Чтение онлайн

Но удержал он для себя и трех дев поразительной красоты. Прекраснейшая из них была дочерью одного из германских королей; вышеупомянутый Хумбер похитил ее вместе с двумя другими, опустошив королевство ее отца. Ее звали Эстрильдой, и была она так хороша, что нелегко отыскалась бы какая иная, способная идти в сравнение с нею; тело ее превосходило своей белизной прославленную слоновую кость, свежевыпавший снег и любую лилию. И вот Локрин, воспылав к ней любовью, возжаждал возлечь с нею на ложе и сочетаться с ней браком. Когда Коринея известили об этом, он распалился безмерным негодованием, ибо Локрин уговорился с ним ранее, что возьмет за себя его дочь. Итак, потрясая секирой, Кориней предстал пред королем и сказал ему так: «Вот как отплачиваешь ты мне, Локрин, за бессчетные раны, которые я получил, служа твоему отцу, когда он затевал битвы с неведомыми народами! Вот как отплачиваешь ты мне, отвергая мою дочь и вступая в супружество с какою-то чужестранкой! Но не пройдет это тебе безнаказанно, и порукой тому сила, которой наделена вот эта моя десница, на берегах Тирренского моря лишившая радости жизни столь многих гигантов». Возглашая это все снова и снова, он потрясал секирой, как бы собираясь поразить ею Локрина, чего, однако, не допустили друзья их обоих. Уняв Коринея, они принудили Локрина исполнить обещанное. Итак, Локрин взял в жены дочь Коринея по имени Гвендолена, [60] не забывая вместе с тем и о своей страсти к Эстрильде; [61] соорудив подземелье под городом Триновантом, он поместил ее там, поручив приближенным окружить затворницу должным почетом и преданно ей служить. Он желал хотя бы втайне вкусить от нее любовные наслаждения. Ибо, страшась Коринея, не смел открыто держать ее при себе, и, как сказано выше, скрыв ото всех, посещал ее целых семь лет, причем никто об этом не был осведомлен, кроме отмеченных особым его доверием приближенных. Ведь отправляясь к ней, он всякий раз утверждал, будто хочет совершить в одиночестве жертвоприношение своим личным богам. Таким образом, внушив некоторым ложное о себе представление, он побудил их превозносить его за мнимое благочестие. Между тем Эстрильда зачала от Локрина и родила девочку поразительной красоты, которую назвала Хабрен. Зачала также и Гвендолена, которая родила мальчика, нареченного именем Маддан. Отданный на попечение деда своего Коринея, он усердно усваивал его наставления.

25. В дальнейшем, по смерти Коринея, Локрин покинул Гвендолену и провозгласил Эстрильду королевой. А Гвендолена, распалившись негодованием, отбыла в Корнубию и, созвав молодежь со всего королевства, начала тревожить Локрина вооруженными нападениями. Наконец, войска обоих сошлись и вступили в сражение близ реки Стуры, [62] где Локрин, пронзенный стрелой, распростился с радостью, которая дарует нам жизнь. После его гибели королева Гвендолена, неистовая и яростная, как и ее отец, взяла в свои руки кормило правления. Эстрильду и ее дочь Хабрен она приказала бросить в реку, которая ныне зовется Сабриной, [63] и по всей Британии разослала указ, предписывавший называть эту реку по имени девушки. Она хотела, очевидно, обеспечить ей таким образом вечную память, ибо та родилась от ее супруга; вот почему эта река на языке бриттов носит название Хабрен, но по причине искажения обычно зовется Сабриной.

После убийства Локрина Гвендолена царствовала пятнадцать лет, он же – десять. Увидев, что ее сын Маддан достиг уже зрелого возраста, она вручила ему бразды правления, пожизненно сохранив за собою лишь область Корнубию.

В Иудее правил тогда пророк Самуил; [64] был еще жив Сильвий Эней, а Гомер почитался прославленным ритором и поэтом.

26. Маддан взял жену, которая родила ему двух сыновей, Мемприция и Малима, и в мире и тщании правил своим королевством в течение сорока лет. После его кончины между вышеназванными его сыновьями возник спор о верховной власти, ибо и тот и другой желали самолично владеть всем островом. И вот Мемприций, страстно стремясь удовлетворить свои чаяния, вступил в переговоры с Малимом, якобы намереваясь восстановить между ними согласие, но, воспламененный огнем предательства, убил его во время переговоров. Захватив затем власть над всем островом, он стал творить такое насилие, что обрекал на смерть почти каждого из знатнейших. Он возненавидел также всех своих кровных родичей и, опасаясь, как бы кто из них не свергнул его и не увенчал себя королевской короной, стремился или силой, или коварством их всех уничтожить. Покинув свою жену, которая была матерью достославного юноши Эбраука, он предался содомии, предпочитая естественному соитию противоестественный блуд. Наконец, на двадцатом году своего царствования он отстал на охоте от спутников и забрел в какую-то лощину среди холмов, где был окружен и разорван в клочья собравшимися во множестве прожорливыми волками.

