любовь в отношениях пары: когда различное остается различным и все же связано в единое целое. Именно признание различий приводит к глубокому единству; и именно различия и противоречия внутри этого единства представляют собой творческий источник созидания.

Когда различия сглаживают, то получается не общность, а единообразие. В нем нет силы созидания. И только противоположности своим напряжением создают новое и третье. Поэтому для партнерских отношений так важно, чтобы мужчина оставался мужчиной, даже если женщинам не всегда нравится, что мужчины — другие. И наоборот: нужно, чтобы женщина оставалась женщиной, даже если мужчинам порой не нравится, что женщины такие, какие они есть.

Поскольку мужчина отличается от женщины, а женщина — от мужчины, в некоторых отношениях возникает стремление по прошествии времени уравнять различия, мужчина стремится «перетянуть» женщину на свою сторону, чтобы она стала такой, как он; женщина хочет «перетянуть» мужчину на свою сторону, чтобы он стал таким, как она. Это удобно в каком-то смысле, но со временем отношения утрачивают натяжение и силу. Поэтому я ратую за сохранение и поддержание различий.

Предпосылки к тому, чтобы любовь удалась, различны, но все они связаны между собой. Чтобы любовь мужчины и женщины удалась, необходимы любовь ребенка к родителям и любовь родителей к ребенку. Трудности в партнерских отношениях зачастую связаны с необходимостью найти некое решение, которое готовит партнеров к любви. В партнерских отношениях мы часто хотим достичь того, что нам не удалось в любви к своим родителям. Но этого не будет, если сначала не заструится поток любви к родителям.

И еще кое-что необходимо учитывать, чтобы любовь удалась. Любовь временна. Она лишь фаза в чем-то большем, целом и стремится к завершению. Завершение любви — это прощание в конце. Любовь мужчины и женщины со всеми разочарованиями, которые она приносит, со всеми кризисами, в которые она попадает, — это подготовка к прощанию. И если знать о нем с самого начала, любовь перед лицом прощания становится огромной ценностью. Именно потому, что у любви есть свой предел. Это тоже необходимо учитывать.

Поэтому мы смотрим на проблемы в партнерских отношениях спокойно и хладнокровно. В этом смысле, я думаю, мы находим хорошие решения как для отношений между мужчиной и женщиной, между родителями и детьми, так и по отношению к чему-то большему и целому, частью которого являются все эти отношения и где они позднее завершатся.

В начале партнерских отношений мужчина и женщина смотрят друг на друга. Они принадлежат друг другу. Но невозможно все время смотреть только друг на друга. Нужно вместе посмотреть на что-то третье, что выходит за рамки отношений, нужно совершить что-то вместе. Самое значительное свершение пары — это, конечно, дети. Дети наполняют партнерские отношения. Когда это невозможно, единство пары должно быть направлено на нечто другое, творческое и продуктивное. В общем взгляде вперед растут и развиваются отношения.

Партнерские отношения — часть проживаемой нами жизни, часть живого, его продолжение и служат живому. Так пара может спокойнее принимать любые вызовы.

То, что мы обычно принимаем за счастье, часто нечто знакомое, что повторяется. Это соответствует нашим представлениям. Другое счастье, счастье-гармония, может приносить страдания, трудности, кризисы и разочарования. Но в глубине своей оно таит спокойствие, смирение и величие. То, что начинается с поверхностного счастья, приводит нас со временем под действием обстоятельств, шаг за шагом к другому счастью.

В нашем обществе распространено такое негативное наблюдение: со временем любовь утрачивает силу новизны. На самом деле просто происходит сближение с действительностью, уход от иллюзий, партнеры внутренне «вырастают» до реальности. В этом таится иная сила, чем сила представлений в начале отношений.

Партнерские отношения обладают преимуществом перед отцовством и материнством.