Чтение онлайн

Так что не осталось жителей в Мухрани, Картли и Сацициано и местами также в Сабаратиано-Сомхити, кроме как в крепостях, ибо даже для обработки земли спускались [в поле] украдкой, и увидя их [лезгин] возвращались в крепости. И османов побивали многажды так, что не могли они противостать [лезгинам].

Вновь разорили [лезгины] Джавахети. Узнали грузины и известили османов, подошли грузины и перекрыли перешейку Дидгорскюй башни и как появились лезгины, начали палить из ружей и побили [грузины] многих, а они бросили всю добычу и убежали. Тогда у Теладгоры встретили их османы и еще больших побили. Однако от самих османов было большее разорение и пленение и в бою тоже большей частью одолевали они.

И так как умножилось распутство, прелюбодеяние, содомия, пленопродавство, зависть, взаимное истребление и иное многое зло, поэтому и бог напустил [на землю] зло, ибо даже звери нападали и съедали без стеснения многих. Потом появились полчища воробьев, которые затемнили солнце своим числом и всецело съели посевы, чего не помнили веками. Затем погибли многие из-за чумы, однако никто не побоялся бога.

А после бегства Исак-паши прибыл Топал-паша. Он велел грузинам быть вооруженными и относился к ним с честью и учил единству и послушанию бога. В ту пору войска его всегда побеждали лезгин и истребляли [их]. Однако спустя немногое время отослали [пашу] в Багдад и после него вновь вернулся Исак-паша и стало по-прежнему, даже хуже.

А когда преставился император Петр второй и села императрица Анна, призвала она царя Вахтанга в Петербург, одарила его и направила в Дербент, чтоб захватить Шемаху и затем Картли. Выступив, прибыл [царь] в Дербент лета Христова 1734, грузинского 422. Однако вышеупомянутый Тамаз-хан первым занял Хорасан и прогнал из Испагана авганов и вновь посадил там шаха Тамаза. Затем вновь отнял у османов Тавриз и оставил шаха для взятия Еревана, а сам направился в Хорасан. Однако у Еревана османы отогнали шаха Тамаза, который вернулся в Испаган. Узнал об этом Тамаз-хан, пришел в Испаган и схватил шаха Тамаза, ибо был [шах] пьяница и низких поступков. А Тамаз-хан направился в Багдад и убил Топал-пашу и возвратился в Испаган и собирался идти на Багдад. Однако узнал [он] о походе царя Вахтанга из Дербента на Шемаху, оставил Багдад и подошел тайком к Шемахе, отобрал ее у Сулхава и затем напал на Сулхава в Кулмухи, захватил и разорил, забрал имущество его, перешел в Шаки и оттуда приступил к Гандже [и] прислал в Дербент к царю Вахтангу человека, чтоб явился к нему. Однако Вахтанг не пожелал и отбыл в Астрахань, ибо отдали русские все [владения] персидские Тамаз-хану.

Но этой зимой Тамаз-хан не смог вэять Ганджу. Тогда грузины истребили всех османов, находящихся вне Тбилиси. Гиви Амилахори также вошел обманом в Горийскую крепость и побил их и занял крепость. После [этого] явились грузины к Тамаз-хану у Ганджи. А он одарил их немногими дарами, отправил с ними Ханджал-хана с войском для борьбы с османами. Прибыли они, собрались вновь и стали в Авчала. Тогда из Тбилиси вышел Махмад-бег с османским войском, напали на них кизылбаши и грузины, обратили в бегство и побили, а остальные вошли в Тбилиси.

Затем кизылбаши и грузины стали в Коджори, а ночной дозор их в Цавкиси. Ночью пришли османы и истребили ночной дозор полностью, а утром напали на кизылбашей и грузин и сразились эти тоже и убежали османы и побивали [их], погнались [за ними] и подошли к Тбилиси [кизылбаши и грузины].

И этой весной Тамаз-хан оставил Ганджу сам и осадил ее другими войсками. Прошел он Сомхити, Дманиси перешел Каикули и подошел к Карсу. Тогда там находился недавно прибывший сараскир Корул с большим войском. Не справившись с Карсом, Тамаз-хан вернулся и стал у Еревана. А на третий день, утром, прибыл и Корул с войском, сразились и развернулся бой сильный, убили Корула и османы обратились в бегство, так что один захватывал сотню [осман]. Видя это, османы отдали Ереван, Ганджу, Лоре, Тбилиси. И занял Тамаз-хан и призвал грузин в Ереван, однако там схватил всех, кроме Кайхосро Капланисшвили, который в то время был спаспетом, и отправил всех под арест в Тбилиси. После захватил весь Каикули и жителей отправил в Хорасан.