Тогда в Иудее царем был Саул, [65] в Лакедемонии [66] – Эврисфей.

27. После гибели Мемприция власть в Британии взял в свои руки его сын Эбраук, муж могучего сложения и поразительной силы, и тридцать девять лет стоял у кормила правления. После Брута он первым направил свои корабли к границам Галлии и, затеяв войну, изнурил эти края убийством мужей и насилиями, чинимыми в городах, после чего возвратился с победою, обогащенный несметным количеством золота и серебра. Кроме того, за рекой Хумбер он основал город, который по своему имени назвал Каерэбраук, [67] то есть город Эбраука.

В Иудее тогда царствовал царь Давид, [68] в Италии – Сильвий Латин, пророками в Израиле были Гад, Натан и Асаф. Эбраук основал поблизости от Альбании город Алклуд [69] и укрепление на горе Агнед, [70] которое ныне называется Замком дев, а также Скорбной горой. Было у него двадцать сыновей, родившихся от двадцати его жен, и тридцать дочерей. Вот имена его сыновей: Брут Зеленый щит, Маргадуд, Сизилий, Регин, Морвид, Бладуд, Ягон, Бодлоан, Кинкар, Спаден, Гауль, Дардан, Элдад, Ивор, Кангу, Гектор, Керин, Руд, Ассарак, Буель; а вот имена его дочерей: Глойгин, Игногин, Оудас, Гвенлиан, Гаурдид, Ангарад, Гвенлодое, Тан-густель, Горгон, Медлан, Метаель, Оурар, Майлуре, Камбреда, Раган, Гаель, Экуб, Нест, Хейн, Стадуд, Гладус, Эбрейн, Бланган, Абаллак, Ангаес, Галаес (тогда самая красивая из всех девушек Британии и Галлии), Эдра, Анор, Стадиальд, Эгрон. Их всех отец отправил в Италию к Сильвию Альбе, который царствовал после Сильвия Латина. Там они были выданы замуж за знатных троянцев, разделять ложе с которыми не желали латинянки и сабинянки. [71] Его сыновья под предводительством своего брата Ассарака повели корабли в Германию и, покорив с помощью Сильвия Альбы ее обитателей, захватили все это царство.

28. Брут, прозванный Зеленым щитом, остался при отце и, овладев после него властью, правил в течение двенадцати лет. Ему наследовал его сын Лейл, почитатель мира и справедливости. Воспользовавшись процветанием своего королевства, он построил в северной части Британии город, назвав его по своему имени Каерлеилом. [72]

Тогда Соломон [73] начал в Иерусалиме возводить храм господень; тогда же туда прибыла, дабы вкусить от его премудрости, царица Савская, [74] и тогда занял престол своего отца Альбы Сильвий Эпит.

Прожил Лейл после того, как унаследовал королевство, двадцать пять лет, но стал под конец править вяло и нерадиво. И так как его равнодушие к делам государственным все усиливалось, в царстве бриттов внезапно разгорелась междоусобная распря.

29. После него тридцать девять лет правил его сын Руд Гудибрас. Возвратив народ из междоусобной розни к согласию, он основал Каеррейнт, [75] то есть Кантуарию. Основал он и Каергвейнт, [76] то есть Гвинтонию, а также укрепление на горе Паладур, которое ныне именуется Сефтонией. [77] Когда там возводилась стена, заговорил, как рассказывают, орел, [78] чьи слова, если бы я считал достоверными, то не преминул бы среди всего прочего сообщить их потомству.

Тогда царствовал Капис, сын Эпита, и пророчествовали Аггей, Амос, Иов, Иоиль и Азария. [79]

30. Наследовал Гудибрасу его сын Бладуд, который правил затем двадцать лет. Он основал город Каербадум, который ныне называется Бад, [80] и устроил в нем горячие бани для общего пользования. Он препоручил их покровительству богини Минервы, в чьем храме поместил неугасаемые головни, которые никогда не превращались в золу, но, остывая, становились каменными глыбами.

