Чтение онлайн

В скором времени после сего воспоследовали перемены в состоянии иверского народа. Калиф Алманзор, узнав о притеснениях 284, [98] претерпеваемых иверцами и армянами от хазаров 285, пришел с многочисленными войсками и изгнал их из Иверии и Армении. Но хазары 286, убегая из сих стран, разорили Тифлис. Алманзор поправил разрушенные ими части сего столичного города и возвратился в свои владения, нимало не притеснив иверцев. Удовлетворенное славолюбие было пределом его замыслов. Но когда он /137v/ начал строить город Багдад, - как упоминает аббат Милот - тогда иверцы испытали всю жестокость сего арабского властителя: народ был обременен величайшею данью 287, увлечены сокровища из церквей и сняты с оных кресты. Смертью сего тирана не прекратились бедствия иверцов. Сын его Могади, сделавшись калифом, прислал в Тифлис одного из своих полководцев быть правителем Иверии. В сие время претерпел мученическую смерть Або Сарацин, обратившийся в христианство и имевший жительство в Иверии. Присланный от Могада /138r/ губернатор велел умертвить его в жесточайших мучениях за презрение магометанства и за непреоборимое соблюдение христианского вероисповедания. В Истории грузинских святых повествуется, что над телом сего страдальца сниз[о]шла с небес блистающая звезда. На сие чудесное явление не только иверцы, но и все сарацины 288, находившиеся тогда в Тифлисе, и сам губернатор, зверский убийца святого Або, смотрели с великим ужасом. Грузинская церковь торжественно празднует /138v/ в седьмой день января память сего страдальца за православную веру, которого гробница находится близ самого Тифлисского моста, в Авлабаре 289.

По некотором времени калиф Могади объявил грекам войну и вступил в пределы их империи. Между сими народными смятениями Ашот Багратион, бывший в Константинополе куратпалатом, объявил себя иверским царем, прибыл в Иверию, изгнал и[з] сей страны сарацинов, овладел половиною /139r/ Армении и наказал кахетинского дука Георгия за неповиновение его власти.

Могади, победив греков, заключил мир с императрицею Ириною и в договорах поста[но]влено было, чтоб императрица каждый год присылала калифу 70000 златниц. Возвращаясь в свои владения, он послал полководца своего Халила, Езидова сына, против царя Ашота. Халил с многочисленными войсками вступил в Иверию и все, что ни встречал, предавал [99] огню и мечу. Царь Ашот /139v/ противостал сему опустошителю Иверии, но был побежден и удалился в Артануджи 290. В сам месте окружили его арабы. Несчастный царь сокрылся в церкви святых апостол Петра и Павла, но был найден неприятелями и, по приказанию Халила, умерщвлен в самом алтаре. После таковых злодейств Халил, оставив Али-Шуаба 291 губернатором в Тифлисе, возвратился в Багдад.

Смерть царя Ашота возбудила мстительность в иверцах. Они вооружились против сарацин 292, оставленных /140r/ Халилом, и избрали правителем Самуила Данаура. Калиф Могади, узнав о волнениях в Иверии, послал того же Халила для укрощения иверцев. Сей свирепый исполнитель воли кровожаждущего тирана, обременив жесточайшими утеснениями народ, защищающий права свои, переменил начальников над войсками, находившимися в Иверии, поставил в Тифлисе губернатором Амир-Асана и возвратился к калифу.

По некотором времени иверский народ во[с]стал с большею ожесточенностью против сарацин. /140v/ Для усмирения таковых смятений Могади еще послал Халила, но сей в сражении с иверцами, происшед[ш]ем в Гардебане, был побежден и убит. Раздраженный калиф дал приказание сыну Халилову Магомеду поспешить в Иверию с многочисленными войсками, предполагая, что он в отмщение за смерть отца своего поступит с возмущающимся народом жесточе, нежели кто-либо другой. Уже Магомед вступает в пределы Иверии. Жители городов и селений, устрашенные близкими 293 бедствиями, удалились в /141r/ Кавказские горы. Но сын Ашота Баграт вышел на встречу калифскому полководцу и бестрепетно изъявил ему свою покорность, которою укрощено было жестокосердие Магомеда и он признал Баграта иверским царем.

Свойства Магомеда, укрощенного благоразумною предусмотрительностью царя Баграта, произвели то, что сарацины вышли из Иверии, при всей алчности своей к грабежам и опустошениям. Иверцы, освободившись от жестокого властительства сих чужеземцев, обрели в /141v/ добродетелях царя Баграта все истинные средства быть счастливыми. По восстановлении гражданского устройства, разрушенного сарацинами, царь Баграт прилагал всевозможные старания о распространении народной промышленности и в тишине, водворенной кроткими его качествами, наслаждался плодами ревностных [100] своих попечении о благоденствии своих подданных. Но спокойствие иверцов было возмущено еще сарацинами. Калиф Ал-Муса, - как повествуют армянские историки /142r/ Кирьякоз, Вартан и Самуил, - узнав о возмущении армян против жестокого его властительства, послал полководца своего Бугу с многочисленными войсками для наказания упорности армянского народа. Сей, вступив в пределы Армении, учинил неизъяснимые притеснения, опустошил села и города, разграбил церкви, покусился на истребление христианской веры и умертвил в мучениях весьма великое число людей, которые показали себя непреодолимыми блюсти/142v/телями христианского закона.

