Чтение онлайн

В 1820 г. на конференции министров германских государств в Вене был принят «Заключительный акт», который, хотя и признавал существующие конституции, устанавливал для всех государств верхнюю границу конституционно-политической либерализации. Высшей конституционной основой провозглашался монархический принцип. Монарху принадлежит вся государственная власть, и лишь в осуществлении определенных прав он может быть связан участием сословного представительства.

Таким образом, в 1819-1820 гг. в Германском союзе произошел поворот в сторону Реставрации. Конституционное развитие германских государств было приостановлено и получило новый импульс лишь в 1830 г. под влиянием революционных событий во Франции и Бельгии. Кроме того, карлсбадские и венские решения были важным этапом в развитии германского федерализма. Суверенитет отдельных государств стал ограничиваться в пользу Союза.

Июльская революция 1830 г. во Франции привела в движение политическую жизнь Европы. Революционные события произошли в Бельгии, охватили часть Италии и Царства Польского. В Германии в наибольшей степени революционной волной были охвачены северо- и средненемецкие государства, чьи правительства раньше отказывались от проведения реформ: Брауншвейг, Саксония, Ганновер, Кургессен. В них повсеместно звучали требования снижения налогов, отмены феодальных платежей, ликвидации сословных привилегий. Заметным явлением, особенно в Саксонии, стали выступления ремесленников и рабочих против фабрик или фабрикантов. С социальным протестом сливались требования политических реформ. Власти были вынуждены пойти на уступки. Во всех четырех государствах были введены конституции, которые, как и в Южной Германии, носили компромиссный характер. Самой либеральной из них была кургессенская конституция. Она предоставляла депутатам законодательную инициативу, вводила относительно демократическое избирательное право. Вступление четырех государств в круг конституционных расширяло арену общественно-политической жизни в Германии.

В Южной Германии под влиянием июльских событий во Франции активизировалась либеральная оппозиция, особенно во время выборов.

В Баварии и Бадене либералам удалось получить большинство в нижних палатах ландтагов. Вопреки решению Бундестага в Бадене был принят либеральный закон о прессе. Вновь оживились национальные настроения. Большое внимание привлекла опубликованная в 1831 г. работа Пауля Пфитцера «Переписка двух немцев», в которой звучало требование создания общенационального парламента.

На юге и юго-западе Германии быстро набирала силу внепарламентская оппозиция, которая выходила за рамки отдельных государств. Тон ее требований со временем становился все более радикальным, акцент все решительнее переносился на требование демократизации и народного суверенитета.

Высшей точкой оппозиционного движения стал Гамбахский праздник 1832 г. в Пфальце. Ему предшествовала антиправительственная кампания в прессе, организованная двумя журналистами — Иоганном Виртом из Мюнхена и Филиппом Зибенпфайфером из Пфальца. В феврале 1832 г. они основали «Отечественный союз», который выступал за свободу прессы и стремился мобилизовать общественное мнение на борьбу против князей, за «возрождение Германии и ее демократическую организацию». В мае 1832 г. Союз организовал праздник вблизи развалин Гамбахского замка, который Вирт назвал национальным праздником Германии. В нем приняли участие от 20 до 30 тыс. человек из Гессена, Франкфурта, Бадена, рейнских провинций Пруссии и других государств. Это была самая массовая политическая акция в Германии до 1848 г. На Гамбахском празднике в речах многочисленных ораторов была отчетливо сформулирована мысль, которая дистанцировала участников праздника от либералов: чтобы защитить права народа, недостаточно конституции, нужна революция. Революция для народа — это средство самообороны, самое острое, но и самое лучшее, поскольку быстрее всего ведет к достижению благой цели.

Последняя волна демократического движения наблюдалась в Гессене и связана с именем Георга Бюхнера. В 1833 г. он основал «Общество прав человека». В своих работах Бюхнер призывал к борьбе против «тирании князей, дворянства и правительств», за республику, социальное освобождение и «действительное равенство». Он повторил французскую революционную формулу: «Мир хижинам, война дворцам!»

Таким образом, в начале 1830-х гг. внутри оппозиционного движения заметным явлением стало формирование двух течений: либерального, центром которого стали ландтаги, и демократического, существовавшего как внепарламентская оппозиция.