В те времена Илия [81] молился о том, чтобы не проливался на землю дождь, и дождя не было три года и шесть месяцев.

Король Бладуд был человеком больших дарований. Он научил Британию колдовству и был тароват на всевозможные выдумки, пока не попытался, изготовив для себя крылья, воспарить высоко в небо, [82] но упал в Тринованте на храм Аполлона и разбился так, что от него ничего не осталось.

31. После гибели Бладуда королем становится сын его Леир, [83] который шестьдесят лет достойно правил страной. Он основал город на реке Соре, [84] который на языке бриттов называется Каерлеир, [85] а на языке саксов Лерецестрией. Провидение отказало ему в потомстве мужского пола и одарило его только тремя дочерьми, каковые звались Гонорильей, Регау и Кордейлой. Отец питал к ним, и в особенности к младшей Кордейле, редкостную любовь, и так как к нему уже стала приближаться старость, решил отдать им свое королевство и сочетать их, браком с такими мужьями, которые, взяв их за себя, стали бы вместе с тем и властителями его государства.

Однако чтобы определить, какая из них достойна получить лучшую часть его королевства, он посетил каждую из них в отдельности, стараясь дознаться, которая любит его больше других. Когда он задал свой вопрос Гонорилье, та, призвав в свидетели богов-небожителей, заявила, что он ей намного дороже души, обитающей в ее теле. На что отец обратил к ней такие слова: «Раз ты чтишь мою старость превыше жизни своей, я выдам тебя, дражайшая дочь, за юношу, какого бы ты для себя ни избрала, дав ему за тобою третью часть королевства Британии». Регау, которую он вслед за тем посетил, желая снискать отцовское благоволение последовала примеру сестры и на его вопрос, поклявшись, ответила, что она любит его, как никого на всем свете и что сверх этого ей сказать нечего. Поверив и этой, отец обещал наделить ее столь же высоким положением, как первородную дочь, и устроить ее замужество, дав за нею другую треть своего королевства. Младшая дочь Кордейла, понимая что отца покорили льстивые уверения старших сестер, пожелала его испытать и порешила ему ответить иначе, чем те: «Существует ли где, отец мой, такая дочь, которая могла бы мнить о себе, будто она любит отца более, чем отца? Не думаю, чтобы где-нибудь отыскалась такая, которая посмела бы подобное утверждать, если только ее к этому не побуждает намерение за лживыми словами скрыть правду. До сих пор я всегда любила тебя как отца, да и теперь мое чувство сохраняется во мне неизменным. А если ты домогаешься от меня чего-либо большего, то будь неколебимо уверен в моей любви и привязанности и прекрати расспросы свои. Ведь ты стоишь столько, сколько заключаешь в себе, и столько же любви я питаю к тебе». Выслушав это, отец, сочтя, что она высказалась от всего сердца и с полною искренностью, вознегодовал и не преминул высказать все, что накопилось в его душе. «Так как ты выказала столько презрения к моей старости и отказываешь мне в той любви, какою любят меня твои сестры, я также отвергну тебя, и в отличие от них ты не получишь ни частички моего королевства. Впрочем, я не хочу сказать, поскольку ты моя дочь, что не выдам тебя, если представится случай, за чужестранца. Но я твердо говорю тебе, что не стану стараться выдать тебя замуж с таким же почетом, как выдам твоих сестер, ибо, хотя я до этого дня любил тебя больше, чем их, ты любишь меня менее, чем они».

И он, не мешкая, по совету своих приближенных выдал двух вышеназванных дочерей за двух властителей, а именно Корнубии и Альбании, предоставив им немедленно лишь половину острова и оставляя после своей кончины все королевство Британию. Случилось в последующем так, что король франков [86] Аганипп, прослышав о редкостной красоте Кордейлы, немедленно отправил к королю Леиру послов, прося отдать ее ему в жены. Отец, все еще упорствуя в гневе, о котором упоминалось выше, ответил, что охотно отдаст дочь за него, однако без земли и без денег, ибо все свое королевство со всем золотом и серебром он уже подарил Гонорилье и Регау, сестрам девушки, которую сватает Аганипп. Когда Аганиппа известили об этом, распаленный любовью к девушке, он снова отправил к королю Леиру гонцов, заявив, что золота и серебра, а также другого добра у него у самого предостаточно, ибо ему принадлежит одна треть Галлии, и что он берет за себя Кордейлу, дабы иметь от нее наследников. Наконец, по заключении должного соглашения, Кордейла отсылается в Галлию и становится женой Аганиппа.