Истории Раймона Седьмого
Шрифт:
Я запер кабинет и вернул ключ на вахту. Охранник покачал головой, но ничего не сказал. Мы отправились к директору.
– Вот,- я протянул часы матери Матвея. По дороге мы договорились никому, кроме Маши и Ларисы, не рассказывать, где мы их нашли. Кому надо, тот узнает и без нас. А остальные- просто не поверят.
– В шкафу лежали,- Никита смотрел в окно, ему было неловко врать- а что делать! Привыкай, парень, я вон всю жизнь вру- и ничего, живой пока.
– Он наверное снял, чтоб не повредить, а потом забыл,- добавил я.
– Спасибо,- она всхлипнула,- я сейчас в больницу…отвезу ему, а то он спрашивает…я сейчас, только позвоню сначала.
Она отошла в угол кабинета, набрала номер и начала разговаривать- сначала приглушённым голосом, потом радостно- недоверчиво…
– Вы знаете,- она смотрела на нас во все глаза,- вот только что у него температура спала, и ничего не болит!
– НУ, вот, а вы переживали,- директор покачала головой,- скажите мальчику, что осторожнее надо быть.
История двадцать седьмая. Переезд
Мы вышли за ворота школы, и я с удовольствием закурил. Мне грела душу одна бумажка, сунутая директором школы. Но рассказывать о ней я пока не спешил- сюрприз будет.
– Хозяин, а ты сейчас куда?- спросила Дунька.
– Домой,- удивился я,- а что?
– Так вы же хотели…
– Чего?
– Ну, вещи…
– Так сначала надо место приготовить, и вас домой отвести,- я улыбнулся,- ну, и торт купить- заодно и переезд отметим.
– Тогда пошли скорее!- Акулька от нетерпения даже пританцовывала на месте.
Мы потопали за тортом и вообще, надо было затарить холодильник. Что- то мы всё как-то быстро приели…Поход в гипермаркет был для девиц праздником. Они ходили между полок с товарами, как в музее- благоговейно созерцая, и хищно облизываясь. Я обычно покупал им по пирожному и по бутылочке сока, чтоб перекусить, иначе они нервировали меня голодными взглядами всю дорогу до дома. Правда сегодня пирожные мало помогли, девы поминутно нервно облизывались глядя на торт- я сдержал слово, и купил, помимо прочего огромный торт с кремовыми розами.
В итоге я вручил его Дуньке, как старшей, и велел нести бережно и осторожно. Акулька шла рядом, готовая в любой момент перехватить ценный груз у сестры. У подъезда стоял старший, и смотрел наверх. Я на всякий случай тоже посмотрел- вроде ничего нового.
– Здрассти!- хором пропели вежливые девы. Я тоже поздоровался.
– Здравствуйте, молодёжь,- старший оторвался от созерцания чердачного окна и посмотрел на нас. –праздник сегодня?
– Ну, да,- я кивнул на торт,- невеста моя ко мне переезжает, вот и отпразднуем. Вы заходите, Филипп Васильевич, если что!
– Обязательно зайду,- он кивнул,- только не сегодня. А ты ничего наверху не слышал? На чердаке?
– Да нет, вроде, а что?
– Да как то оно неспокойно,- старший покачал головой,- если что, не геройствуй, мне сначала скажи.
– Да я вроде и не собирался,- я пожал плечами,- я ж мирный, меня не тронут, и я не трону.
– Знаю,- старший вздохнул,- говорил я Серафиме, да…ладно, идите, у вас сегодня как я понимаю, дел много?- он вдруг подмигнул мне.
– До свидания….- ошарашено сказал я, и мы потопали домой.
Распихав еду и выпивку по местам я позвонил Маше.
– Мань, я такси вызываю?
– Куда?
– К тебе…мы же договорились вещи перевозить сегодня,- я удивился, она что забыла?
– А, вон что, я думала ты своим ходом до меня,- объяснила Маша,- а отсюда нас папа довезёт.
– Ладно, тогда я иду!
– Хорошо, ждём.
Я оставил девам инструкции, на случай мало ли чего и отправился к Маше. Правда, выйдя из квартиры, я поднялся к чердачной двери и немного постоял, приложив ухо к замочной скважине. Тишина. Я посмотрел в скважину- темно. Ничего подозрительного не наблюдалось. Или оно спало днём, или испугалось меня, любимого, и притихло, чтоб я его не заметил. Разбираться с чердачным нёхом было в лом, и я отправился, куда шёл.
Маша встретила меня у порога. Четыре большие сумки стояли готовые к выносу.
– Оперативно ты,- похвалил я её.
Она обняла меня и ткнулась носом в грудь. Я прижал её к себе.
– Мань, ты чего? Передумала?
– Нет,- она подняла голову и посмотрела на меня,- и не надейся, граф.
– И не надеюсь,- улыбнулся я.
Из комнаты вышла Машина мать, я поздоровался. Она точно снова хотела мне что то сказать, протянула руку, но отдёрнула и быстро отвернулась. Я успел заметить Машину бабушку, она стояла в проёме кухонной двери и качала головой.
Маша прошла вперёд, я взял оставшиеся сумки, её мать вдруг подошла, торопливо оглянулась и погладила меня по голове. Я чуть сумки не уронил от неожиданности.
– Всё будет хорошо,- прошептала она,- только не торопитесь, и всё будет хорошо.
– Да я как бы и не сомневаюсь,- ответил я , попрощался и вышел на улицу. Что за тайны мадридского двора…
Машин отец довёз нас до дома, на предложение зайти и перекусить (выпить человеку за рулём я принципиально не предлагаю), ответил уклончивым отказом- мол в другой раз, и быстро уехал. А мы потащили сумки ко мне, на второй этаж.
– Мань,- спросил я.- а чего это твои все какие-то странные сегодня?
– Сама не понимаю,- Маша остановилась на площадке между этажами,- мама меня всю ночь уговаривала остаться дома, а когда я прямо спросила- почему, сказала- так лучше будет. Потом бабушка тоже…смотрит и крестится… и говорит маме- «Чему быть, того не миновать». Папа тоже, как смурной. А спрашиваю прямо- так всё ничего. Не знаю.
– Да нунах,- возмутился я,- ещё голову ломать! А мы с девчонками торт купили. Здоровый, с розами. Пошли скорее, а то они помрут от обезвоживания, так у них на него слюни текут.
Маша засмеялась, и у меня малость отлегло от сердца- уж очень она была мрачная.
Через полчаса явилась Лариса со своим Игорем. Я даже малость позавидовал- вот чуйка у человека! Никогда никакой сабантуй не пропустит. Я рассказал всем про часы и Викторину.
– Слушай,- Ларису осенило,- а может это она, а не Занкевич? Ну, устроила всё это. А Альбина просто была пешкой. Думала, что она главная, а главная была Викторина?
– А можно узнать, были ли эти дети у неё незадолго до смерти?- заинтересовался Игорь.