Чтение онлайн

Что касается иностранных капиталовложений, то вкладчиков старались привлечь гарантиями от национализации (от 10 до 25 лет), освобождением от налогов и прочими преимуществами.

План «Пидота» широко рекламировался в выступлениях руководителей АЛНС и в печати как внутри страны, так и за рубежом. Богатый цифрами и графиками, он производил впечатление обоснованного документа, следуя указаниям которого через несколько лет можно добиться истинной независимости и благосостояния. План выглядел весьма привлекательно для многих бирманцев, ибо обещал улучшить жизнь, создавал иллюзию построения мирного государства без партийной борьбы, несправедливости, угнетения. Для его осуществления государство обращалось к патриотическим чувствам бирманцев.

Наиболее быстрые и очевидные успехи в выполнении плана были достигнуты именно в той его части, где говорилось об инициативе местных органов власти и населе-ния. Успехи стимулировались также призами для наиболее активных деревень, соревнованием, разгоревшимся между деревнями. По официальным данным, за первые два года осуществления «Пидоты» было построено около 2 тыс. местных дорог и мостов, 1700 колодцев, 1500 водохранилищ, более 3300 деревенских школ и 400 читален.

Однако строительство читален и восстановление местных ирригационных систем, хотя и имело значение для экономики, не было главным. Основными оставались земельный вопрос и производство риса. Рис был не только главным продуктом питания, но и важнейшим источником поступления иностранной валюты. Без увеличения экспорта риса все планы индустриализации оставались не более чем планами.

Первоначальной задачей в рисоводстве было достижение довоенного уровня производства и подъем залежных земель, брошенных крестьянами во время оккупации и гражданской войны. Для осуществления этого вскоре после принятия плана была создана Корпорация развития, а несколько позже организованы сельскохозяйственные банки. Корпорация развития и банки должны были регулировать расходование средств на развитие экономики, а также давать крестьянам ссуды на подъем целины, расширение посевных площадей и выращивание новых культур: земляного ореха, хлопка, сахарного тростника и т. д. В обязанности Корпорации входило также обеспечение земледельцев семенами и техникой и обучение их новым агротехническим приемам.

Проблема расширения производства была тесно связана с насущными земельными реформами. Здесь правительство оказалось в сложном положении, и политика его отличалась двойственностью. Когда речь шла о помещиках-абсентеистах, индийских ростовщиках и т. п., правительство выступало на стороне крестьян не только на словах, но и на деле, тем более что почти все индийцы покинули Бирму во время войны и мало кто из них вернулся обратно после 1945 г. Еще в 1950 г. правительство Бирмы наотрез отказалось удовлетворить просьбу четтьяров о пересмотре суммы компенсации за национализированную землю. Сумма компенсации осталась на уровне двенадцатилетней ставки земельного налога с данного участка (четтьяры просили увеличить ее втрое) и платилась лишь в неконвертируемой валюте — бирманских чжа, т. е. выплата носила в значительной степени символический характер. Часть этой земли к началу 50-х годов находилась во владении крестьян, занявших ее во время японской оккупации, часть была заброшена, часть попала в руки местных помещиков, которые были влиятельной силой в Социалистической партии и активно поддерживали Лигу в гражданской войне. Поэтому, с одной стороны, правительство, которое неоднократно афишировало готовность передать землю тем, кто ее обрабатывает, вынуждено было к каким-то действиям, тем более что отсутствие их подтверждало правильность антиправительственной позиции повстанцев. С другой стороны, эти действия неизбежно вызвали бы отрицательную реакцию со стороны помещиков. И даже наличие благих намерений части АЛНС не могло преодолеть ни объективных трудностей, ни силы оппозиции реформе.

В результате в плане «Пидота» и в последующих выступлениях членов правительства наступление новой эры для крестьян растягивалось на 10 лет (1953–1963). Было объявлено, что на первом этапе необходимо, подготовить и обучить административный персонал, который будет руководить распределением земли, затем следует избрать земельные комитеты, не находящиеся под партийным контролем. После этого каждая семья получит по 10 акров (4 га) земли (столько, сколько обрабатывается одной упряжкой волов). Крестьянские семьи будут объединены в кооперативы, получающие кредиты и семена от государства. К 1955 г. должно быть перераспределено в общей сложности 10 млн. акров, а к 1962 г. миллион крестьянских семей будет объединен в 50 тыс. кооперативов.

В действительности аграрная реформа проходила совсем иначе, чем декларировалась. В 1953–1954 гг. ее проведение было начато в восьми небольших районах, и к концу 1955 г. в общей сложности было распределено всего 6 % намечавшихся к перераспределению земель. К примеру, в районе города Амарапура реформа проводилась в 24 деревнях. В ноябре 1953 г. было объявлено о выборах в земельные комитеты. Однако ни в одной из деревень комитеты не были выбраны в полном составе и не представляли крестьян — во главе их стали местные администраторы из АЛНС. Сначала из числа перераспределяемых земель были изъяты земельные владения менее 50 акров, затем земли, принадлежащие буддийским монастырям и организациям. В результате перераспределялась лишь треть земель, причем большей частью даже в экспериментальных районах лишь подтверждались права мелких владельцев. Арендаторы в среднем получали не более 3 акров на семью, что не давало возможности прокормиться. Вопросы создания кооперативов в подавляющем большинстве экспериментальных деревень были отложены и забыты, и бирманские помещики через родственников, подставных лиц и с молчаливого согласия руководителей земельных комитетов остались фактическими собственниками крупных земельных владений.

