Чтение онлайн

Сао Ли говорил по-галатски довольно чисто, лишь слегка пришептывая и смягчая, как-то скругляя звуки, отчего у него выходило: "Далианна Пелвая". Когда мудрец поклонился, выяснилось, что не вся его голова была выбрита: на затылке имелись волосы, сплетенные в тугую, длинную тонкую косу, которая плетью перекинулась через лысину.

— Правительница Галатона Дарианна Первая приветствует светлоликого принца Чжу Цина — сына великого сына неба… — зачастил Вадиус, так и не разогнувшись.

Сао Ли не сдал позиций и в таком же положении прошепелявил ответ.

Теперь мне стал понятен смысл выражения "журженьские церемонии". Обмен любезностями длился не менее получаса, и я начал опасаться, что встреча на этом и завершится, когда Сао Ли наконец выпрямился и произнес:

— Император Юлан Цин желает знать, что заставило Дарианну Первую искать разговора с ним.

Копыл, облегченно вздохнув, тоже принял вертикальное положение, умудрившись при этом не закряхтеть, и сделал шаг назад в знак того, что теперь будет говорить Дарианна.

— Не стану скрывать, моя страна находится в бедственном положении, — произнесла девушка.

— Да, мы наслышаны о войне Галатона с Андастаном, — сказал император, после того как мудрец перевел ему слова Дарианны.

Я понял ответ Юлана прежде, чем Сао Ли повторил его по-галатски. Осознавая, что способности изначального могут помочь мне узнать что-нибудь полезное, например, в том случае, если император с мудрецом вдруг решат переброситься парой фраз на родном языке, я сделал вид, что внимательно слушаю старика. Но его раскосые глаза подозрительно блеснули.

— Я предлагаю заключить союз между нашими государствами, — прямо заявила Дарианна.

Тонкие брови на плоском невозмутимом лице Юлана приподнялись в картинном изумлении:

— Но зачем этот союз Журжени? На нас никто не нападал.

— Это лишь вопрос времени, — парировала ее величество.

Прежде чем заговорить, император переглянулся с Сао Ли:

— Андастан предложил Журжени нейтралитет. Почему я рассказываю об этом? Что лучше: объединиться с тигром и попытаться вместе уничтожить дракона либо спокойно дожидаться в стороне, когда дракон пожрет тигра?

— Вскоре после того, как дракон пожрет тигра, ему понадобится новая пища, — мягко улыбнувшись, проговорила Дарианна.

— Возможно да. А возможно, и нет. Что лучше: ввязаться в драку с драконом сейчас или дождаться его нападения?

— Кровь тигра сделает дракона в два раза сильнее, и тогда неизвестно, чем закончится поединок.

— Может быть. Но это еще неизвестно. Что выгоднее: дружба с тигром или мирное соседство с драконом?

— Дракон — беспокойный сосед. А тигр умеет быть благодарным.

Сао Ли перевел последние слова Дарианны, но Юлан молчал, ожидая, что именно предложит ему правительница Галатона.

— Мы знаем о том, что боги благословили ваш народ, и численность его все время увеличивается. Журжени нужны новые земли. За помощь в этой войне мы готовы после победы отдать империи край Водопадов.

Император молчал.

— Это большая и богатая провинция.

Молчание. Лишь короткие взгляды, которыми обменялись Юлан и Сао Ли. Дарианна и Копыл тоже посмотрели друг на друга, и старик кивнул.

— Край Водопадов и Солнечный край, — проговорила ее величество.

Ответа не последовало.

— Эти две провинции и десять сундуков золота.

Наконец император соизволил ответить.

— Нам не нужны ни твои земли, ни золото, — перевел Сао Ли.

— Значит, вы отказываетесь заключить союз с Галатоном?

— Мы должны подумать, правительница.

— Сколько времени вам нужно для раздумья? — напрямую спросила Дарианна.

— Мы дадим знать. И еще: в следующий раз мы не желаем беседовать в присутствии твоего младшего мудреца. У него лукавые глаза.

