Чтение онлайн

Но обе стороны опоздали в своем обращении к белорусскому народу. С тех пор белорусская литература, как и вся интеллектуальная жизнь в нашем крае замирает на некоторое время, благодаря цензурным стеснениям и разгрому.

В 80-х годах, особенно на рубеже 90-х, с немалым трудом пробивается нарастающая белорусская интеллигенция. Так как она выходит из крестьянской среды, из мещанства, из среды убогой шляхты, то немало труда и усилий стоило первым ее представителям пройти через суровые гимназии нашего округа, даже при тяжелом режиме Сергиевского, не любившего людей из народа и вообще даже остерегавшегося местных белорусов, затем той же интеллигенции без средств приходится пробивать себе дорогу в университетских городах. Это было очень трудно. Однако, к этому времени все же белорусы пробились сквозь горнило тогдашних учебных заведений, появились в университетах, а позже и в родном крае, конечно, на второстепенных мало заметных административных местах, в качестве учителей гимназий, секретарей статистических комитетов и т. п. Высшая администрация систематически не давала хода белорусским уроженцам. Попечитель Сергиевский белорусам или не давал места, или давал захудалые места, а назначив на место, на всякий случай, держал в подозрении белоруса учителя и вообще с открытой неприязнью относился ко всем тем, которые выказали интерес к научному изучению края. Почти до конца 90-х годов местным людям, состоящим на службе, трудно было писать о «Северо-Западном крае», если они не выказывали себя рьяными приверженцами официальной доктрины. Кое-как удалось некоторым, как А. П. Сапунову, или Е. Р. Романову и некотрым другим, издавать тяжеловесные научные материалы, но и за это они были в большом гонении от учебного округа.

Однако, сила вещей, и крепкое белорусское национальное чувство брали свое и пробивали бреши в этом официальном антагонизме ко всему белорусскому, иногда принаравливались к общему тону. Иногда светочи белорусского возрождения проявлялись вдали от родины.

В Петербурге кружком студентов издается нелегальная газета «Гомон». Это был первый предвозвестник. С 1887 г. начинается работа киевского кружка. Его попытка издавать что-нибудь в Киеве и на белорусском языке потерпела крах. Издана была только брошюра М. В. (Довнар) — Запольского «Белорусская свадьба и свадебные песни». Общий ее тон национально-научный. Тем же кружком в Москве два года издавался — на 1889 г. и 1890 г. — «Календарь Северо-Западного края» под редакцией М. (Довнар) — Запольского. Особенностью этого календаря, на который при всех обзорах белорусского возрождения указывают обыкновенно, как на первый его предвозвестник, как было понято в белорусской провинции, было стремление провести некоторые литературные произведения на белорусском языке, что редакции и удалось сделать, поместив несколько стихотворений. Затем, в этом «Календаре» встречается ряд научных статей по истории и этнографии, причем в качестве сотрудников встречается несколько крупных имен профессоров В. З. Завитневича (белорус), профессора Э. А. Вольтера (литовец), В. Б. Антоновича (ст[атья] «Брагинская волость»), В. П. Голубовского (статья «О Владимире Святом»), переиздан был «Гапон», наконец, в этом «Календаре» появляются впервые подробно составленные статистические сведения о Белоруссии. Таким образом, под видом «Календаря» появился альманах, посвященный различным сторонам изучения Белоруссии. Зарождающееся движение отдавало себе ясный отчет о той конечной цели, к которой оно стремилось, о тех идеалах, которые оно хотело возбудить среди белорусов. В 1891 г. поэт Богушевич, известный под псевдонимом Мацея Бурачка, писал в предисловии к изданному им в Кракове сборнику «Дудка беларуская», обращаясь к землякам: «Я сам калiсь думаў, што мова наша — „мужыцкая“ мова i толькi таго!» Но потом автор предисловия говорит о себе, что он много читал и со многими познакомился и тяжелое раздумье стало его брать: «Божа ж мой, божа! Што ж мы за такiя бяздольныя». Маленькая Болгария, Хорваты, Чехи и другие имеют свою литературу, говорят на своем родном языке. Но разве наша мова не такая, чтобы на ней можно было писать. «Ой не! Наша мова для нас святая, бо яна нам ад бога даная, як i другим добрым людцам i говорым жа мы ею шмат i добрага, але так ужо мы самi пусцiлi яе на здзек». И сам автор решается писать на белорусском языке, призывая в то же время своих сородичей беречь родную мову: «Шмат было такiх народаў, што страцiлi [найперш] мову сваю, так як той чалавек прад скананнем, катораму мову займе, а потым и зусiм замерлi. Не пакiдайце ж мовы нашай беларускай, каб не умёрлi!»

Богушевич в последствии был очень популярен в белорусской среде, но сейчас трудно сказать, в какой мере его книжка, изданная в Кракове, была известна в самой Белоруссии, но высказанные им идеи исповедывались тогда многими.