Благоприятные погодные условия в 1952/53 г. и спрос на рис на внешнем рынке улучшили положение в сельском хозяйстве. Площади под рисом приблизились к довоенным, а урожай риса достиг 5740 тыс. т (в 1938/39 г. он составлял 8050 тыс. т). В первые годы независимости Бирма могла экспортировать несколько более 1 млн. т риса, и до 1953 г. ее доходы от продажи риса постоянно росли ввиду роста цен, особенно в связи с корейской войной. Однако с 1953 г. цены на рис на мировом рынке покатились вниз и Бирма с трудом продала затоваренный рис по сниженным ценам. В результате доходы в валюте от продажи риса в 1953/54 и 1954/55 гг. составили лишь 80 % от доходов в 1952/53 г. Выполнение плана «Пидота» оказалось под угрозой.

Трудности возникли и в области промышленности, ибо выполнению планов препятствовали как продолжавшаяся гражданская война, так и катастрофическая нехватка национальных кадров. Обращение правительства к иностранным фирмам (что выразилось в первую очередь в создании смешанных компаний вместо прежде целиком английских «Бирма Корпорейшн» и «Бирма Ойл») не принесло желаемых результатов. Если в 1952 г. добыча нефти составляла менее 10 % довоенной, то к 1955 г. она не превышала 15 %. Практически не увеличивалась добыча олова и других цветных металлов: рудники большей частью оставались в зоне деятельности каренских повстанцев.

Трудности в выполнении плана «Пидота», сказавшиеся уже в первые два года, заставили многих бирманцев обратить внимание на деятельность американских экспер-тов, представлявших доклады, на основе которых и были разработаны планы промышленного развития.

Многочисленные эксперты (стоимость помощи которых оценивалась правительством США в миллионы долларов ежегодно) проникали во все области бирманской экономики и составляли многочисленные, часто невыполнимые в бирманских условиях планы. В Бирме все шире распространялось мнение, что эти советники преследуют цели, не имеющие ничего общего с интересами Бирмы. Недоверие к американским плановикам увеличивалось с ростом сомнений в том, что «Пидота» — панацея от экономических и социальных бед.

В АЛНС и Социалистической партии лишь незначительное меньшинство хотело или могло признаться в том, что Бирме следует стать союзником США. Большинство членов этих организаций отражало демократические и националистические взгляды слоев бирманского общества. Поэтому явный переход Бирмы в западный лагерь никак не способствовал бы популярности правительства. Даже правая оппозиция предпочитала играть на националистических чувствах избирателей, обвиняя правительство Лиги в сговоре с американцами. Любое открытое выступление правительства либо в пользу американской помощи, либо в поддержку американской политики вызывало резкую реакцию в парламенте. Наиболее твердую антиамериканскую позицию занимала Рабоче-крестьянская партия Бирмы. Правительство Лиги было вынуждено учитывать антиимпериалистические тенденции в бирманском обществе. В любой критический момент правительству пришлось бы выбирать между американской поддержкой и общественным мнением. Такой кризис в бирмано-американских отношениях наступил с началом гоминьдановского вторжения в Бирму.

Первые гоминьдановские части появились на территории Бирмы в конце 1949 г., с падением гоминьдановского режима в Южном Китае. Отступившие через границу отряды под командованием генерала Ли Ми обосновались в северо-восточных горных районах. В то время, в разгар гражданской войны, начало вторжения прошло почти незамеченным. Однако уже в июле 1950 г., с ликвидацией угрозы повстанцев Рангуну, бирманские части оттеснили китайский отряд к границе. Отступив в горы, гоминьдановцы получили подкрепления, оборудовали посадочные площадки, наладили связь с Тайванем и начали рекрутировать в свои ряды молодежь из местных племен. К апрелю 1951 г. общая численность гоминьдановских войск достигла уже 4 тыс. человек. Предпринятое этим отрядом вторжение в Юньнань провалилось, и в июле гоминьдановцы вновь отступили в горы. Следующую попытку вторжения в Китай гоминьдановцы предприняли в 1952 г. К тому времени их насчитывалось в Северо-Восточной Бирме более 12 тыс. Попытка вновь была неудачной, и разгром, учиненный гоминьдановцам Народно-освободительной армией Китая, был таков, что надежды на реванш пришлось полностью оставить. С этого момента гоминьдановские части перестали рассматривать оккупированные районы Бирмы лишь как базу для нападения на КНР и прекратили называть себя «освободительной армией». Они решили остаться здесь надолго, начали облагать налогами местное население, проводить рекрутские наборы и наладили регулярное воздушное сообщение с Тайванем через Таиланд. С Тайваня поступали оружие, боеприпасы и даже американские инструкторы: военный очаг на южной границе КНР в разгар войны в Корее был выгоден США. Во второй половине 1952 г. владения гоминьдановиев охватывали значительную часть шанских княжеств и доходили до реки Салуин. Отдельные подразделения гоминьдановских войск появились в окрестностях Бамо и Мьичины, а на юге наметился их союз с частями КНОО.