Чтение онлайн

– Она пожертвовала собой ради жизни и ради любви.

– Ты о Белит что ли?

– Да, теперь они снова вместе и снова счастливы.

– Романтические бредни, – фыркнул ангел смерти и поинтересовался, – Пойдёшь к своему владыке?

– Да.

– Возьмёшь меня с собой?

– Тебя? Зачем? – ангелесса жизни, разумеется, уже всё поняла.

– Вряд ли мне будут рады там, а развоплощение не очень приятная штука, я думаю. К тому же служить под началом такой симпатичной девчонки, которой ныне является Бог, мне импонирует намного больше, чем начальник многоголовое чудовище. А ещё, раз мы выжили, ты обещала мне дать!

– Между прочим, согласилась только Ариада, а я промолчала, – напомнила Инна.

– Ну-у-у! Я тебе, что совсем не нравлюсь? – Александр притянул собеседницу к себе за талию, заглядывая глазами в глаза, – Я обещаю, что буду вести себя паинькой, перекрашу крылья и даже исправлю психику…

– Разве это можно исправить? – с улыбкой поинтересовалась ангелесса.

– Не думаю, но попробовать можно. И вам, между прочим, нужны новобранцы, – добавил тёмный ангел.

– Да, нужны, – согласилась Инна, – Идём.

– Отлично, теперь у меня есть новая работа! – усмехнулся Александр.

– Но на секс даже не рассчитывай…

– Давай, назовём это другим словом?

Ангелы шагнули в появившееся окно перехода, оставляя позади руины Базара…

Плача Пантикия Таландриэль упала на колени. Обагренные кровью сородичей руки и огромный груз ответственности навалились на неё. Эльфы телохранители тут же обступили её, закрывая от взглядов посторонних, не положено им видеть эльфийскую королеву в таком состоянии.

– Нет, нет… – тихо повторяла Пантикия.

Уцелевшие эльфы собрались вокруг своей королевы и замерли в скорбном молчании. Таландриэль плакала не способная принять того, что человек, не обременённый её знанием и веками её жизни спас миры, она плакала, потому что, уверовав в свою силу, она испугалась произвести обмен душ сама.

Поодаль застыл боевой хирд гномов, недоумевая выискивающий в небе чудище с которым можно было бы сразиться, но ЕГО уже не было. Зверь ушёл.

Чихая и вполголоса ругаясь из-под груды битого камня, вылез Демангрэг и потёр ушибленную макушку. Оглядевшись по сторонам, старик горестно произнёс:

– Вот так всегда. Разрушить разрушили, а кто строить будет? Ну или могли хотя бы возместить ущерб.

Шмыгая носом, в дверях одного из зданий выполненного в султанском стиле стояла Канна. Вампирша видела всё произошедшее, видела исход своей единственной настоящей подруги и из её глаз катились кровавые слёзы…

И была ещё одна заинтересованная происходящим персона, всё это время не спускавшая с Ариады взгляда. Вестница без сомнений её узнала бы, чуть-чуть напрягая память, даже вспомнила бы имя, которое упоминала её возлюбленная – Друссила.

Древнейшая из существующих вампиресс сидела на раскладном стульчике, и вяло наблюдала за происходящими событиями. Когда Бог и Зверь разошлись, она скучающим голосом прокомментировала:

– Вот так всё и закончилось.

Женщина вытянула руку вбок на яркий солнечный свет. Кожа мгновенно задымилась, сгорая и тут же регенерируя. Стоящая подле вампирессы девушка сместила солнцезащитный зонтик в сторону, прикрывая ладонь своей госпожи.

– Зачем, Ёко? Солнце не может меня убить, ты же знаешь.

– Знаю, повелительница, но вам по-прежнему может быть больно.

– Что такое боль, Ёко? Ты знаешь? Это просто нервные импульсы, которые в панике бегут к мозгу от поражённого места. Их можно контролировать, также как и всё в этом мире. Также как произошло и сейчас. Сумрак опять использовал свою марионетку, чтобы восстановить равновесие. Также как в своё время он использовал меня. Банально, но вместе с тем весьма эффективно.

Друссила неспешно поднялась с раскладного стульчика и шагнула к самому краю крыши. Её спутница поспешила следом за ней, прикрывая госпожу от палящего солнечного света.

– Единственное, что я никак не пойму: зачем он каждый раз влезает между Богом и Зверем? – задумчиво спросила вампиресса и побарабанила пальчиками по своему подбородку, рассматривая руины.

Несколько секунд женщина молчала, потом с улыбкой заметила:

– Вот был бы чудный конец этого фарса под названием жизнь. Один из демиургов погиб, второй в приступе хаотичного безумия разрушил все эти никчёмные миры.

– Если бы вы приказали, повелительница, я просто зарубила бы эту марионетку, – подала голос девушка.

– Не думаю, Ёко, что это было бы тебе под силу. Сумрак способен временно наделять своё создание необычайным могуществом. Не забывай, эта милая девочка Ариада убила таки трёх серых стражей порядка.

– Я – дева смерти, меня невозможно убить.

– Практически невозможно, – поправила вампиресса и, улыбнувшись, погладила спутницу по щеке.

– Простите мою вспыльчивость, повелительница, – тут же смутилась девушка.

– Не стоит извиняться, Ёко. К тому же схлестнись вы с Ариадой в бою, всё, скорее всего, закончилось бы ничьёй. Силёнок убить тебя – у неё действительно нет, даже не смотря на подачки сумрака.

– В таком случае, какова была ваша цель, повелительница? Зачем вы натравливали на неё стражей порядка, если они всё равно не смогли бы её уничтожить?

– Я допускала возможность того, что стражи порядка смогли бы убить её.

Дева смерти поджала губы, но не посмела возразить или что-либо произнести. Друссила, разумеется, заметила это и, вновь погладив спутницу по щеке, произнесла:

– Не расстраивайся, дело не в том, что они сильнее тебя, на самом деле они, разумеется, намного слабее, но у них есть одно преимущество – их много. А каждое наделение силой сумрака заметно подрывает здоровье самой марионетки. Если мои предположения верны, Ариаде хватило бы ещё на два-три подобных эпизода, пока её тело полностью не исчерпало бы жизненный ресурс. Жаль, что стражи порядка всё же оказались, не столь настойчивы, как я предполагала, и жаль, что мне не хватило времени реализовать ещё один план. Наверное, всё же стоило бы подёргать за ниточки и натравить на марионетку вампиров Готики, но что не сделано – то не сделано, не будем себя жалеть, это в любом случае ничего не даст.

Женщина помолчала немного, потом пожала плечами:

– По-видимому, в этот раз всё опять завершилось до отвращения хорошо. Что ж, я подожду другого краха, другой попытки закончить эту излишне затянувшуюся историю. Рано или поздно какая-нибудь из марионеток сумрака обязательно сделает фатальную ошибку, надеюсь, что не без моей помощи. А пока мне надо позаботиться о более послушных и сильных игрушках.

Вампиресса помолчала, загадочно улыбаясь своим мыслям, потом вновь посмотрела на арену несостоявшейся последней битвы и негромко произнесла: