Чтение онлайн

Находясь в плену нигилизма и космополитизма, Джабадари пытался доказать, что в истории Грузии нет ничего такого, чем можно было бы гордиться, что грузинская нация якобы изжила себя и у нее нет будущего. Подобными взглядами он оказывал большую службу российским реакционерам. Илья Чавчавадзе обоснованно опроверг все эти измышления Джабадари. В другом своем труде «Вопль камней» – вождь национального движения дает отпор армянским ученым и их единомышленникам, искажавшим истинную историю Грузии. Опираясь на глубокие знания по истории Грузии и Армении, он опроверг их ложные утверждения и выявил их истинные политические цели. Этот труд по сей день остается блестящим образцом научной критики в публицистической форме.

2. Сохранение грузинских земель в руках грузин. Процесс зарождения и развития буржуазных отношений тяжело отразился на положении грузинской аристократии. Новая эпоха, европеизация жизненного уклада вызвали потребность в большом количестве денег.

Для большинства грузинского дворянства единственным источником дохода была земля. И только небольшая часть грузинской аристократии жила на средства, получаемые на государственной службе. Наследственные земли дворян постепенно сокращались после ее раздела между членами семьи (братьями), соответственно сокращались и доходы, получаемые с этой земли. Грузинская аристократия, оставшись без средств, вынуждена была занимать деньги у армянских предпринимателей, пытаясь таким путем выйти из тяжелого положения. Однако многие дворяне не в состоянии были вернуть долг, поэтому они продавали свои земли и полученные деньги отдавали на покрытие долга. Покупателем земли была все та же армянская буржуазия.

Так, постепенно, грузинская земля переходила в руки армянских капиталистов. Выход из тяжелейшей ситуации нашли Илья Чавчавадзе и его единомышленники. Они основали в Тбилиси и Кутаиси поземельные дворянские банки. Председателем поземельного банка в Тбилиси был избран Илья Чавчавадзе. Тбилисский и Кутаисский поземельные банки в буквальном смысле слова спасли грузинскую землю от рук иностранных предпринимателей. Отныне оставшаяся без средств грузинская аристократия могла заложить свою землю, имение и взять ссуду из поземельного банка. В случае неуплаты долга земля или имение становились принадлежностью банка, а не армянской буржуазии. Но если впоследствии плательщик выкупал свою землю, ее возвращали владельцу.

3. Руководящая сила национального движения. XIX век ознаменовался усилением национальной активности народов всех стран мира. Во главе национального движения всюду стояла нарождавшаяся или уже довольно окрепшая буржуазия. В Грузии была другая ситуация. В 60-80-х годах XIX века национальное движение началось и протекало в условиях, когда грузинская буржуазия как организующая политическая сила не существовала. Поэтому надлежало решить вопрос, кто же возглавит национальное движение и поведет народ к осуществлению поставленных задач. Исходя из реалий грузинской действительности, эту миссию могла взять на себя грузинская аристократия (представители прогрессивного дворянства). Этот социальный слой являлся носителем высокого интеллектуального потенциала, и что главное, исторически и традиционно имел большой опыт предводителя.

Грузинское дворянство не только всем сердцем сочувствовало и способствовало национальному движению, более того, национальное движение всегда проходило под его началом: так было в начале XIX века, так было в 1832 году и в 60-х годах XIX века.

4. Примирение сословий – основа национального единства. К началу 60-х годов грузинский народ делился на несколько социальных слоев – сословий (князья, дворянство, священнослужители, крестьяне, ремесленники, купцы). У каждого сословия были свои интересы, что мешало их сплочению для достижения главной цели. Противоречия между сословиями обуславливались объективными причинами, устранить которые Илья Чавчавадзе и его единомышленники не могли. Но зато вполне возможным они считали объединение всех социальных слоев, всех сословий в защиту попранного чувства национального достоинства грузинского народа. Другого пути к спасению не было.

5. Конечная цель национального движения – восстановление государственной независимости. В программе национального движения, выработанной Ильей Чавчавадзе, явно не было выдвинуто требование восстановления государственной независимости, хотя уже в начале своей творческой деятельности в «Записках путника» писатель со всей отчетливостью показал главный характерный признак национального движения XIX века: непримиримость грузинского народа с российской государственностью. Правда, слова Лелт Гуния «мы сами себе принадлежим» автор не комментирует, но ясно, что Илья Чавчавадзе в них подразумевал восстановление независимости Грузии. Конечной целью национального движения 60-80-х годов XIX века являлась подготовка грузинского народа к государственной независимости. Национальное движение должно было привести грузинский народ к тому рубежу, после которого должна было начаться борьба за восстановление независимости. Но пока еще обстоятельства, сложившиеся в Российской империи и на международной арене, не позволяли руководителям национального движения выдвинуть более радикальную программу действий.

