Чтение онлайн

При этой мысли у меня каждый день сжималось в груди.

После того ужина Далия отказывалась разговаривать с Редмондом и мной. Ее отказ признавать нас двоих, однако, не помешал нашим визитам в Земли Драконов. Нам было важно следить за ней, что мы и делали, наблюдая издалека, как она брала уроки у Эулалии и Финна.

Этим утром я парил над тренировочной площадкой, наблюдая за едва заметными изменениями в ее внешности. Ее кожа приобрела приятный золотистый загар, который играл на ее мышцах. Ее глаза искрились радостью, которой я никогда раньше не видел. Магия была такой же дикой и безрассудной, как всегда, но она сохраняла чувство контроля над ней. Этим утром она даже послала за мной поток этой магии, поймав меня на шпионаже. Это было просто восхитительно, но также и четкий сигнал, что она хочет, чтобы я ушел. Она не хотела, чтобы ее беспокоили.

Итак, я быстро удалился, только чтобы занять темноту своей комнаты и поразмыслить о состоянии барьера.

Такой сильной, какой стала Далия, она могла легко найти способ сбежать из Страны Фейри, если бы захотела. Финн научил ее, как искать точное местоположение, и для нее было бы достаточно легко пройтись вдоль стены в поисках трещин, но глубоко внутри она больше не хотела покидать Страну Фейри. Она хотела оставаться рядом со своими друзьями и, надеюсь, со мной.

Я вздохнул, сидя в темном углу своей комнаты, куда я пришел два часа назад, ожидая, пока все лягут, опустив головы на ночь. Хотя она отказалась говорить со мной лично, в снах слова лились из нее рекой — иногда злые и обиженные, а иногда добрые, наполняя меня надеждой, которая может быть ядовитой для мужчины в моем положении.

Встреча здесь, в сонном мире, была единственным, что поддерживало меня, и после долгой ночи в таверне с Эулалией и Габриэллой моя маленькая ворона скоро закрыла бы глаза.

Я съежился при мысли о счете, который получу утром после их ночной попойки. Эти трое могли перепить любого взрослого дракона, что они часто и делали.

Я закрыл глаза и глубоко вдохнул, выжидая, пока она отключится. Ничего не оставалось, как ждать. Я определенно не мог уснуть.

Всего через несколько мгновений вокруг меня образовались золотистые поля с маленькими кустами лаванды, и я вдохнул свежий воздух этого сказочного пейзажа. Я понятия не имел, как и почему ей пришло в голову это место, было ли это чем-то, что она просто вообразила, услышала из чьих-то уст, или оно обрело форму из-за какого-то глубоко укоренившегося стремления к миру, но оно было прекрасным.

Я шагал по лавандовым зарослям, следуя вдоль ровного журчания ручья, зная, куда она пойдет: в то особое место под золотым деревом с бабочками вместо листьев, возможно, читая книгу или просто наслаждаясь пейзажем.

Она была там, как и ожидалось, но не держала в руках книги и не смотрела задумчивым взглядом на пейзаж. Вместо этого она каталась по земле, как кошка, играя с бабочками, которые приветствовали ее здесь.

Она была нетрезва. Запах алкоголя ощущался на ее теле даже во сне, запах настолько сильный и всепоглощающий, что он не мог быть ограничен только одной реальностью. На ней было платье в стиле фейри, которое Финн упоминал ранее — золотое платье длиной до щиколоток на тонких бретельках с блестками.

Это был подарок от меня, но она этого не знала. Она понятия не имела, что весь этот гардероб был подарен ей мной. Моей маленькой вороне нравилась наша мода, чего у нее никогда не было возможности узнать до своего прибытия в Страну Фейри.

— Похоже, ты получаешь удовольствие, — перебил я, готовясь либо к приступу ярости, либо к отчужденности, но широкая улыбка, которую она послала в мою сторону, вместо этого заставила мой желудок затрепетать от восторга.

