Чтение онлайн

Рис. 2.15. Руины г. Ленинакана после землетрясения в Армении

Засилие бюрократии, контраст между годами правления в СССР Леонида Брежнева и Михаила Горбачева, ужасные причуды природы – все это проявилось в страшной катастрофе, произошедшей в Советской Армении в декабре 1988 г. Генеральный секретарь Горбачев, находившийся в то время с официальным визитом в Нью-Йорке, узнав о происшедшем, немедленно прервал визит и вернулся домой.

Это было одно из самых мощных землетрясений в данном районе за последние 80 лет и самое ужасное за годы советской власти. «У меня за плечами печальный опыт Чернобыля, – заявил в интервью газете «Известия» министр здравоохранения СССР Евгений Чазов. – Но ничего подобного я раньше не видел. Масштаб происшедшего просто катастрофичен».

Ленинакан на две трети был разрушен. Половина Кировакана, города со 150 тыс. населения, превратилась в развалины (рис. 2.16). Спитак с населением в 30 тыс. человек в результате землетрясения практически перестал существовать. Толчки ощущались далеко к востоку (до столицы Азербайджана Баку) и к северу (до столицы Грузии Тбилиси).

Рис. 2.16. Развалины г. Кировакан после землетрясения в Армении

По свидетельству доктора Роберта Уоллэса из Геологического центра исследования землетрясений Менло-Парк (Калифорния), район бедствия является своеобразным «структурным узлом», образованным взаимодействием нескольких твердых тектонических плит. Широкая зона, раскинувшаяся от Средиземного моря до Гималайских гор, представляет собой реликт Тетиса, древнего моря, когда-то отделявшего Евразию от Африки и Индии. Много миллионов лет назад континенты сблизились и прижались друг к другу как раз над зоной, прежде бывшей морем. Поэтому возникшее здесь давление вызывает землетрясения, вулканическую деятельность и процессы горообразования. В 893 г. произошедшее в этих местах землетрясение унесло 20 тыс. жизней, а землетрясение 1667 г. (близ Шемахи) погубило 80 тыс. человек.

Но особенно страшным в армянском землетрясении 1988 г. было количество человеческих жертв, обусловленное абсолютно непродуманным строительством большинства жилых домов в этом регионе. Построенные небрежно и с чрезмерной экономией строительных материалов в эпоху Брежнева, они просто обрушились на головы жильцов. Часы на городской площади Ленинакана замерли в 11 ч 42 мин – минуту спустя после начала землетрясения. Везде, где когда-то стояли жилые дома, в диком беспорядке громоздились горы обломков, торчали изогнутые балки (рис. 2.17). Скорбно бродили уцелевшие люди, пустыми взглядами отыскивая среди руин тела родных.

Рис. 2.17. Последствия землетрясения в Армении

Поезда были буквально сброшены с рельсов, грузовики завалены оползнями, мощные автомобили, словно разбросанные игрушки, валялись вдоль дорог. Повсюду полыхали бесчисленные пожары, возникшие при повреждении газопроводов и электролиний.

«Все произошло как в замедленном кино, – вспоминала момент землетрясения работница чулочной фабрики Рузанна Григорян. – Я видела, как падает огромная бетонная панель. Я хваталась за каждый кусок бетона, за каждый металлический стержень под рукой, пытаясь сантиметр за сантиметром освободиться из плена. Мне казалось, что я освободилась быстро, и только потом узнала, что делала это на протяжении многих и многих часов».

«Раздался громкий гул, потом из-под земли вырвался пар, и здания стали качаться, как лодки на воде, – рассказывал позже оставшийся в живых житель Ленинакана Геворк Шахназарян, описывая первый и самый страшный из трех толчков. – Казалось, что земля закипела».

Советское телевидение показало обезумевшего человека, стоявшего среди груды деревянных и бетонных обломков и с отчаянием указывавшего на обгорелую кучу обломков, бывших когда-то кухней. Его брат обедал там в тот момент, когда произошло землетрясение. Тело отца только что извлекли из-под развалин. Брата так и не нашли. «Никто не смог бы жить здесь, – говорил человек сдавленным, вызывавшим ужас голосом. – Горе совершенно непереносимо».