Цель национального движения 60-80-х годов XIX века была достигнута. Самоотверженная деятельность Ильи Чавчавадзе и его единомышленников принесла свои плоды. Стало очевидностью, что Грузия и грузины вышли победителями в борьбе с российской колониальной политикой, которая потерпела полный крах в Грузии. Безрезультатно закончилась попытка русификации и ассимиляции грузинского народа и превращение Грузии в неотъемлемую часть России. Реальная угроза, нависшая над Грузией в результате шестидесятилетнего господства России, была преодолена – грузинский народ сохранил свою национальную самобытность, отстоял свое собственное «я». § 2. Противоречия внутри национального движения. «Меоре даси» (Вторая группа) К началу 60-х годов XIX века между предводителями национального движения по основным программным вопросам существовало согласие. Шестидесятники («Пирвели даси»), те же «тергдалеулни», не являли собой течение, основывающееся на резко противоречащих организационных принципах. Это была группа единомышленников во главе с Ильей Чавчавадзе, объединенная вокруг одной идеи и сплотившаяся в борьбе за осуществление единой программы. Над программой в основном работали Илья Чавчавадзе, Нико Николадзе и Георгий Церетели. Именно они и определяли политическое направление группы «Пирвели даси». Естественно, это нисколько не умаляет заслугу других известных шестидесятников (Димитрия Кипиани, Акакия Церетели, Якоба Гогебашвили и др.).

Некоторые разногласия, изначально же существовавшие между шестидесятниками, не помешали им определить основные программные требования. С 70-х годов XIX века идейные разногласия между ними приняли более острый характер. Позиции Ильи Чавчавадзе не разделяли Нико Николадзе и Георгий Церетели. Вскоре к ним примкнул и Сергей Месхи. В чем заключались причины идейных разногласий между шестидесятниками? Рассмотрим главные из них.

1. Разногласия начались в связи с социальным вопросом в программе национального движения. В России, как и в Грузии, развитие буржуазных отношений в пореформенный период еще больше обострило социальную проблему. Все эти процессы имели отклик в Грузии, причем здесь социальный вопрос не стоял так остро, как в России. Но ясно было и то, что Грузия не останется в стороне от этих процессов.

Социальная проблема так же волновала и шестидесятников, в частности, Илью Чавчавадзе. Тем не менее Илья Чавчавадзе считал, что включение социального вопроса в программу национального движения и тем более борьба за его осуществление на данном этапе (60-80-ые годы XIX века) не приемлемы. Выдвижение на передний план социальной проблемы могло нанести ущерб национальному движению, т. е. могло его ослабить и расколоть на несколько течений, что, в свою очередь, привело бы к уничтожению идеи создания единой почвы для консолидации грузинского народа. Эту точку зрения не разделяли Нико Николадзе, Георгий Церетели и Сергей Месхи.

Они считали, что важнейшей задачей было осуществление программы национального движения, т. е. должна было быть решена задача национальной свободы, но вместе с тем они настаивали на решении социальной проблемы одновременно с национальной.

Илья Чавчавадзе был глубоко убежден, что до серьезного обострения социального вопроса, необходимо, чтобы национальное движение достигло определенного исторического рубежа – осуществления намеченной программы. Именно поэтому Илья Чавчавадзе был принципиально против внесения социального вопроса в программу национального движения, тем более был против борьбы за его осуществление.

2. Разногласия в лагере шестидесятников возникли по поводу роли и места национальной буржуазии. В 60-х годах XIX века в Грузии не существовала национальная буржуазия, поскольку в первой половине XIX века не было на то сооветствующих условий.

Российская колониальная политика всячески способствовала и поощряла деятельность иностранной буржуазии (в основном, армянской). Армянская буржуазия сначала же захватила главенствующие позиции и после отмены крепостного права еще более быстрыми темпами взяла в свои руки экономику Грузии. А перспективы грузинской буржуазии были не столь уж обнадеживающими. В такой ситуации Илья Чавчавадзе считал, что в Грузии национальная буржуазия не способна выполнить ту роль, которую выполняла буржуазия в западноевропейских странах.