Чтение онлайн

Когда Абу Анга узнал об уходе императора на север страны, он приказал немедленно выступать в направлении Гондэра. 17 января 1888 г. на равнине Сар-Уыха ему {305} преградили путь войска Тэкле-Хайманота. С переменным успехом битва продолжалась целый день и закончилась победой Абу Анги. Он захватил много пленных, среди них и дочь Тэкле-Хайманота, ускакавшего после поражения с поля боя. Эфиопы понесли тяжелое поражение, потеряв многих высших военачальников. Три дня махдисты праздновали победу, после чего Абу Анга двинулся на Гондэр. Ранним утром 21 января махдистские отряды вторглись в Гондэр. После разгрома Тэкле-Хайманота в этом районе уже не было армии, которая могла бы защитить бывшую столицу эфиопских императоров. Войска Абу Анги разграбили город и захватили богатые трофеи. Жителей, не успевших бежать, убивали либо брали в плен. Все церкви были сожжены. После этого Абу Анга приказал возвращаться в Мэтэмму. Все селения, находившиеся на пути его войск, были сровнены с землей. Радость победителей была омрачена смертью Абу Анги, умершего после непродолжительной болезни.

После поражения ныгусэ Тэкле-Хайманота Йоханныс IV, сосредоточив главные силы на севере страны против итальянцев, пытался нейтрализовать халифа, предложив ему заключить соглашение. Он направил ему письмо следующего содержания: "Заключим мир между собой и будем жить в согласии. Народы Судана и Эфиопии имеют общее происхождение. Мы близки друг другу. Вместо того чтобы быть врагами, лучше объединимся и будем бороться против общего врага". Как подтвердили позднейшие события, император Эфиопии правильно посчитал, что в тот момент главной опасностью для страны была итальянская агрессия. Во главе огромной, 200-тысячной, армии он находился тогда в районе Адуа и Аксума, ожидая нападения итальянцев.

Абдаллах не принял предложения о заключении мира и установлении дружеских отношении. В ответном письме, отправленном в марте 1888 г., халиф писал: "Если оставишь свою веру и станешь мусульманином, то мы будем настоящими друзьями. В том случае, если не примешь ислама, то станешь главным врагом аллаха и пророка Магомета. И что бы тогда ни случилось, я не успокоюсь, пока не уничтожу тебя". {306}

СРАЖЕНИЕ ПОД МЭТЭММОЙ.

СМЕРТЬ ЙОХАННЫСА IV

Между тем положение Эфиопии на северном фронте значительно улучшилось. Итальянцы признали, что для решающего успеха в войне с Эфиопией у них на Африканском континенте не имеется еще достаточного количества сил. Итальянцы отвели свой африканский корпус из глубинных районов, оставив за собой контролирование стратегических пунктов на побережье. Это дало возможность Йоханнысу IV перебросить силы с северного фронта в центр страны, где возникла острая необходимость не только в защите западных границ, но и в обуздании сепаратистских стремлений ныгусэ Тэкле-Хайманота, который отказывался подчиняться императору, а также ныгусэ Менелика, находившегося в то время в дружественных отношениях с Италией.

Перед генеральным сражением с махдистами, оккупировавшими Мэтэмму, Йоханныс IV постарался установить порядок внутри страны. Он выступил против Годжама и Шоа. Ныгусэ Тэкле-Хайманот без сопротивления заключил соглашение с императором и присоединился к нему. Однако главный противник - Менелик по-прежнему не хотел подчиняться Йоханнысу IV, и император решил окончательно с ним расправиться.

Во время начатого похода на Шоа князья и духовенство из окружения императора убеждали его повернуть к Мэтэмме. Собравшиеся на совет светские и духовные сановники заявили: "Мы не считаем правильным выступать против Шоа, оставив дервишей в тылу. Сначала уничтожим дервишей, а потом уже направимся против Шоа".

Позднее ходили слухи о том, что большую роль в убеждении князей и императора в необходимости прежде всего отправиться на запад, а не к Шоа сыграли духовные лица, специально подосланные Менеликом. Они агитировали за войну с махдистами и выступали против войны с Италией на севере и, конечно, против войны на юге с Шоа.

Так или иначе, императорская армия, вместо того чтобы продолжать начатый по направлению к Шоа поход, от {307} Годжама двинулась через Агау-Мыдыр к Дэмбии. Йоханныс IV выступал во главе огромной армии из 150 тыс. пехотинцев и 20 тыс. конницы. Эфиопские воины были полны жаждой мести. Чтобы укрепить эти настроения, император провел свои войска через местность под Дэбрэ-Сина, где потерпел поражение Тэкле-Хайманот. На поле битвы лежали многочисленные трупы эфиопов, вид которых еще больше усилил жажду мести в армии императора.

Затем Йоханныс IV направился к Мэтэмме, после захвата которой намеревался двинуться к Омдурману, чтобы окончательно разбить врага. В этом походе императора сопровождали крупнейшие военачальники Эфиопии. Среди них были: рас Арая Великий, рас Микаэль, рас Хайле-Марьям, рас Алула, а также сын императора рас Мэнгэша.

