Чтение онлайн

Сопротивление клюнийцам было довольно мощным и прежде всего на уровне римского престола. В 1046 г. в Италии было сразу три папы, один из которых, Бенедикт IX, продал свой, силой приобретенный сан, римскому клирику за 1 тыс. марок серебром. В неслыханный для церкви позор пришлось вмешаться Генриху III, сместить симонистов и назначать папами одного за другим своих ставленников (Климента II, Дамаса II, Льва IX). Лев IX рьяно принялся бороться против симонии, но придерживался союза с императором. После очередного папского кризиса в 1059 г. партия реформ сумела утвердить своего папу, Николая II, и провести Латеранский собор, принявший важнейшие решения. Он произвел реформу коллегии кардиналов, расширив ее за счет неимперских прелатов, установил избрание папы этим обновленным органом — конклавом — и только им. Германский епископат и король не признали декрет Латеранского собора: на синоде в Вормсе 1060 г. Николай II был низложен. Светская власть, однако, не скоро была отстранена от назначений пап и епископата. Многие епископы и монахи не желали переходить под юрисдикцию римского престола, и сопротивление проповедующим клюнийские порядки зачастую было кровавым: прелаты и монахи калечили тех, кто требовал соблюдения безбрачия (целибата). Нередко для разрешения подобных «дискуссий» Генрих III посылал войска.

За спором о симонии и николаизме стояли более серьезные экономические и политические проблемы, и главные из них касались вопроса об ограничении (в идеале — об уничтожении) ленных прав светских властей над епархиями и передачу их папству. Инвестировать [2] епископа или аббата должен папа или его легат, а не король или император. Соответственно и доходы от местных церквей должны стекаться в Рим. Светская власть не должна вмешиваться в церковные дела, но, напротив, подчиняться духовному авторитету церкви. Крупная знать усмотрела в подобной программе орудие ограничения королевской власти. По сути дела, речь шла об уничтожении оттоновского церковного миропорядка и лишения королей их главных политических союзников.

Идеологами церковной супрематии выступили выдающиеся теологи своего времени: Петр Дамиани, кардинал Гумберт и особенно монах Гильдебрандт, человек со сложной судьбой, весьма решительный и скорее прагматичный, нежели фанатичный. Дамиани и Гумберт своими сочинениями против симонии подготовили бурное теоретико-политическое творчество Гильдебрандта, особенно в качестве папы Григория VII. Разгул инакомыслия и враждебной королевской власти практики пришелся на малолетство Генриха IV и регентство его матери Агнессы. Именно с ее согласия идеологи «политического клюнийства» вмешивались в дела не только североитальянских, но и германских епархий.

В малолетство короля самые влиятельные прелаты Германии — архиепископы Бремена, Кёльна, епископ Вюрцбурга — развязали междоусобицы, в которые немедленно ввязались светские магнаты. Расхищение домениальных владений достигло невиданных размеров, доходы короны резко упали, королевская власть сильно ослабла. Размах распрей дошел до неслыханной дерзости: на рейхстаге в Трибуре в 1066 г. церковная и светская знать, стремившаяся устранить воспитателя Генриха IV, могущественного архиепископа Бременского Адальберта, предложила юному королю отстранить архиепископа или самому оказаться низложенным. Несмотря на мятежи, направленные на ослабление власти короля, многие светские и церковные магнаты Германии и Ломбардии серьезно опасались радикализма клюнийцев, понимая, что претензии на супрематию коснутся не только королевских ленов. Кардинал Гумберт, обличая симонистов, объявляет еретиками не только их, но и достойных ада потворствующих им. Приобретение Оттоном Великим императорского титула он считал величайшим злом для католической церкви. Оттон и его слуги сделали церковь рабыней. Гильдебрандт прямо утверждал: «Каждый добрый христианин имеет гораздо больше права на королевский титул, чем дурные князья».

Окружение Генриха IV в 1066-1072 гг. состояло не из верных ему министериалов, а из магнатов, которые в период его малолетства растаскивали домениальные владения и присвоили себе множество привилегий. В 1069 г. король совершил удачный поход против лютичей и по возвращении подавил восстание в Тюрингии, что повысило его авторитет. Сталкивая знать между собой, Генрих шаг за шагом усиливал свою власть; к управлению государством на короткое время вернулся Адальберт Бременский. Как и его предшественники, Генрих любил подолгу останавливаться в Госларе, застроенном и сильно укрепленном. Кроме того, в Восточной Саксонии находились значительные домениальные владения. Генрих начал возводить там многочисленные бурги, из которых особенно выделялся Харцбург. Гарнизоны состояли из королевских министериалов, с помощью которых Генрих оттеснял магнатов от власти. «Бургизацию» Остфалии саксонское население поняло по-своему: его застарелое предубеждение против франков приводило к мысли о новом порабощении Саксонии. Само появление бурга прочно ассоциировалось с усилением эксплуатации податной округи.

В 1073 г. Генрих задумал поход против Болеслава II Польского, нападавшего на Чехию и Венгрию, и с этой целью стягивал в Гослар войска из Южной Германии. В Госларе же был назначен съезд саксонской знати, однако по их прибытии Генрих тайно перебрался в Харцбург. Старинная вражда саксов к франкам привела к восстанию широких слоев населения, от знати до крестьян, с требованиями срыть заложенные бурги, удалить от двора ненавистных советников-министериалов и восстановить правительство из магнатов, освободить из заключения герцога Саксонии Магнуса. Бежав из Харцбурга, король пошел на уступки и переговоры. В ходе переговоров знать составила заговор с целью низложения Генриха на имперском собрании. Знать с удовольствием наблюдала, как крестьянство разрушает бурги в Остфалии, но ужаснулась участи Харцбурга, в котором была разрушена церковь вместе с мощами и реликвиями.

