Чтение онлайн

'Безмолвная Бездна', - вспомнилось Олирду. Да, именно так назвал эту пропасть допрошенный им воин-маромор. 'А в ней, стало быть, помещается некий Молчаливый. Что же, поглядим, что за фрукт!'.

Олирд создал яркий шар пламени и послал его вперёд, намереваясь высветить какие-нибудь ориентиры. На пару мгновений неровный свет выхватил из мрака очертания шершавых каменных стен, молчаливо нависших над вердами, дерзнувшими войти сюда, в это место забвения.

Но вот пламя погасло, и тьма вновь вступила в безраздельное владение Безмолвной Бездной. Олирд удивился, ибо его шар должен был полыхать гораздо дольше. Верд решил проэкспериментировать. Он создал ещё одну огненную сферу - больше и ярче прежней. Держа её в воздухе неподалёку от себя, Олирд подпитывал огонь новыми порциями силы из своих запасов. Спустя всего лишь несколько секунд он понял, что это требует несоразмерно больших усилий, чем обычно. Противостоять напору тьмы, стремящейся поглотить магическое пламя, было очень трудно; силы таяли как воск свечи.

– Недоброе место мы посетили, - попытался Олирд произнести вслух, но не услышал собственного голоса.

Однако идти вперёд было надо. Зов альпарга давал уверенность, что камень уже совсем рядом. Олирд бросил бесполезные попытки осветить путь, в конце концов, нужное направление он уже успел разглядеть. Верд дал шару погаснуть, уцепил рукою Кридирта за рукав - в полной тьме и безмолвии немудрено ему было потеряться - и решительно двинулся вперёд.

Всем своим существом верд чувствовал нарастающую с каждым шагом опасность. Впереди ждало нечто неведомое, нечто такое, что явно способно было напугать даже сильнейших из вердов. Оно ждало, оно давало страху посильнее вгрызться в души осмелившихся прийти сюда. Олирд ощущал скопление даже не магических, а скорее, антимагических сил. Имя 'Молчаливый' как нельзя лучше подходило той сущности, что таилась в этом нереальном безмолвии. Олирд понял, что из него попросту молча выпивают всю энергию, выкачивают по невидимым каналам жизненные силы. Молчаливый был страшен своей безликостью.

Но пройти это испытание придётся, если он хочет добраться до альпарга, который по неведомому капризу того хаоса, что сотряс миры в День Утраты Альпаргов, улетел именно сюда, в эту пугающую Бездну.

Борясь с заглушающим все иные чувства ужасом и концентрируясь на своей цели, Олирд шагал вперёд, не выпуская из сжатых пальцев рукава рубахи своего сына. Кридирт шёл следом.

Олирд лихорадочно пытался найти ответ на самый насущный сейчас вопрос: что можно противопоставить холодной силе Молчаливого, как справиться с ним?

Тем временем воздействие нарастало. Чем ближе подходил Олирд к невидимому в совершенной мгле альпаргу, тем больше сил отнимал у него Молчаливый.

Тьма, кажется, уплотнилась. У Олирда возникло ощущение присутствия рядом некоего существа - бестелесного, бесконечно чуждого, испытывающего невероятную жажду. Утоляло оно эту жажду за счёт чужой энергии. Молчаливый был самим олицетворением Хьёлли: именно от него распространялись в её атмосфере алчущие эманации, лишающие вердов сил.

Желая увидеть лицо своего врага, Олирд вновь создал ярко полыхнувший огненный шар. Это было очень трудно, но удалось. На какие-то мгновения казавшаяся абсолютной тьма расступилась, являя взору огромное многорукое и многоногое создание, сотканное из клочьев чёрного тумана. У него не было глаз, не было вообще головы - лишь неописуемое переплетение невесомых змеящихся конечностей. Они тянулись к Олирду с Кридиртом, касались их. И каждое прикосновение приносило мертвящий холод, проникающий в душу.

Пламя вновь погасло.