Когда известие о походе императора с огромным войском достигло Мэтэммы, армия махдистов начала лихорадочно готовиться к обороне. Эмир Зеки Тумаль, заступивший Абу Анги, приказал все силы бросить на укрепление крепости. Безостановочные работы, проведенные в течение января и февраля 1889 г., позволили значительно усилить укрепления Мэтэммы. И все же Зеки Тумаль, в распоряжении которого было только 85 тыс. солдат, включая в это число также спешно мобилизованных окрестных крестьян и всех горожан, способных носить оружие, не надеялся удержать город. Он посылал халифу Абдаллаху отчаянные просьбы о подкреплении. В одном из писем Зеки Тумаль писал: "Пойми мое положение и пришли помощь. Лазутчики, которых я посылал к абиссинцам, сообщили мне, что их столько, сколько звезд на небе и песка в море. Они идут, и неисчислимые их громады поднимают с земли клубы пыли, которые, как тучи, закрывают солнце. Кроме того, есть предсказание, что абиссинские конники, искупавшись по грудь в человеческой крови, дойдут до Хартума... Все это переполняет меня ужасом".

В начале марта 1889 г. эфиопская армия показалась под Мэтэммой. Император Йоханныс IV, по своему обыкновению, перед началом сражения направил письмо эми-{308}ру Зеки Тумалю: "Я прибыл с тобой сражаться. Приготовься и жди меня, и не говори потом, что я напал на тебя неожиданно, как вор. Моя цель - отомстить за христианскую кровь".

9 марта эфиопские войска начали штурм. Сосредоточение огромного количества войск на сравнительно небольшом пространстве привело к тому, что сражавшиеся части оказались скрытыми клубами пыли, поднятыми с пересохшей земли десятками тысяч солдат, и потеряли связь со своим командованием. В один из моментов боя эфиопские солдаты прорвали в двух местах укрепление и ворвались в центр города, но в результате общего замешательства штурмующие отряды не использовали момент прорыва оборонительных линий и не послали необходимого подкрепления солдатам, сражающимся в центре вражеских позиций. В довершение солдаты, которым удалось прорваться в город, полагали, что это уже окончательная победа. Вместо того чтобы нанести удар по войскам Зеки Тумаля, застигнутым врасплох появившимися в их тылу вражескими солдатами, они начали поджигать дома и обыскивать те места, где предполагали найти труп Абу Анги. Настолько сильной была ненависть эфиопов к этому мусульманскому командующему, что они хотели сжечь его тело, чтобы отомстить ему хотя бы после смерти.

Несмотря на то что эфиопы не воспользовались возможностью атаковать врага с тыла, победа после четырех часов сражения начала явно склоняться на их сторону. В этот момент упал раненный пулей император Йоханныс IV, который, стремясь придать смелость своим солдатам, спешился и сражался во главе пехотинцев. Когда слух о ранении императора распространился среди эфиопских войск, их охватила паника. Огромная масса солдат обратилась в бегство. В один момент близкая уже победа превратилась, в полное поражение. Командующие отрядами не смогли овладеть положением и, отступая вместе с войсками, забрали с собой раненого императора. Вместе со всеми бежали абунэ Петрос и ычэге Теуофилос. Память о позорном бегстве церковных сановников с места сражения с мусульманами сохранялась в Эфиопии долгие годы. {309}

На следующей день после сражения Йоханныс IV умер от полученной раны. Перед смертью он успел еще объявить, что императорский трон передает своему сыну расу Мэнгэше.

Эмир Зеки Тумаль заплатил за победу такими огромными потерями, что побоялся сразу же броситься в погоню за бегущим, но еще многочисленным врагом. Он считался также с возможностью нового наступления неприятельской армии, не зная, что охваченные паникой эфиопские войска беспорядочно бегут как можно дальше от Мэтэммы, совершенно не думая о какой-либо борьбе. Ночь с 9 на 10 марта войско мусульман оставалось внутри своих укреплений. Только на следующий день, когда лазутчики принесли эмиру весть о том, что армия противника полностью разбежалась, он понял, что неожиданно одержал крупную победу. Зеки Тумаль тотчас же отдал приказ своим войскам догнать и атаковать в беспорядке отступающую эфиопскую армию.

После смерти Йоханныса IV феодалы из его окружения, забрав с собой гроб с останками императора, начали поспешно отступать по направлению к реке Атбара. 11 марта, подойдя к Атбаре, они разбили лагерь. Здесь их настигла погоня. За гроб императора разгорелась ожесточенная борьба. В конце концов мусульмане завладели гробом. Отрубленную голову Йоханныса IV, так же как и головы других убитых эфиопских князей, Зеки Тумаль в знак своей победы послал в Омдурман в подарок халифу Абдаллаху.

В столице государства махдистов в честь победы над эфиопами был устроен большой трехдневный праздник. После его окончания по приказу халифа голову императора Эфиопии привязали к верблюжьему горбу и возили по всему Судану, а человек, ведущий верблюда, оповещал: "Вот какой конец нашел могущественный император Эфиопии".

Поражение под Мэтэммой дорого бы стоило Эфиопии, если бы не внутреннее положение Судана, не позволившее организовывать большие походы на восток. Войны с Эфиопией как экономически, так и в военном отношении истощили государство Абдаллаха. Кроме того, страш-{310}ный неурожай 1888 г. вызвал в Судане такой голод, которого давно уже здесь не бывало. Отсутствие запасов продовольствия привело к голодным эпидемиям в армии Зеки Тумаля, число солдат в которой сократилось вследствие войн с Эфиопией и голода с 85 тыс. до 10 тыс. Именно поэтому мусульманские войска халифа Абдаллаха, несмотря на победу под Мэтэммой, не предприняли дальнейших серьезных выступлений против Эфиопии, за исключением одного похода на Гондэр. {311}