Чтение онлайн

Впервые в истории военно-морского искусства Лазарев прикомандировал к штабу командира десантных войск, постоянных офицеров связи. Также впервые Лазаревым был разработан и практически решён вопрос о непрерывности огневой поддержки корабельной артиллерией высаживающихся частей вплоть до момента высадки их на берег. Таких примеров ещё не знал ни один иностранный флот.

Командующий флотом придавал большое значение руководству операциями и поэтому лично командовал проведением десантов или поручал это начальнику штаба флота. Впервые в истории он разработал ряд важнейших документов по организации десантов, которыми руководствовались как моряки, так и армейцы.

Высадка десанта — самый ответственный этап про ведения операции и поэтому регламентировался особенно тщательно и чётко. Небезынтересен перечёт, этого регламента, который практически не потерял интереса и в наши дни:

— диспозиция линейных кораблей и фрегатов;

— приказ на высадку десанта;

— расписание войск по гребным судам;

— приказ о действиях гребных судов;

— приказ о формировании сводного морского батальона из числа охотников матросов.

Всего в течение 1835—1840 годов на побережье Кавказа было высажено восемь крупных морских да сайтов, которые имели в своём составе свыше 30 тысяч человек. Один из крупнейших десантов у Субаши был запечатлён на полотне тогда ещё начинающего художника-мариниста Айвазовского, с которым М.П. Лазарев был близко знаком, часто брал его в плавание и всячески поощрял его талант.

Образцовая организация и проведение десантам операций явилось новым вкладом в русское военно-морское искусство. В них проявилась высокая выучка матросов, воспитанных под руководством М. Лазарева, и здесь показавшего себя талантливым флотоводцем.

Вне всякого сомнения, Черноморский флот, возглавляемый Лазаревым, и в десантировании войск превзошёл иностранные флоты своего времени.

Считая совместные действия сухопутных войск и кораблей флота решающим фактором в достижении победы, Лазарев развил лучшие традиции Ушакова и Сенявина в организации взаимодействия.

Отмечая роль Лазарева в осуществлении десантных операций, генерал Раевский писал:

«От самого начала и до конца он не переставал предупреждать наши желания и представил нам все средства Черноморского флота. Очищая предварительно берег ужасным огнём своей артиллерии, он выучил нас высаживаться в порядке с военных кораблей и в порядке на гребных судах приставать к берегу.

По важному влиянию своему на успех первого дела он решил успех всей кампании. Наконец, при всех высадках, заставляя моряков содействовать нам на твёрдой земле, он соединил их — да сухопутное войско — дружелюбными сношениями, столь необходимыми для службы и успеха».

Несение крейсерской службы у берегов Кавказа в тяжёлых условиях длительных плаваний способствовало повышению боевой выучка и морской закалки экипажей большинства кораблей Черноморского флота. В длительных походах продолжалось становление сподвижников М. П. Лазарева — Н.С. Нахимова, В.А. Корнилова, В.И. Истомина.

Бдительно охраняя морские рубежи России вдоль Кавказского побережья, Черноморский флот почти полностью прекратил проникновение в этот район агентов Англии и Турции.

Проводя операции по укреплению Кавказского побережья, Лазарев понимал гнусную роль Англии и Франции, бросавших на гибель местных жителей ради достижения своих целей; он сообщает своему другу: «Я надеюсь, что черкесы уверятся в твёрдом намерении... более с ними не шутить, а действовать серьёзно; хорошо, если бы они образумились и перевешали сбивающих их с толку авантюристов англичан и французов... Жаль убивать народ даром! Ядра ведь попадают и в виновного и в невиновного!»

Организация надёжной охраны Кавказского побережья в 30-х годах является важным периодом деятельности М. Лазарева в должности командующего флотом. Здесь проявились его флотоводческие качества по организации крейсерской службы, проведении крупных десантных операций. Здесь он и его сподвижники заложили основу стойкости и бойцовских качеств черноморцев — будущих героев Синопа и обороны Севастополя.