Я вздохнул и улыбнулся в ответ. Хорошо. Это будет одна из таких ночей.

— Райкен из сна, — прошептала она. — Я так взволнована, что вижу тебя! — она подпрыгнула, прислонившись к дереву, и раскинула руки.

Бабочки взлетели, когда она подошла ближе, но я уклонился от этого подхода, не желая рисковать соприкоснуться.

По какой-то причине в тот момент, когда мы соприкосались в ее сновидениях, меня изгоняло из ее снов только для того, чтобы оказаться в ловушке собственных кошмаров. Я не хотел рисковать и быть вырванным из её мира так рано ночью. До прихода Редмонда, чтобы отправиться на наше ночное задание, оставался ещё час, и я не хотел упустить ни одной минуты.

Она остановилась передо мной, слегка спотыкаясь, поскольку ночные события сказались на ее голове.

— О, точно, — сказала она, прикусив губу. — Ты исчезаешь всякий раз, когда мы касаемся друг друга.

Я усмехнулся и легонько коснулся своей руки.

— Ты маленький пьяный скунс. Какого ущерба следует ожидать моему кошельку?

Ее глаза озорно сверкнули. Ей нравилось вести подобные беседы с Райкеном из Сна.

— Много ущерба. Настоящий Райкен будет взбешен.

Она вернулась к дереву, медленно сползая по золотистой коре.

— Тебе было весело? — спросил я.

— Очень, — ответила она со вздохом.

— Хорошо, — ответил я, часть моего сердца болела от пустоты, желая, чтобы она получила такое же количество удовольствия со мной. — Я рад, что ты хорошо провела время.

Ее глаза устремились к небу, к птицам цвета драгоценных камней, парящим прямо под солнцем.

— В моих мечтах настоящий Райкен был больше похож на тебя. Настоящий Райкен будет в ярости, когда получит счет и обнаружит, что я занимаюсь чем-то хотя бы отдаленно приятным.

Я покачал головой и встретился с ней взглядом.

— Мне хотелось бы думать, что он был бы рад за тебя. Я знаю, что рад.

Ее губы сжались, а тон стал серьезным.

— Вот почему ты — Райкен из снов. Ты самое близкое к идеальной версии моей невыносимой пары, что только может представить себе моё воображение.

Мне было больно слышать, что она до сих пор так ко мне относится, даже после всего пространства, которое я ей дал. Я пытался сделать всё, что было в моих силах, чтобы загладить вину — всё, кроме того, чтобы просто запереть её и потребовать поговорить со мной. Я мог бы. Я часто об этом думал. Но именно так мы и оказались в этой точке, из которой, похоже, уже не выбраться. Я был слишком требовательным, слишком властным. Я душил её.

Точно так же, как Эйден.

Далия прислонила голову к дереву и расслабилась, закрыв глаза и прислушиваясь к пению птиц. Тут ноздри ее затрепетали, когда она вдохнула сладкий аромат воздуха. Отражая её действия, я вдыхал этот потрясающий аромат, роскошную смесь амбры, переплетенную с лавандой, аромат, который полностью присутствовал здесь.

Она казалась такой блаженно счастливой, такой невероятно красивой — словно видение в этом пейзаже сна. Я смотрел на неё, пока шли минуты, не осмеливаясь отвести взгляда ни на миг.

Но наше время подходило к концу, и Редмонд мог явится в любой момент, поэтому я отбросил сон и открыл глаза.

— Мы опаздываем, — заявил Редмонд, протягивая «мы». Его тон был торопливым и напряженным, но взгляд на мгновение смягчился. — Как она?

— Счастлива, — тихо ответил я.

— Хорошо. Мы не хотим опоздать. Ходят слухи, что оракул — взбалмошное создание, и если мы не появимся до рассвета, она исчезнет, и ее не увидят до следующего полнолуния, но ты это уже знаешь.

— Она не взбалмошная. Она проклята, была проклята еще до того, как моя мать узнала об этом, — заявил я, поднимаясь с постели.