Чтение онлайн

Благодаря согласованной политике и энергичным действиям правительства, уже к осени 1967 г. удалось преодолеть кризисные финансово-экономические явления, а в конце этого же года начался экономический подъем. В 1968 г. рост ВВП составил 7,3 %, в 1969 г. — 8,2 %. Оживление экономики привело к сокращению безработицы с более чем 600 тыс. чел. в начале 1967 г. до менее 180 тыс. чел. в 1969 г., а также к росту заработной платы. Меры по поддержанию устойчивости национальной валюты способствовали стабильности цен и росту экспорта. Важное значение имел принятый в 1969 г. «Закон о содействии занятости», в основу которого легла новая концепция политики на рынке труда. Во главу угла были поставлены превентивные меры и взаимосвязь трудовой деятельности с уровнем образования. «Закон о профессиональном образовании» 1969 г. создал единые для всех земель правила и условия профессионально-технического обучения.

«Закон об изменениях страхования на случай болезни» уравнял положение рабочих и служащих: в течение 6 первых недель болезни выплачивалась полная компенсация работодателями, то есть полный заработок. Были улучшены условия страхования от несчастных случаев на производстве из средств работодателя. Ряд законов улучшил систему пенсионного страхования. Была усилена социальная поддержка бывшим военнопленным и вдовам погибших в годы войны, облегчены условия получения кредитов для семей со средним и низким уровнем доходов на строительство жилья. В целом экономическая и социальная политика «большой коалиции» была весьма успешной: удалось в короткий срок оздоровить финансово-экономическую ситуацию, обновить инструментарий государственного регулирования, определить основные ориентиры на будущее.

Одной из самых сложных внутриполитических задач «большой коалиции» было принятие законов на случай чрезвычайного положения в стране. Это означало бы прекращение действия соответствующих компетенций США, Великобритании и Франции, которые, по условиям Общего договора, имели право в случае внешней или внутренней угрозы правопорядку взять на себя верховное управление и использовать свои войска на территории ФРГ. Вопрос о «чрезвычайных законах» стал предметом острых дискуссий в политических и общественных кругах с конца 1950-х гг. В 1960,1963 и 1965 гг. фракция ХДС/ХСС вносила соответствующие законопроекты на рассмотрение бундестага, однако набрать необходимые две трети голосов они не смогли. Против «чрезвычайных законов» выступала СДПГ, усматривая в них потенциальную угрозу демократическим порядкам. Значительная часть общественности, прежде всего левые интеллектуалы, а также профсоюзы резко критиковали план принятия «чрезвычайных законов», как шаг в направлении к авторитарному «полицейскому» государству, чреватый возможностью повторения опыта Веймарской республики и угрозой новой диктатуры. Широкую дискуссию вызвала книга известного философа Карла Ясперса «Куда движется Федеративная Республика?» (1966), в которой, в частности, отмечалась возможность злоупотребления «чрезвычайными законами» со стороны государственных структур. По мнению автора, стремление к принятию таких законов свидетельствует о недоверии со стороны власти к собственному народу и несет в себе опасность для демократии.

С созданием «большой коалиции» у СДПГ появилась возможность усилить свое влияние на содержание законопроектов о чрезвычайном положении, «смягчить» их, и она была готова поддержать их принятие. В этой ситуации роль оппозиции взяла на себя часть общественности, которая не вняла доводам о наличии подобных законов во многих демократических государствах и обостренно воспринимала любую потенциальную угрозу демократическим порядкам в ФРГ. Опыт антивоенных «пасхальных маршей» и «Движения против атомной смерти» во второй половине 50-х гг., в которых участвовали представители широких кругов общественности, во многом способствовал созданию «внепарламентской оппозиции», которая выступала против принятия «чрезвычайных законов».

В 1966 г. был создан Попечительский совет «Чрезвычайное положение демократии», в который вошли известные ученые, писатели, церковные деятели. Во Франкфурте-на-Майне был проведен конгресс, собравший более 20 тыс. противников «чрезвычайных законов», разработана программа действий, почти в 150 городах были созданы координационные центры. 11 мая 1968 г., во время обсуждения бундестагом законопроектов о чрезвычайном положении в третьем чтении был организован марш протеста в Бонне, в котором участвовали, по разным оценкам, от 30 до 70 тыс. человек.

Предметом дискуссий и акций «внепарламентской оппозиции» были и другие общественно-политические проблемы: гонка вооружений, политика США во Вьетнаме, права человека и народов. Несмотря на разные интересы и политические установки, участников «внепарламентской оппозиции» — либеральную интеллигенцию, студенчество, профсоюзы, пацифистов — объединяло стремление к защите и укреплению демократии.