Майор из Ленинакана Эмиль Киракосян потерял всю семью, состоявшую из 15 человек. «Их больше никого нет, – плакал он в телестудии. – А я должен продолжать работать».

Сначала называлось разное количество предполагаемых жертв – от 120 до 175 тыс. На пятый день в РСФСР был направлен заказ на изготовление 50 тыс. гробов, еще 30 тыс. должны были сколотить на предприятиях в самой Армении.

Более чем низкое качество панельных и блочных зданий, а также отсталость советской медицины очень сильно уменьшили эффективность спасательных работ. Но как бы то ни было, перестройка Горбачева способствовала широкому отклику на катастрофу. Правительство согласилось принять интернациональную помощь, которая вряд ли была бы возможна в более ранние годы. Уже 10 декабря бригада французских пожарных с 36 собаками на двух авиалайнерах «DC-8» прибыла в Армению, а транспортный самолет «Геркулес» Военно-воздушных сил (ВВС) США доставил туда палатки, одеяла, медикаменты и специальное оборудование. Кстати, это был первый случай, когда Советский Союз принял помощь от Соединенных Штатов со времен Второй мировой войны.

Слабость советской системы и сила новых влияний обнажились так же драматически, как и остовы разрушенных зданий. «Эти дни смерти и народной дипломатии показали отсталость и косность советской системы, которая непременно приведет к месяцам официальных упреков и обвинений, – писал в «Нью-Йорк таймс» Вилл Келлер. – Но мы также увидели, что общество, так долго державшее в секрете свои домашние трагедии, так долго стыдившееся принимать чужую помощь, наконец открылось для мирового сострадания и, как никогда раньше, стало прислушиваться к советам со стороны».

«Произошли значительные перемены со времен Чернобыля, – соглашался с этим мнением полковник Хлуднев, офицер из деревни Степановян. – После Чернобыля власти со скрипом позволили иностранцам принять участие в расследовании причин происшедшего, но этим все и ограничилось. На этот раз мы просили конкретной помощи».

Сейсмологи всего мира тоже извлекли из трагедии Армении несколько важных уроков. Была расширена сеть высокочувствительных сейсмостанций, чтобы с большей точностью улавливать малейшие колебания земной поверхности и предупреждать население о грядущей опасности. «Мир с надеждой ждет от нас решимости действовать сообща», – заявил доктор Франк Пресс, президент Национальной академии наук.

На территории Таджикистана 23 января 1989 г. в 5 ч 2 мин по местному времени произошло сильное землетрясение. Сила толчка в столице республики была равна примерно 5–6 баллам. Погибло более 1 тыс. человек. Эпицентр землетрясения находился в 30 км юго-западнее Душанбе. Им была охвачена территория свыше 2 100 км2. В эпицентре сила толчка достигала 7 баллов и это было бы не так страшно для людей и построек, если бы колебания земли не вызвали гигантские оползни. Их объем, по предварительной оценке специалистов, достигал миллиарда кубометров. Отмечался сильный выброс грунтовых вод на поверхность земли, что осложнило проведение спасательных работ.

Наиболее пострадавшими оказались три кишлака, находившиеся в центре Гиссарского района. Кишлак Шарора строился вокруг территории научно-производственного объединения «Земледелие». Его окраина вплотную подходила к высокому земляному холму. Дожди и мокрый снег, обильно выпавшие здесь за неделю перед стихией, размочили почву. Резкий вертикальный толчок силой в 7 баллов обрушил огромные массы земли. Оползень шириной около 2 км сорвался вниз на кишлак. Половина домов селения оказалась погребенной под слоем земли, местами завал достигал толщины 18–20 м. Шарора – единственная из жителей южной части кишлака Шарора, оставшаяся в живых после землетрясения 23 января 1989 г. Девочку спасло то, что она была привязана в колыбели.