Тамаз-хан прибыл в Тбилиси

Затем сам [Тамаз-хан] тоже прибыл в Тбилиси лета Христова 1735, грузинского 423. А дружины грузин ушли [все], кроме Вахушти Абашидзе.

А из Тбилиси направил войска и напали на Бардзима на [реке] Арагви. Оттуда кнзылбашей прогнали. Но в Верхнем Картли и Сацициано забрал многих душ и отправил в Хорасан. И узри гнев [божий], будто недостаточно было этого, ибо от Хилхила до Инджа валялись триста мертвых младенцев, брошенных матерями.

А Тамаз-хан, который собрался полностью разорить Картли, услышал о появлении крымских татар у Дербента. По этой причине оставил [он] Картли, прошел Кахети, разоряя его, и прибыл в Дербент. Однако крымские татары возвратились назад и [не застав их] он опустошил уцмия и пришел в Муган и там короновался и стал называться шах-Надиром.

Затем прибыл в Испаган, собираясь [оттуда] в Кандагар, а в Картли в качестве вали оставил Али-мирзу, сына Иманкули и Сефи-хана. Этот Сефи-хан приманил в Гори грузин, схватил Теймураза, Гиви Амилахора, Бардзима эристава и других, а Шанше сбежал, и отправил их в Испаган к шаху Надиру. А тот не причинил им вреда и взял с собой в Кандагар. Потом сделал Ханджал-хана ханом Картли, передал ему [этих] грузин и отпустил. А сам взял Кандагар и направился в Индию.

Обложил тогда прибывший [в Картли] Ханджал-хан поборами и [было] бедствие большое, ибо изымали ото всего – с деревьев, виноградников, пашни и животных. И этим подчинили воинов и нарекли «нокари» и мтаваров также пожаловали по их должностям и отняли вотчины и служили тбилисскому хану, ибо он же правил Кахети, Борчалу и Казахи. Часто собирали [кизылбаши] пленных и отсылали к шаху Надиру. Шанше же порой нападал [на кизылбашей], а затем отступал.

А царь Вахтанг обосновался в Астрахани и отправил в Москву сына своего Бакара с грузинами и привел туда царицу тоже и пребывал в покое один год. Затем преставился лета Христова 1737, грузинского 425, марта 26 и похоронили там с почестями большими и царскими. После него и царица уехала в Москву и остались они там.

И умер каталикоз Бесарион, затем прибыл Доменти из Стамбула в Имерети, призвали его в каталикозы, встретили [его] Ханджал-хан и знатные все и [весь] город и оказали почести большие.

И умер Ханджал-хан [и] дали ханство Алаверди, сыну Иесе от наложницы.

А так как не нападал [больше] Шанше, пошли кизылбаши на него, не смог Шанше устоять и с домочадцами бежал в Имерети и оттуда в Россию. Прибывшего в Москву Шанше ее пожаловал государь и вновь вернулся в Картли и занял владения свои и призвал лезгин и разорял земли.

А после бегства Шанше у брата его Арагвские эриставы отобрали жену и отдали кизылбашам. За это собрал Шанше лезгин и напал на Ананури, взял [его], разорил и истребил Арагвских эриставов полностью так, что никто не спасся (узри, ибо жену Гиорги эристава нагрузили каменной солью и так погнали).

Но не успокоился Шанше и разорял Картли с помощью лезгин. Пришли эти лезгины в Ташири. Узнал об, этом стоявший в Казахи Сефи-хан, который прежде сидел ханом в Тбилиси и по доносу грузин отозвал его шах Надир с гневом. Пришел он с 5000 человек в Дманиси, забрал с собой Кайхосро спаспета и подоспел к лезгинам, переходящим из Ташири, атаковал и истребил так, что немногие смогли убежать. Затем вновь успел перейти в Кахети и вышедших из Картли [лезгин] побил многих. Кизылбаши также побивали их многажды.

Однако стояли [лезгины] в Ксани и было постоянно от них разорение и пленение, так что не осталось жителей, ибо были сильно напуганы от лезгин. Так, что пятеро лезгин с пленными женщинами перезимовали в [селе] Чхиквта. Забеременев от лезгин, (женщины) родили и летом заставили забрать своих детей и ушли. (И бог допустил такое, ибо не боялись бога).

После того возвратился шах Надир из Индии, прибыл и направился на страну лезгин. Послал войска и напали на Шанше, вывели они из крепости Ацерисхеви семью Шанше и многих пленных, а Шанше бежал в Ахалцихе. А Аликули-хан, начальник войск и Тбилисский хан, вступил в Магран-Двалети, разорил его и горы [принадлежащие] Шанше, однако жамурские осетины обратили хана в бегство и побили его войска.