Генрих вернулся во Франконию и нашел опору в городах. В Вормсе и Кёльне горожане изгнали епископов, разграбив их дворцы. Выступив арбитром, король вернул прелатов и утихомирил льготами городское население. Жалуясь на поведение саксонской знати, он не только не принял ее извинений по поводу участи Харцбурга, но и попросил у Гильденбрандта анафемы для осквернителей святынь. Григорию VII пришлось это сделать и призвать южногерманскую знать покарать язычников. Столь веский аргумент, исходящий от неистового папы, быстро восстановил ленную власть короля на юге Германии и в Лотарингии. Генриху вскоре удалось собрать большое войско и выступить весной 1075 г. против Саксонии, в которой между знатными и крестьянскими мятежниками царило недоверие. В сражении при Хомбурге-на-Унструте восстание было подавлено; крестьянское ополчение было почти полностью уничтожено. Немедленно последовал карательный рейд против Тюрингии, которую перешедший на сторону короля архиепископ Майнцский отлучил от церкви. Показательное наказание тюрингцев заставило вождей восстания одного за другим возобновить вассальную присягу. Больше всех за мир ратовало крестьянство, самая пострадавшая часть мятежников. В октябре 1075 г. близ Зондерсхаузена остатки знатных бунтовщиков публично изъявили покорность.

Занятый восстановлением своей власти Генрих IV не имел возможности воздействовать на итальянские дела. Рим, раздираемый догматическими противоречиями, распался на политические группировки клюнийцев и антиклюнийцев. Политическая ловкость Гильдебрандта, умело действовавшего в калейдоскопической смене пап и антипап, привела его к избранию в 1073 г. папой под именем Григория VII, причем с грубыми процессуальными нарушениями Латеранского декрета.

Именно тогда Гильдебрандт в 27 тезисах, известных как «Диктат папы», в концентрированной форме изложил примат власти папства над всей церковью и принцип абсолютной непогрешимости римского понтифика. Ни один собор, ни одно теологическое сочинение не могут быть признаны церковно-каноническими без его санкции, ибо заслугами св. Петра он автоматически получает святость. И, наконец, только папа может распоряжаться императорскими инсигниями, «он может низлагать императоров», а «подданных он может освобождать от присяги негодным владыкам».

В феврале 1075 г. на Римском синоде Гильдебрандт потребовал явиться к папскому престолу пятерым советникам Генриха IV с повинной в грехе симонии. Главным решением синода стал запрет духовенству получать от светских властей любые должности; мирянину за подобный акт запрещался вход в церковь до добровольной отмены его распоряжения. Начался длительный и пагубный для королевской власти спор об инвеституре с радикальными клюнийцами, идеалом которых была вселенская папская теократия. Полнее уничтожение светской инвеституры было, конечно, нереально, поскольку могло повлечь за собой перевод королевских церковных ленов в папские. Необходим был компромисс, но ни король, ни папа на него не пошли.

Генрих продолжил практику светской инвеституры в Германии и Ломбардии. Осенью 1075 г. король, вмешавшись в выборы епископа Милана, назначил там своего ставленника. В письме от 8 декабря 1075 г. Григорий VII в резкой форме потребовал от короля прекратить давление на избрание духовенства под угрозой отлучения от церкви. Называя Генриха rex Teutonicorum, папа недвусмысленно дал понять, что курия не признает его власти над Италией. В январе 1076 г. Генрих собрал синод германских прелатов (26 епископов) в Вормсе, который единогласно отказался повиноваться папе, основывая свое решение на целом ряде нарушений церковных процедур вплоть до незаконности его избрания. Заключительное постановление синода начиналось довольно резко: «Генрих, король Божьей волей, а не захватом, Гильдебрандту, отныне не папе, а лживому монаху»; в таком же тоне и завершалось: «Я, Генрих, король Божьей милостью, совместно со всеми нашими епископами говорю тебе: сойди с престола, сойди!» Каждый участник Вормского синода, кроме того, направлял папе собственное послание с отказом далее признавать Гильдебрандта главой католической церкви. Ломбардский епископат в своей массе примкнул к решению германских прелатов и короля. Особое письмо Генрих адресовал «клиру и народу Рима» с предложением низложить Гильдебрандта, выбрать самим нового папу, которого он утвердит.

В Риме во время чтения королевских грамот посланник Генриха едва не был убит, но Григорий VII этого не допустил. В форме молитвы св. Петру папа произнес: «Генриха-короля, сына Генриха-императора, который восстал в неслыханной гордыне против церкви твоей, лишаю правления над всем королевством Тевтонским и Италией и разрешаю от присяги всех христиан, которой они связаны и свяжут себя... и предаю его анафеме».

В Германии действия папы вначале не произвели особого впечатления на епископат, но вскоре в его среде начался раскол. Ломбардские епископы в Павии произнесли анафему Гильдебрандту; то же самое сделал епископ Вильгельм Утрехтский в присутствии короля, но этот важный акт не удалось провести через германский церковный синод в Вормсе ввиду его малочисленности. Пропапской позиции придерживались магнаты, собравшиеся на съезд в Трибуре в 1076 г., где в отсутствие Генриха стали рассуждать о его низложении, но не смогли выработать сам механизм этого акта из-за противодействия многих епископов. Для разрешения колебаний был назначен еще один рейхстаг в Аугсбурге, на который должен был прибыть в качестве третейского судьи Григорий VII, которому и отводилась роль произнесения рокового для Генриха приговора. Посреднический план предложил аббат Гуго, принимавший некогда участие в ритуале крещения Генриха: к 22 февраля 1077 г., т. е. ровно через год и один день после предания короля анафеме, тот должен либо примириться с папой, либо проститься с короной.