Но Лазарев понимал, что и крейсерство и десантирование войск на Кавказе, по сути, служит лишь отражением нападения неприятеля. В целом же флот должен не обороняться в случае начала боевых действий. а громить противника, а для того иметь мощный флот не только в составе, но и в качестве кораблей. Поэтому он первым оценивает значение железных судов в воем ном флоте, а в 1838 году строится по его инициативе первый железный военный корабль-пароход «Инкерман», первый в мире.

В Англии, «владычице» морей, первый военный железный пароход был построен лишь в 1843 году В ходе Крымской войны русские корабли, применив бомбические пушки (они так же впервые были применены на вооружении кораблей Черноморского флота), выявили боевую непригодность деревянных кораблём.

Примечательна прозорливость Лазарева в части использования донецкого угля, как топлива паровых кораблей. Он специально командирует офицера на Луганские угольные копи, лично руководит в Николаеве испытанием русского и завозимого английского угля. Русский уголь «сваривает железо скорее и даже лучше, нежели английский», сообщает он Меншикову. а в рапорте об использовании донецкого угля через три года добавляет: «...луганский уголь употребляется с равной пользой, как и английский, по крайней мере, сравнение, сделанное на пароходах и в кузницах, до сих пор ещё не уронило в достоинстве нашего угля против иностранного... и русский уголь сделается в нашем крае одной из первых промышленностей». Довольно точное предвидение будущего Донбасса.

Широкая кораблестроительная программа осуществляется Лазаревым на Черноморском флоте за период его руководства. Всего было построено в общей сложности свыше 110 боевых и вспомогательных кораблей, в том числе 17 линейных кораблей и 8 пароходов [26] .

Лазарев предвидел, что за машинными кораблями, бесспорно, будущее; они потребны «для пособия судам в случае опасных оных положения в бурную погоду, — рапортовал Лазарев в 1845 году Меншикову и просил средств на постройку мощного парохода. — Их мало и для предстоящих схваток с нешуточным противником».

Другая существенная польза в увеличении пароходов для Черноморского флота состоит в том, чтобы в военное время, в случае надобности десанта, ускорить перевозку и высадку войск и вообще поставить флот в более грозное и опасное для неприятеля положение, особенно в нынешнее время, когда и другие морские державы стараются увеличить у себя число паровых судов». Но царь отказал в деньгах.

«Очень жаль, — огорчился Лазарев, — что Черноморский флот должен лишиться приобретения парохода в 400 сил как потому, что пароходами мы очень бедны...»

Давно беспокоил командующего флотом Севастополь. Со стороны моря его заботами порт защищали построенные первоклассные батареи Константиновская, Александровская, Михайловская, Павловская, Николаевская — всего 400 орудий. Но не раз тревожился он о слабости сухопутной обороны главной базы.

«Все обстоятельства должны обратить внимание на слабые, ничтожные укрепления Севастопольского порта, — доносил он в 1836 году, — степени упадка и совершенное расстройство... потому я вы нуждаюсь просить ходатайства... у государя... дабы привести ныне же порт сей в должное оборонительное положение как пункт, на который в непродолжительном, может быть, времени обращено будет внимание всех держав».

Но Севастополь заботит Лазарева не только как укреплённый форпост. Он не забывает о людях, облике черноморской столицы.

Следуя своей давней традиции, он создаёт на кораблях флота библиотеки, как для офицеров, так и для матросов, изыскиваются непредусмотренные сметами средства для выписки книг и журналов.

Одна из важных забот Михаила Петровича на берегу — создание в Севастополе знаменитой Морской библиотеки. Несмотря на неоднократные просьбы, царское правительство выделило на строительство се жалкие крохи. Тогда по инициативе командующего офицеры кораблей стали отчислять два процента от своего жалованья на строительство здания библиотеки. В 1850 году фонд библиотеки составляет уже свыше 16 тысяч томов.