Пришла апатия.

Для чего сопротивляться? Зачем эта бесполезная борьба? Так легко и приятно раствориться во тьме, уступить ей, слиться с чем-то невероятно могучим и древним...

Перед внутренним взором Олирда вдруг возникли лица родных и близких. Белка, сыновья, друзья. Показались лик Хеймдаля и образ Алатора. Все они где-то там, за завесой этого мерзкого мрака. Они ждут его, верят, что он справится, надеются на него!

Олирд будто вынырнул из ледяной полыньи. Надо нанести удар! Отдать все свои силы, вложить всю душу и саму жизнь, но ударить по этой неведомой твари, этому гнусному мороку!

Молчаливый! Не 'тёмный', но именно 'Молчаливый' - так его прозвали. Света эта тьма не боится, она его поглощает. А звуки? Да, звуки! Их здесь нет! Что, если...

Олирду показалось, что образ Алатора перед его мысленным взором вдруг как-то моргнул ему парою фиолетовых искр, будто подтверждая правильность догадки мастера стихий. Стрий поднялся из глубин подсознания Олирда и потянулся всеми своими оставшимися силами высоко-высоко в небеса.

Так, пропустить своё сознание сквозь диар! Что ещё?.. Ах да, рядом альпарг. Вот он, пульсирует дремлющей мощью в каком-то десятке шагов впереди. Он готов помочь! Протянуть свою волю к нему, сквозь него!

Высоко-высоко в безрадостном небе Хьёлли прямо над Безмолвной Бездной стали собираться огромные грозовые тучи.

Молчаливый, будто почувствовав неладное, усилил свой натиск, оплетя тело верда сотнями гибких рук, щупалец, хвостов.

Стрию уже не было дела до этого. Вся его сущность устремилась туда - в непроглядную высь. Вложить всего себя, все силы, накопленные за две жизни, в этот удар. Сейчас!

Невообразимо мощные ветвистые молнии рассекли затхлые небеса Хьёлли и слетели вниз, к самому дну глубокой пропасти. Они сокрушили фальшивый каменный потолок, заставив его осыпаться огромными глыбами. Вслед за первыми ударили ещё молнии, доставая до самого логова Молчаливого. И ещё!

И тут пришёл гром!

Будто в едином порыве вскричали все громовержцы всех небес.

Стены глубокого колодца Безмолвной Бездны сыграли именно такую роль, на которую отчаянно рассчитывал Олирд-Стрий. Их акустика многократно усилила звук. Последовали новые раскаты грома.

И Безмолвная Бездна перестала быть таковой. Силы Молчаливого не смогли погасить яростные звуки грома. Словно удары безжалостного молота, акустические волны стали обрушиваться на кошмарное создание, сокрытое во тьме.

Стрий почувствовал, что к его молниям добавились чьи-то ещё. Спускающийся в Бездну Видень - его древний сын, безошибочно угадав, как именно может он помочь отцу, породил новые раскаты грома небесного.

Олирд-Стрий не мог даже порадоваться этому. Он был полностью опустошён. Угасающим сознанием он смог лишь различить боль и ужас Молчаливого. Древняя тварь - мрачная душа Хьёлли погибала под ударами губительных для неё звуков. Верд понял, что победил. И провалился во мрак, ибо не в силах уже был удерживать своё обессилившее сознание.

Но долго наслаждаться блаженным забытьём ему не дали. Придя в себя почти мгновенно и с трудом разлепив веки, мастер стихий осознал, что тьма и безмолвие отступили. Пара созданных кем-то огненных шаров освещала большую овальную пещеру, избавленную от присутствия Молчаливого. Слышалось чьё-то хриплое дыхание, шаги. Затем раздался голос.

– Ну вот и всё, дедушка, ты сделал это для нас!

Олирд узнал голос Локиана. Скосив глаза, он увидел фомора в его демоническом обличье, держащего в руках последний альпарг и бережно стирающего с него многовековую пыль.