В 1888 г. на страницах «Минского листка», тогда весьма популярной в крае газеты, печатался длинный ряд статей М. В. Довнар-Запольского под заглавием «Белорусское прошлое», переиздавшихся потом отдельными брошюрами. Автор подводит итоги своим очеркам в таких словах: «Уже из этих беглых очерков можно, как кажется, вывести заключение, что белорусское племя имело свою историю, отличительную от истории соседних, родственных ему племен, свои исторические традиционные начала, что эти начала оно когда-то упорно отстаивало. Кроме того, белорусский народ имеет этнографическое отличие от соседних народностей, отличается от них складом своего развития, понятий и наклонностей. В устах его еще сохранилась масса песен, из которых многие дышут родной, заветной стариной, рисуют бытовую обстановку жизни, в них воспевает белорус свою радость и горе… Это хватающая за душу песнь народа-раба, стонущего среди гонений, под игом чузеземной неволи… вообще народное наше творчество составляет наше богатство, которым белорусы могут гордиться, которое должны поддерживать и сохранить. Наконец, есть еще завет у белорусов — свой язык». Охарактеризовав древность языка, автор далее с большой осторожностью (очевидно, ввиду цензурных условий) переходит к вопросу о сущности народного организма (эти взгляды далеки от позднейшего марксизма названного автора) и в его заключении сквозит мысль, что Белоруссия — особый народный организм, имевший свое самостоятельное прошлое, может и должен иметь и свое самостоятельное будущее: «… народ, лишенный политической жизни, подавляемый внутренним гнетом, иногда на целые столетия сходящий с политической арены и как бы замирающий, такой народ, если он не потерял своего языка, этнографических особенностей и пр., снова выдвигается на арену, если не политическую, то, по крайней мере, социальной и умственной жизни. Таковы свойства и крепость народного общественного организма», — и далее автор ведет речь о необходимости и пользе белорусского национального возрождения.

В 90-х годах литературное и культурное возрождение Белоруссии проявляется уже многими путями. Оно выражается, прежде всего, в стремлении к уяснению исторического прошлого и современного состояния Белоруссии. Работа идет в двух направлениях. В местных официальных газетах и в многих неофициальных появляются статьи, которые в той или в другой мере подымают белорусский вопрос. Печатать оказалось возможным только в официальных изданиях, потому что чиновничья цензура оказалась менее строгой, а среди редакторов оказался ряд белорусов, в которых теплилось национальное чувство. В местных газетах, напр., в «Минском листке», в «Виленском вестнике», в «Губернских ведомостях» с 1887 г. появляется систематический ряд статей М. В. Довнар-Запольского, иногда под полной фамилией, иногда под инициалами, иногда под псевдонимом. Эти статьи рассматривали статистическое и экономическое положение Белоруссии, ее историю, особенности быта, это были наброски впечатлений от путешествий. Здесь нет нужды перечислять эти статьи, ввиду их многочисленности трудно было бы охарактеризовать их. В общем тон этих статей — это доказательства исконной государственной обособленности белорусского народа, его отличие от других славянских народов и его право на самостоятельное существование. Так как многие из этих статей имели форму критических отзывов, снабжены были научным аппаратом, то цензура пропускала нередко очень горячие призывы к национальному возрождению.

С течением времени работа в этом направлении принимает более широкие размеры. В этом (литературном) отношении весьма важна деятельность Е. Р. Романова, который в местных изданиях, а потом отдельными брошюрами выпускает полубеллетристические очерки из белорусской жизни, иногда под своей фамилией, иногда под псевдонимом «Радимич», иногда анонимно. Таковы его рассказы «Милостивый Осип», «Кара в сто лет», «Плач белорусской земли» и некоторые другие. Им же переиздан «Тарас на Парнасе», ранее выпущенный с литературным введением М. В. Довнар-Запольского. В конце 90-х годов Е. Р. Романов выпускает ряд сборников и материалов, о которых нам придется еще говорить. Эти сборники и материалы представляют собой научные труды. Они все же будили мысль в направлении белорусского возрождения. Весьма полезна была деятельность А. К. Ельского, писавшего свои статьи на польском языке в национальном белорусском направлении, но успевшего выпустить и несколько брошюр на белорусском языке, напр., «Слова аб праклятай гарэлцы» и «Аб жыццi i смерцi пьянiцы» (Петербург, 1900 г.), брошюру об эмиграции и некоторые другие. Несколько раньше появляются «Богачи» Брайцева, позже «Казакi», издания А. К. (1904 г.), очень интересный сборник рассказов А. Пщелко «Очерки и рассказы из жизни белорусской деревни» (1906 г.), составившийся из ранее помещенных в «Витебских ведомостях».

Все эти проявления белорусского национального движения относительно немногочисленны, что объясняется тогдашними условиями, ибо в форме отдельных брошюр и особенно полностью на белорусском языке печатать все же или было невозможно, или только случайно кое-что проскальзывало. Поэтому и период белорусского возрождения, выразившегося в 90-х годах, может быть надлежащим образом оценен только тогда, когда в оборот изучения войдет вся литература научная, полубеллетристическая, беллетристическая с частичным употреблением белорусского языка, которою были наполнены тогдашние наши повременные издания, то есть те официальные издания, о которых мы говорили. Поэтому нельзя без благодарности не вспомнить редакторов местных ведомостей и редакторов «Виленского вестника» (Бывалькевича и Вруцевича), которые наполняли свои издания статьями белорусских патриотов. Помещение в этих издапниях статей было и весьма целесообразно: обычно ведь это были единственные повременные издания, доходившие до народного учителя, священника, вообще до сельского интеллигента.

Наперед оговариваюсь, что мы приведем весьма неполные сведения, ибо не имеем ни возможности, ни места придать нижеприводимым справкам надлежащую полноту, мы в самых общих чертах и познакомим читателя с характером тогдашних местных изданий, хотя бы для того, чтобы с благодарностью упомянуть хоть некоторые имена культурных работников.

«Минский листок» при редакторе К. И. Зиновьеве и его преемниках уделял место различным статьям, характеризующим Белоруссию. Так, по этнографии встречаем статьи С. Пильского «Святочные обычаи в Гомельском уезде» (А.Б.), «Воззрение белорусов на праздник Пасхи», «Троицын день», «Положение женщины в крестьянской среде» (с песнями) и пр. «Педагогические воззрения белорусского народа» (К. Б-ского) «Белорусский говор или белорусское наречие», «Месяц и солнышко в белорусской поэзии» М. Запольского и др.

По истории, археологии и истории права встречаем статьи Н. Янчука «По поводу археологической находки» К. И. Зиновьева, «Историко-географические очерки Белоруссии», много статей А. Слупского, «Исторический очерк Мозыря», «Древние памятники Новогрудка» и др. Встречаем ряд статей не подписанных. Статьи Довнар-Запольского («Белорусское прошлое», «Наша научная нужда», «Заметка о предстоящем археологическом съезде» и другие). Но интересно, что в этом издании, мы встречаем первые опыты беллетристики из белорусской жизни с частичным применением белорусского языка: И. Чижика («Вавкулаки», «Два приятеля Ивана Печуры», «У сохи» и другие), встречаем и очень удачные переводы из Сырокомли нашего поэта Янки Лучины. В этой же газете переиздан и «Тарас на Парнасе».

В «Виленском вестнике» было помещено много статей по белорусской этнографии, часто без подписей авторов. По этим статьям можно было бы составить довольно полный очерк этнографического быта Белоруссии. Затем встречаем статьи Ф. Я. Серно-Соловьевича («Историко-филологические названия местностей Северо-Западного края», «Большая Пречистая», «Ильин день»), из статей других авторов назовем археологические статьи Макаревского, Э. А. Вольтера («Материалы для археологической карты Виленской губернии» и др.) И. Сиротко («Историко-этнографический очерк Крево»), статьи Рубинштейна (по Литовскому Статуту), статьи А. П. Сапунова. Из статей Довнар-Запольского назовем: «Статистические очерки Северо-Западного края», «Обзоры деятельности крестьянского банка», «Статьи по статистике народного образования», «Об осушении болот», «Обзор погребальных обрядов в Белоруссии», «Из истории романа и повести в Белоруссии», «Очерки путешествий по Белоруссии», «Очерки по истории реформации в Белоруссии», критико-библиографические очерки и т. п.

Крупная роль принадлежит бесспорно «Витебским ведомостям», вокруг которых сплотился тамошний кружок националистов-белорусов. Здесь мы встречаем длинный ряд статей Никифоровского, о котором нам еще придется говорить, Е. Р. Романова (псевдоним «Радимич»). Здесь помещались исторические очерки Воскресенского, (переиздан частью «Гапон». Здесь А. Пщелко помещал свои многочисленные этнографические и беллетристические очерки, чрезвычайно колоритные и интересные; Остопович поместил очерки по изучению белорусской народной поэзии, представляющие большой интерес, Довнар-Запольский напечатал «Тарас на Парнасе» с историко-литературным введением. Иногда встречаем без подписи авторов очень интересные этнографо-беллетристические очерки и исторические документы, ряд статей таких почтенных деятелей, как Д. И. Довгялло, А. П. Сапунов, Стукалич и других. Встречаем драматический этюд, частью на белорусском языке — «Подрядились» и мн. др. Вообще, в истории нашего движения «Витебским ведомостям» и их сотрудникам принадлежит крупная роль, так как все эти статьи были проникнуты отчетливо выраженным национальным духом.

В «Могилевских ведомостях» с переходом Е. Р. Романова в Могилев также водворяется сильная национальная струя. Здесь мы видим ряд статей самого Е. Р. Романова — исторических, археологических, этнографических. Статьи эти им потом собирались в отдельные сборники.

В «Гродненских ведомостях» встречаем также длинный ряд статей с менее заметной, однако, национальной тенденцией, но зато весьма важных в научном отношении. Таковы статьи священника Льва Паевского о местных архивах, истории Жировиц, статьи о Супрасльской Лавре, обширная статья о лаборях, осторожно анонимная статья о необходимости развития белорусской народной литературе по примеру Галиции. А. Е. Богданович поместил здесь очень ценный очерк «Пережитки древнего миросозерцания у белорусов», Довнар-Запольский поместил статью об этнографическом изучении Гродненской губернии, «Песни пинчуков» и др.