После таковых жестокостей, Буга пришел в Иверию и начал утеснения свои осадою Тифлиса. Царь Баграт, дабы предотвратить 294 бедствия своих подданных, вступил в переговоры с сарацинским полководцем и отдал в его распоряжение свой столичный город. Буга удовольствовался сим пожертвованием и удержал войска свои от грабежей и расхищений, каковых страшились иверцы. Находясь в Тифлисе, он послал гордые повеления к окрестным народам, чтоб правители /143r/ оных явились к нему с изъявлением покорности. Абхазский дукс Феодосий, собрав горские и колхидские войска, воспротивился требованиям сего надменного сарацина. Буга наказание упорного и презревшего власть его поручил царю Баграту, который, победив Феодосия, покорил Абхазию и Колхиду. Обрадованный сим, сарацинский полководец благодарил царя от имени калифа и потом, вступив в Арагви, поставил стан свой в Чартале с твердым намерением овладеть Арагвскою областью. Но мужество жителей /143v/ оной 295 и зимнее время воспрепятствовали его замыслам. Он отступил с великою потерею своих войск и решился провести зиму в Барде. В сих местах уловил он иверского князя Константина и предложил ему обратиться в магометанское вероисповедание. Истинный христианин пренебрег обольщения сарацина и, по приказанию ожесточенного тирана, послан [был] в Багдад, где несчастный, но уповающий удостоиться небесных благ, претерпел мучени/144r/ческую смерть за православную веру.

Из Барды Буга пошел за Дербент, устрашил гуннов, хазаров 296 и другие народы, заключил с ними мир и, взяв триста семей в заложничество, поселил оные в Шамкоре. Переходя с войсками из провинции в провинцию, он еще вывел три тысячи семей из Кавказских областей и основал жилища оных [101] в Дманисе 297. Калифу показались противными распоряжения Буга и на место его был прислан из Багдада генерал-губернатором в Иверию Магомед, сын Халила.

/144v/ По вступлении сарацин в Иверию под начальством Буга, царь Баграт имел во власти своей внутреннее устройство своих владений, но, по прибытии Магомеда, он был лишен всего, кроме царского титула и скоро умер.

По смерти Баграта сарацины не воспрепятствовали быть царем в Иверии сыну его Давиду. Почитая правилом для себя дела отца своего, царь Давид старался облегчить участь своих подданных миролюбивыми сношениями с чужезем/145r/ными властителями, от которых Иверия не могла освободиться. Но абхазский дукс Георгий признал слабостью и малодушием кроткие его качества, отрекся быть у него в зависимости и вступил с войсками в Карталию. Сие возмущение имело бы пагубные последствия, но дукс Георгий скоро умер и сим разрушились его замыслы. Жена его еще хотела действовать, но виды ее ограничены были внутренними в Абхазии смятениями. Она заключила в крепость родственника своего Баграта, дабы успеть в своих намере/145v/ниях. Но сей нашел способ возвратить себе свободу и потом удалился в Константинополь под защиту императора Никифора. В сие время сделался в Абхазии дуксом Иона, сын Георгиев.

Царь Давид, прекратив волнения абхазского народа, ни с кем не имел раздоров до самой своей кончины и иверцы, по претерпении жестоких утеснений от лютости сарацинов, находили счастье свое в его добродетелях.

По смерти Давида был поставлен царем в Иверии сын его Адранос. /146r/ При всех мирных свойствах, сей царь принужден был действовать оружием для укрощения мятежей, возникшим в Абхазии и потом проникших в Иверию. Князь абхазский Баграт, удалившийся в Константинополь, возвратился в Абхазию с греческими войсками, данными ему от императора Никифора, и с помощью оных победил и лишил жизни Адраноса, абхазского дукса, сына Ионы. Таким образом, усилившись в Абхазии и, вступив в союз с колхидским князем Нерсе 298, /146v/ он дерзнул неприятельски действовать против царя Адраноса, у которого надлежало ему быть в зависимости. [102] Мятежники Баграт и Нерсе, собрав Кавказские войска, овладели Имеретией, потом перешли чрез горы, отделяющие сию страну от Иверии, и на реке Куре вступили в сражение с царем Адраносом. Но потерпели поражение от иверцев и князь Нерсе был уловлен в плен и убит.

В сии времена Азия испытала могущество калифа Аорона-аль-Рашида. Сей повелитель /147r/ столь многих народов, вступив в Каппадокию, овладел городом Тианом, победил греков, утеснил осадою Ираклию и принудил греческого императора купить мир за великое количество золота.

Устроив все азийские народы, Аарон-аль-Рашид разделил владения свои детям своим. Старшему сыну своему Амину он отдал Сирию, Ирак 299, Аравию, Египет, Месопотамию и Мидию; второй - Монин или Амин - получил в управление Персию, Караманию и Хоразан; третьего - Казана он сделал /147v/ обладателем Армении, Черкезии 300 и других Кавказских областей.

Жестокие бедствия претерпели армяне и иверцы от Амира Араба, посланного от Казани генерал-губернатором к сим народам. Опустошив Армению, Амир пришел с войсками 301 в Тифлис, овладел крепостями Бочормою и У[д]жармою, построенными на реке Ире, поставил в Кахетии дуксом князя Кирьяна, обратился в Саатабаго, опустошил сию область, взял приступом крепость Квели и предал мучени/148r/ческой смерти за веру иверского князя Михаила, Гоброном называемого, и сто тридцать благородных. Грузинская церковь празднует память сих страдальцев в 17 день ноября месяца.