Чтение онлайн

Горячие волны прокатились по всему телу, языки пламени начали вырываться из-под кожи на животе, руках и ногах. Клинок жёг изнутри.

Стрий, хватая ртом воздух, рухнул сначала на колени, затем завалился на бок, смотря не верящими в происходящее глазами на собственного сына, предательски сразившего отца.

– Ну вот и всё, отче!
– провозгласил Вьюжень, глаза которого сверкали в такт полыханию меча.
– Наставник мой Кошт отмщён теперь. Стира я тоже убил. И Хляя, который вздумал следить за мною, в содействии Кошту подозревая. Остаётся лишь Видень, но и к нему я вскоре наведаюсь.

Стрий не мог ничего вымолвить, только хрипел. Боль превышала все мыслимые пределы.

– Прощай, отче, твоё время вышло. Дальше всё будет не так, как видел ты.

Вьюжень наклонился и выдернул клинок из тела отца.

Глаза Стрия закрылись, жизнь его угасала.

Последним усилием воли сумел мастер стихий переместить в другой мир две ценные для него вещи - альпарг и диар свой, чтобы не добрался до них Вьюжень. Почти уж бессознательно выбрал он для этого не свою родную Рагосту, а мир, обнаруженный им случайно, но полюбившийся, - Вельсиарту.

Затем позволил себе Стрий погрузиться в затягивающую тёмную пучину смерти.

Возник почему-то перед внутренним взором образ Алатора. Он плавно приближался, будто приглашая слиться с ним, раствориться в нём...

...Олирд резко раскрыл глаза и, не сдержавшись, сказал очень плохое слово. Так вот, как оно всё было! Ну и гнидой же всё-таки был этот Вьюжень! Кто только породил такого на свет? Ах, да... Что же, проблема отцов и детей, наверное, существует, и не дайте все Боги ей принимать такие вот формы...

Олирд выпрямился, размял затёкшие ноги и помассировал привычным 'стриевым' жестом виски. Теперь он знал, пожалуй, всё о своей столь далёкой жизни. По крайней мере, всё то, что нужно было ему для дальнейшего движения к цели.

А цель теперь была отчётливо видна.

Пригладив рукою длинные волосы и набросив капюшон своего серебристого плаща, Олирд приготовился отправиться домой. Очень многое дала ему проснувшаяся память Стрия. Но теперь завершил он свой путь воспоминаний, и пора было думать о делах насущных.

– Ну и как величать тебя теперь? Стрий?

Годир посмотрел на друга с некоторой будто настороженностью. Не иначе как пытался высмотреть произошедшие в нём изменения.

Олирд немного печально улыбнулся и ответил, поглаживая рукоять своей верной булавы:

– Нет, пожалуй, далековато мне до мощи и трезвости мышления его. Зовите меня, как и прежде, - Олирдом. Для вас я всегда тот же, что и раньше.

– Для меня - точно!
– Белка звонко чмокнула его в ухо, как всегда легко и непринуждённо разрядив обстановку.

Олирд засмеялся и обвёл глазами всех собравшихся в небольшой, но уютной гостиной домика семьи Латригиных.

Свид и Кридирт, Годир и Ставр, Свелан и Юна. Ну и, конечно же, Видень, от одной мысли о котором, как о сыне (это о древнем-то патриархе стихийной магии) Олирда разбирал непрошенный весёлый смех. Все его самые близкие люди были здесь и, глядя на них, Олирд понимал, что готов к любым битвам и испытаниям, лишь бы они были рядом, и всё у них было хорошо.

Понимал он и то, что битвы и испытания не заставят себя ждать.

– Да чтоб тебя криёги забодали!

Таким эмоциональным замечанием сопроводил очередное своё падение перепачканный в белоснежном песке Свид.

Снова вскочив на ноги, молодой верд-ученик вскинул свои мечи и упрямо пошёл на условного противника. В роли такового выступал гигант Охид-хо со своими неизменными кинжалами.

Идея сунуться с предложением тренировочного боя к каменному исполнину-ойхо была как раз настолько безрассудной, чтобы прийти в голову Свида, частенько действовавшего по принципу 'тормоза придумали трусы'.

Теперь он получал удовольствие по полной программе, собирая условные порезы и очень даже не условные тяжёлые тумаки от распевающего какую-то умеренно громкую песнь ойхо.

Олирд сидел чуть поодаль прямо на песке, скрестив ноги и прижав выпрямленную спину к белому стволу дерева. Он с добродушной усмешкой наблюдал за поединком, зная, что его сын и каменный военачальник ойхо не причинят друг другу вреда.

Верд ещё раз вспомнил, как, получив воспоминания о жизни и деяниях Стрия, вернулся в Рагосту и узнал в одной из чёрных статуй, пришедших к святилищу стихийных сил, того самого Охид-хо. Да и обсидиановый воитель на сей раз признал Стрия, коему поклялся служить до скончания дней своих. Ожили грозные статуи, ожили и братья их на памятном Олирду острове среди миров Подножья. Осталось их ещё немногим более сотни. И забрал их Олирд сюда, в мир, который определила 'антикоштовская коалиция' своей опорной базой для предстоящего похода за новым 'золотым руном', роль коего теперь играла шкура Кошта.

Мир этот был пронизан невероятной чистотою, светом негасимым и древностью седою. Дни согревало жаркое солнце, ночи освещали три огромные луны, светившие мягко и таинственно. Безбрежные океаны и неспешные полноводные реки дышали таким спокойствием, которое способно было без следа растворить в себе любые горести и тревоги, печали и волнения. Белый прибрежный песок мягким шёлком окутывал стопы, и ходить по нему было несказанным удовольствием. Белые деревья с идеально прямыми стволами, пирамидальными кронами и узкими красивыми листьями будто звенели на лёгком ветру, даря ненавязчивую музыку, ласкающую слух.

Это была Ирь, земля незыблемого спокойствия и света, чистая обитель созидательных сил природы. Центральный мир Второй Вершины очаровал Олирда, да и всех, кто был с ним, с первых же минут пребывания в нём. Верды дружно пожалели о том, что не бывали в этом мире ранее, и дружно же решили, что это идеальное место для подготовки к грядущим битвам.

Олирд отвлёкся от воспоминаний и вновь посмотрел на блещущие в ярких лучах солнца клинки Свида и Охид-хо. Сталь пела грозную песню, заставляя вторить раскалённый воздух. Движения бойцов становились всё быстрее, не теряя при этом изрядного изящества. Экспрессия поединка нарастала. Олирд, заставив себя смотреть полностью безэмоционально, визуализировал потоки энергий, которыми сопровождались действия обоих поединщиков. Зрелище стало более завораживающим.

– Хватит кочевряжиться, не позорься!
– голос Ставра нарушил всю картину. Его восклицание было обращено к Свиду, который вертелся ужом, пытаясь пробить уверенную защиту Охид-хо.

Но уж чему Свид научился хорошо, так это не терять сосредоточенности под воздействием внезапных отвлекающих факторов. Пропустив слова друга мимо ушей, он в очередной раз пошёл в атаку, применяя один хитрый приём, 'подхваченный' у Свелана. Сбивая мечом, зажатым в правой руке, в сторону два нижних клинка ойхо, Свид резко повернулся корпусом на девяносто градусов и ударил левым мечом сзади из-за собственной спины. Остриё упёрлось в незащищённый левый бок Охид-хо. В то же время, однако, пара верхних рук каменного воина опасно метнулась к горлу Свида и прижала клинки к сразу же замерцавшему защитному полю.