Интересно, что фразу про мудреца (то бишь, вашего покорного слугу) император не говорил. Старик добавил ее от себя, очевидно, догадавшись, что я понимаю журженьскую речь. Произнеся нечто вроде пожеланий благополучия и счастья, Сао Ли изящно крутанул пальцами, и астральное окно закрылось, оставив нас в недоумении.

— Неужели им не нужны земли, Вадиус? — в отчаянии воскликнула Дарианна.

— Не знаю, ваше величество. Но им явно что-то нужно.

— Что же?

— Надо ждать. Журженьцы ничего никогда не говорят напрямую. Уж такой это народ…

— Но мы не можем ждать! У нас нет на это времени.

Словно в подтверждение ее слов, я ощутил пульсацию под тяжеленным медальоном. Откинув белую хламиду, извлек и активировал связующий амулет.

— Ваше высокомагичество, — проговорил далекий голос, — докладывает граф Стивен Сайонс, полномочный посол Галатона в Паргании. Война, ваше высокомагичество! Орки Диких степей нарушили парганскую границу.

— Значит, и на помощь Паргании рассчитывать не приходится, — упавшим голосом проговорила Дарианна. — Похоже, мы остались одни…

Я обнял любимую, желая поддержать ее и мучительно ища выход из ситуации. Действительно, сильными союзниками могли стать только Паргания и Журжень. Конечно, политические отношения с Парганией всегда были сложными из-за колоний Южного континента и соперничества за главенствующее положение в мире. И тем не менее, некромантия — слишком большая опасность для всех государств Аматы, против нее нужно объединяться. Но соседям не хватит сил на две войны. Журжень заняла выжидательную позицию. Как там Юлан говорил про тигра и дракона? Сдается мне, он хочет в стороне наблюдать за дракой монстров, чтобы в решающий момент выступить на стороне сильнейшего. Шиан? Маленькая страна, славящаяся свободными нравами, терпимым отношением к изысканной любви, искусными шлюхами и курильнями диджаха, которые официально разрешены властями. У них и армии-то нет, наверное.

На другие расы надежды никакой. Гоблины слишком робки и малочисленны, сидят по своим болотам, орки — дикий народ, с ними не договоришься. Тролли тупы, саймарам плевать на людей, их вотчина — океан, там никакие некроманты не достанут. Гномы, как уже упоминалось, отрезаны от нас. Даже если бы они и согласились поучаствовать в войне, выбирались бы в обход полгода. Да и зачем им? Вряд ли Ирияс захочет лезть за ними в штольни. Аллирил погиб из-за дикого эксперимента Вериллия. Безумный маг уничтожил целый народ. Хотя что могли адепты сил природы противопоставить магам смерти?

Смутная, еще неосознанная мысль занозой вонзилась в разум, засела, садня и требуя внимания. Что-то из недавнего прошлого, краткий эпизод, вспышкой мелькнувший в пестрой ленте моего существования. И сейчас вспомнить его было жизненно важно. Я нахмурился, призывая к порядку перегруженную событиями память. Есть! Ну, конечно! Эта сцена встала перед внутренним взором так ярко, словно я переживал ее заново. Небольшой дом с покосившейся вывеской "Букинистическая лавка", сверкающие на мостовой осколки стекла, равнодушные зомби, стаскивающие какие-то доски, обломки мебели, тряпки и укладывающие их в одну кучу с трупами. Хрупкий белобрысый мальчишка, улепетывающий по улице. Встревоженное лицо Лиллы, оторопевший мастер Триммлер. Лорд Феррли, висящий над их головами. И главные действующие лица этого спектакля — Дрианн и Лютый, выставившие ладони, с которых льется мощная волшба. Пляшущие в воздухе голубоватые искры, запах грозы, физически осязаемая сила заклинаний… Вот оно! Лютый сумел отразить некромантские чары, и если бы не мое вмешательство, неизвестно еще, за кем бы осталась победа. А ведь брат на тот момент располагал только сырой силой, обретенной после падения проклятия крови.