Чтение онлайн

кричит никогда) (4). Трогательным памятником истинно-материнских забот Великой

Екатерины о своих внуках остались в назиданіе потомству: „Бабушкина Азбука,"

собственноручно ею написанная, и „Наставленія," ею-же составленныя *), дли

воспитателя их Николая Ивановича Салтыкова.

Под заглавіем „Бабушкина Азбука Великому Князю Александру Павловичу,"

мудрая Монархиня

*) Императрица Екатерина гордилась этою Ипструкціей и предполатала перевесть ее па все

европейскіе языки. В ея кабинете всегда находилось несколысо коиій ея, хорошо переписанпых,

которыя она дарила вельможам я знаменитнм путешествепникам. (Из записок о жизни князя Н. И.

Салтыкова).

1*

составила сборник из 211-ти изреченій, первоначальных сведеній и поучительных

анекдотов. Чтобы дать понятіе об атой „Азбуке," приведем несколько из

заключающихся в ней наставленій.

„Пред Богом все люди равны."

„Буде увидиш неблагодарнаго, знай, что он делает худо, но для того не переставай

делать добро."'

„Во младости Кир, сын Камбиза персидскаго владетеля, прогуливаясь с своим

учителем, увидел двух мальчиков; одному было примерно десять лет, другому

шесть; старшій был выше, младшій был ниже; на обоих кафтаны были сшиты не

по росту, — на высоком кафтан был короткой, на малом длинной. Еир, увидя их в

таком наряде, сказал: лучше-бы отдать длинный кафтан высокому мальчику, а

короткой меньшому ростом, на что учитель Киру отвечал следующее: то дело

портнова, кому какой кафтан в пору, а твое дело есть разсудить справедливо, не

должно отнять ни у одного ему принадлежащее ; останься всякой мальчик с своим

кафтаном."

„В великих сердцах мщеніе не более держится, как вода на покатой горе."

„Вольность есть право делать все то, что законы дозволяют."

„Александр спросил Діогена, боится-ли он его? Діоген отвечал вопросом: благ-ли

ты, Александр, или зол? Александр сказал: благ, на чт5 Діоген рек: кто когда видал

бояться благаго?"

Некоторыя из этих поученій были пояснены рисунками (5).

В Наставленіи „о сохраненіи здоровья" Царственных питомцев, Императрица

предписывала,

чтобы их платье было как можно простее и легче, чтобы пища была

простая, и „буде кушать захотят между обедом и ужином, давать им кусок

хлеба." Далее—сказано: „чтоб не кушали, когда сыты, и не пили, не имея

жажды, и чтоб когда сыты, их неподчивали пищею или питьем; чтобы не

пили холоднаго вспотевши, или когда разгорячены, a вспотевши, не пили

иначе, как скушав наперед кусок хлеба."

Императрица желала, чтоб юные Князья, и летом, и зимою, оставались как

можно чаще на свежем воздухе, на солнце и на ветру, а зимою по

возможности реже возле огня, и чтоб зимою в их комнатах было не более

13-ти или 14-ти градусов по реомюрову термометру. Далее — в Наставленіи

сказано : „на загар лица и рук не смотреть.... Вспотевши не ложиться на

мокрой траве."

Императрица желала, чтоб Великіе Князья, зимою и летом, ходили в баню,

чрез три или четыре недели, a летом купались, сколько сами захотят, лишь

бы пред тем не вспотели. Весьма полезным считала она, чтобы дети

учились плавать. Приказано было им спать „немягко," а на тюфяках, под

легкими одеялами, летом — ситцевыми подшитыми простынею, а зимою —

стёганными; ложиться и вставать рано. Предписано веселым играм детей

не мешать и „малых неисправностей при игре не унимать." Государыня

полагала, что „дав детям в игре совершенную свободу, можно узнать нрав и

склонности их." *) Далее сказано: „не оставлять их никогда праздными."

*) Ник. Иван. Салтыков действовал противно этому правилу, требуя от царственных питоыцев,

чтобы они ему давали отчет в своих мыслях. Сколько нам кажется, изь этого могло ВЫЙТИ ТОЛЬКО

стесненіе свободы мышленія.

По мненію Императрицы, следовало избегать употребленія лекарств и

обращаться к помощи врача только в случае действительной бодезни. „Когда дети

больны, пріучать их к преодоленію страданій терпеніем, сном и воздержаніем.

Каждый человек подвержен голоду, жажде, усталости, боли от недугов и ран, и

потому должен переносить их терпеливо. Помощь в таких случаях необходима, но

надлежит подавать ее хладнокровно, без торопливости."

Б особой главе „касательно умонаклоненія к добру," Императрица предлагаешь

действовать на мораль детей, давая им чувствовать, при всяком удобном случае,

что прилежаніе и хорошее поведеніе награждаются любовью, добрым именем и

славою, a нераденіе и дурные поступки влекут за собою стыд и презреніе.

„Стараться при всех случаях вселять в детях человеколюбіе и даже состраданіе ко

всякой твари".... Обман и неправда, и в игре, не должны быть терпимы, как

безчестное и постыдное дело. „Буде окажут несправедливость или обман, тогда

следует лишить их им принадлежащаго, чтобы они почувствовали, какова

несправедливость."

По мненію Императрицы: „дети обыкновенно плачут от упрямства, либо от

болезни, но должно запрещать всякія слёзы. В болезни — следует употребить

необходимыя средства для ея облегченія, не обращая вниманія на слёзы, и

стараясь внушить детям, что плач их не уменыпает, а усиливаете болезнь, и что

лучше преодолевать ее бодростью духа и терпеніем. Мысли-яге их стараться

отвлечь на что иное, или обратить слёзы в шутки..... Если в чем-либо приставники

от-

казали детям, то чтоб криком и плачем не могли выпросить."

Далее—Екатерина пишет: „об истинном познаніи Бога," присовокупляя, что „когда

идет речь о Законе (о Христіанской Вере), тогда неинако отзываться при детях, как

с достодолжным почтеніем."

По словам Императрицы: „телесная сила обнаруживается в преодоленіи труда, а