Серьезную тревогу демократической общественности вызывала активизация правого радикализма. Созданная в 1964 г. из ряда мелких праворадикальных партий и групп Национал-демократическая партия (НДП) использовала экономические и политические трудности середины 1960-х гг. для активной пропаганды и привлечения сторонников. Спад в экономике, обострение финансовых проблем, появление массовой безработицы свидетельствовали, по мнению НДП, о неспособности власти заботиться о нуждах и интересах народа. Правительственный кризис 1966 г. и создание «большой коалиции» НДП интерпретировала как показатель несовершенства парламентско-демократической системы. Акции студенческого движения и «внепарламентской оппозиции» использовались для запугивания угрозой хаоса и полного краха конституционного порядка при бездействии властей. Праворадикальные силы попытались создать свою избирательную базу за счет недовольных и разочарованных сторонников ведущих партий, прежде всего ХДС/ХСС. На выборах в ландтаги в 1966-1967 гг. НДП удалось провести своих депутатов в 6 земельных парламентов, наивысшим достижением стали 9,8 % голосов, полученных в апреле 1968 г. на выборах в Баден-Вюртемберге. Эйфория от успехов питала надежды НДП на преодоление 5-процентного барьера на очередных выборах в бундестаг осенью 1969 г.

30 мая 1968 г., после бурных дискуссий и многочисленных поправок, внесенных СДПГ, бундестаг принял законы о чрезвычайном положении, внеся соответствующие изменения в Основной закон. «За» проголосовали 384 депутата, «против» — 100 (вся фракция СвДП, а также более четверти депутатов от СДПГ). Был утвержден комплекс мер на случай кризисной ситуации в связи с внешней угрозой, катастрофой или для защиты внутренней безопасности («при угрозе свободному демократическому правопорядку»). Они предусматривали возможность ограничения ряда основных прав граждан — свободы собраний, тайны переписки, телефонных переговоров и других, а также полномочий земель. Вместе с тем прекратили свое действие права трех западных стран на вмешательство во внутренние дела ФРГ, что упрочило ее суверенитет.

Принятие «чрезвычайных законов» вызвало разочарование многих участников «внепарламентской оппозиции», ее внутренний кризис и распад. Небольшая часть сторонников леворадикального направления стала членами различных «К» (коммунистических) — групп маоистского и троцкистского толка, а также созданной в октябре 1968 г. при поддержке восточногерманской СЕПГ легальной Германской коммунистической партии. Многие активные участники «внепарламентской оппозиции» избрали другие формы общественной активности, в частности в различных «гражданских инициативах» и «альтернативных проектах», ориентированных на решение конкретных проблем повседневной жизни. В целом «внепарламентская оппозиция» стала выражением роста общественно-политической активности, стремления к либерализации и демократизации общества.

Ярким явлением, наложившим существенный отпечаток на общественно-политическую ситуацию в 1960-е гг. и оказавшим значительное влияние на ее последующее развитие, было студенческое движение, которое стало отражением сдвигов в обществе. В 60-е в сознательную жизнь вступало поколение родившихся после войны, чьи представления и ценности были иными, чем у их родителей. «Конфликт поколений» ярко проявился во всех развитых странах, он сопровождался попытками молодежи поставить под сомнение утвердившиеся правила и авторитеты, создать свою «контркультуру», отличную от ценностей и норм старших поколений. Вместо конформистских настроений, стремления сохранить и приумножить достигнутое, прежде всего в материальной сфере, характерных для 1950-х гг., дух времени стали определять требования «перемен» и готовность активно им содействовать.

Важным фактором активизации студенческого движения стала растущая значимость образования в процессе социализации личности и общественного прогресса. Но в международном сравнении ФРГ существенно уступала другим ведущим странам по количеству учителей, студентов, по доле расходов на образование в ВНП. Активная часть студенчества ставила вопрос о демократизации высшей школы, что предполагало не только ее большую доступность для всех социальных слоев, но и возможность «соучастия» в решении вопросов внутривузовской жизни со стороны студентов.

Значительная часть студенческого движения оказалась на леворадикальных позициях. Его ядром был Социалистический немецкий союз студентов (СНСС), который за попытки дать свою интерпретацию социалистической теории и практики в 1961 г. был официально отлучен от СДПГ. Его позиции стали определять «новые левые», взгляды которых представляли собой смесь левосоциалистических, коммунистических, анархистских и романтически-утопических идей. Существенное влияние на взгляды «новых левых» оказала «критическая теория», сформулированная в трудах философов и социологов Макса Хоркхаймера (1895-1973), Герберта Маркузе (1898-1979), Теодора Адорно (1903-1969) и др.