Чтение онлайн

документы по этим делам Питту. секретно от графа Воронцова. Великобританскій

министр. найдя все предложенныя измененія удобными, завел сам разговор о них

с Воронцовым. выдав сделанныя ему сообщенія за собственныя идеи, пришедшія

будтобы ему в голову после разговора с Новосильцовым: таким образом граф

Воронцов получил возможность вести офиціально переговоры по всем предметам.

Впрочем. по мненію салаго

358

Новосильцова, несмотря на готовность англійскаго министерства усвоить все виды

Императора Александра и заключить союз с Россіей на предложенных основаніях,

надлежало довершить это дело в Петербурге, — так сказать — под глазами

Государя (25).

В первом-же разговоре с Питтом, Новосильцов, беседуя о различных предметах,

коснулся необходимости образовать общую коалицію, для введенія Франціи в ея

древніе пределы и для отнятія у ней средств к посягательству на спокойствіе и

самостоятельность прочих держав. Сознавая полъзу такой цели, Питт сказал, что

для достиженія ея надлежало открыть глаза тем государственным людям, кои,

несмотря на уроки опыта, не видят, что возрастаніе могущества Франціи, вместе с

необузданным властолюбіем Бонапарта, угрожали разрушеніем Европе. По его

мненію, следовало убедить всех и каждаго, что Россія и Англія, ополчась против

Бонапарта и его правительства, и составляя с этою целью союз, не руководились

никакою себялюбивою целью, а желали избавить прочія самостоятельныя

государства от постыднаго ига и возстановить основанія народнаго права. Он

полагал, что коалиція не должна была ограничиться освобожденіем стран занятых

Французами, и что надлежало упрочить общую безопасность, положив преграду

покушеніям Франціи. По мненію Питта, достиженію сей цели могло содействовать

возстановленіе в сей стране прежней монархіи, но этот вопрос был так щекотлив,

что неследовало касаться его, пока того не пожелала-бы сама Франція. Конечно,

союзники вошлибы в соглашеніе с Бурбонами скорее и легче, нежели со всяким

другим французским прави-

359

тельством, но только тогда, когда возстановленіе прежней династіи было-бы

вызвано желаніем народа. Как эти идеи великобританскаго министра совершенно

совпадали с видами Императора Александра, то Новосильцову оставалось только

объяснить определительнее цель и средства предполагаемой коалиціи.

В отношеніи к субсидіям, Питт обещал, что Англія сделает все, невыходящее из

пределов возможности. „Мы дадим *) 5 милліон. фунтов стерлингов (около 35-ти

милліонов рублей), и даже может статься несколько более" — сказал он. „Мы не в

состояніи значительно увеличить эти субсидіи, но за то станем уплачивать их с 1-

го января, следовательно — тремя или четырьмя месяцами прежде, нежели

откроется кампанія, и это составить довольно значительную сумму, которая

послужить для пріуготовленій к войне".

По соглашеніи с Питтом, на счет всех важнейших пунктов заключавшихся в

инструкціи, (кроме Морскаго Кодекса, коего обсужденіе было отложено впредь на

неопределенное время), Новосильцов завел речь о недоверіи к русскому

правительству, выказанном англійским министерством в некоторых случаях, и

одним из примеров тому—сказал он—может служить внезапное открытіе

враждебных действій против Испаніи без сообщенія Петербургскому Двору

настоящих причин, побудивших Англію к такому поступку. По словам

Новосильцова: Обычная подозрительность Сен-Джемскаго Кабинета в отношеніи к

Россіи подала повод ему вывести из депеши князя Чарторыскаго графу

Воронцову, будто-бы наше прави-

*) Ежегодно.

360__

тельство намеревалось расширить свои владенія на счет Турціи. (Дело шло

о.покровительстве Россіи над христианами — подданными Порты, с тою целью,

чтобы удержать их в пределах повиновенія Султану). В ответе Питта заметно

было некоторое смущеніе; по словам его, помянутая русская депеша была

написана в каком-то особенном тоне, и к тому-же было много примеров, что

покровительство над страною оканчивалось ея покореніем. На это Новосильцов

заметил, что Император Александр весьма далек от подобных видов и решился-

бы овладеть Константинодолем только в таком случае, еслибы все усилія его—

обезпечить Турцію от господства другой какой-либо державы, остались напрасны.

„Но, еслибы даже — дродолжал Новосильцов — депеша была действительно

составлена в ином духе, то вамъли, лучшим друзьям нашим, тревожиться нашими

успехами^ Разве Англія от того понесла-бы потерю? Разве торговля ея не была-бы

лучше обезпечена?" Сознавая, что страна много выиграла-бы в случае

присоединенія ея к Россіи, Питт заметил, что было-бы весьма неосновательно

помышлять об осуществленіи подобных планов в такое время, когда все усилія

должны быть исключительно устремлены к одной цели — возстановить

самостоятельность держав, угнетенных Франціей, и когда следует убедить все

державы до какой степени гнусны (atroces) подобныя нарушенія народнаго права.

По словам Новосильцова, именно таким образом следовало отвечать Государю,

но, вместо того, англійская депеша была преисполнена опасеніями на счет Россіи,

ея необъятной обширности, и т. п. „Сознайтесь сами—сказал он—что «аш отзыв,

ослабляя достоинство безкорыстія нашего Государя, был

361

несообразен с вашею целыо". Действительно — Питт, совершенно убедясь в

безкорыстіи видов русскаго правительства, изъявил готовность участвовать в них.

Новосильцов, желая упрочить его расположеніе, вручил ему черновой проект

новаго трактата с Оттоманскою Портою. Несколько дней спустя, англійскій

министр, возвращая сей документа Новоеильцову, сказал ему, что все намеренія