Революционный подъем 1832-1834 гг. в Германии быстро пошел на спад в результате объединенных действий правительств отдельных государств и Бундестага. Были приняты новые законы против оппозиции, запрещались политические союзы, нрава ландтагов были урезаны, восстановлена Майнцская центральная комиссия, призванная контролировать общественные настроения. Многие оппозиционные деятели вынуждены были покинуть Германию. Центр демократического движения переместился за границу: в Париж, Лондон, Брюссель, Берн, где было создано несколько демократических организаций («Союз отверженных», «Союз справедливых»).

В Ганновере в 1837 г. произошли события, которые привели к активизации либералов. Новый ганноверский король после вступления на престол распустил ландтаг, а затем отменил конституцию, принятую в 1833 г. Действия монарха вызвали взрыв возмущения у либералов. Семь профессоров Геттингенского университета («Геттингенская семерка»), среди которых были историк Фридрих Дальман и лингвисты братья Якоб и Вильгельм Гримм, 18 ноября 1837 г. сделали открытое заявление, что по-прежнему считают себя связанными присягой конституции и в соответствии с этим будут действовать в дальнейшем. И хотя всем профессорам пришлось затем покинуть Ганновер, их акция получила большую известность в Германии.

Несмотря на усилия правительств германских государств и Германского союза в целом, им не удалось остановить процесс политизации общества, который особенно ускорился в 1840-е гг. (часть немецких историков именно этот период называет предмартовским).

Политизации способствовали идущие в Германии социально-экономические процессы и изменения, а также два национально-политических кризиса. Один из них был связан с возродившимся во Франции стремлением обрести «естественную границу» по Рейну, что вызвало подъем национального движения в Германии и временное сближение на этой почве общества и государства. В связи с Рейнским кризисом был также сделан шаг в направлении единой союзной военной политики: Бундестаг принял решение о строительстве союзных крепостей для защиты от Франции, а Австрия и Пруссия спланировали совместные военные операции на случай войны с западной соседкой. В обществе в это время стали очень популярными стихи и песни патриотического содержания, например, стихотворение Николауса Беккера, в котором говорилось: «Им не завладеть немецким Рейном, пока кости последнего немца не будут поглощены его волнами».

Другим таким же острым кризисом стал шлезвиг-гольштейнский. Шлезвиг и Гольштейн представляли собой герцогства, которыми управлял датский король, хотя в состав Дании они не входили. Заявления нового датского короля Христиана VIII о возможности выхода Гольштейна из состава Германского союза спровоцировали конфликт, который не был разрешен в предмартовский период, но вызвал подъем национального движения в Германии.

В 40-е гг. XIX в. продолжался процесс дифференциации оппозиции по целям и методам. Началось формирование политических партий. Партии в тот период представляли собой группу единомышленников, которые объединялись вокруг какого-либо печатного органа. В Германии стала складываться многопартийная система, представленная партиями консерваторов, католиков, либералов, демократов и социалистов.

Правое крыло в зарождающейся партийной системе представляли консерваторы. Ранний консерватизм выступал против бюрократии и абсолютизма, но, главное, против либерального индивидуализма, конституции и демократии. Этот консерватизм был трансформирован и модернизирован в 1840-е годы в Пруссии философом права Ф. Шталем. Шталь стал духовным лидером прусского юнкерства и одним из теоретиков прусского государства, советником короля. Шталь создал программу «христианского государства». По его мнению, государство должно было быть основано не на светских нормах и институтах, а на христианстве и христианской политике. Государство должно заботиться, чтобы общество оставалось христианским, например, с помощью брачного права.

Существенным и новым во взглядах Шталя было учение о конституции. Шталь порывал с присущим консерваторам отрицательным отношением к современному государству. Он признавал необходимость конституции. Но эта конституция не должна быть «либеральной» и основываться на идее народного суверенитета. Конституция должна быть «монархической». Монарху принадлежит главная власть в государстве. Парламент может участвовать в законодательстве и контролировать налоги. Но главное его назначение — быть сторожем и гарантом народных прав и свобод, равно как и самой конституции.