Чтение онлайн

В июле 1961 г. Айюб Хан прибыл в США с первым официальным визитом. Кеннеди уделил ему повышенное внимание. В ходе переговоров была достигнута договоренность об оказании Пакистану экономической помощи на сумму 500 млн. долл. В отношении Индии Айюб Хан сказал, что если США окажут ей военную помощь, то это «вынудит его страну выйти из пактов и альянсов». На это Кеннеди ответил, что у США нет намерений оказывать такую помощь Индии, и «если он вообще будет думать об этом, то посоветуется прежде всего с президентом Айюбом» [1427] . Американский дипломат и исследователь отношений между США и Пакистаном, США и Индией Деннис Кукс писал: «Неудивительно, что, когда Кеннеди не посоветовался с Айюбом перед тем, как дать оружие Индии в ноябре 1962 г., это глубоко обидело президента Пакистана» [1428] .

Во время китайско-индийского вооруженного конфликта 1962 г. США положительно отозвались на просьбу Индии о военной помощи. В свою очередь, Москва, занятая кубинским кризисом, посоветовала Нью-Дели принять китайские предложения о переговорах по пограничной проблеме. Она также информировала индийцев, что поставки МиГ-21 временно приостановлены. Большинство неприсоединившихся стран, кроме Египта и Югославии, заняли выжидательную позицию. Американская помощь Индии вызвала негативную реакцию в Пакистане. Но Вашингтон надеялся, что Пакистан не предпримет враждебных действий в отношении Индии. Кеннеди писал Айюб Хану, что эта военная помощь Индии предназначена для «немедленных задач» и «для использования только против китайцев». Однако Айюб Хан решительно выступил против поставок вооружений в Индию. Он хотел использовать ее трудности в этой войне. Индия терпела военное поражение и была ослаблена. Президент Пакистана также настаивал на том, чтобы США оказали давление на Индию в решении кашмирской проблемы [1429] .

После убийства в ноябре 1963 г. Кеннеди новый президент США Л. Джонсон продолжил прежнюю политику США в отношении Южной Азии. По вопросу о военных поставках в Индию США, как и прежде, заняли сдержанную позицию. Политика Америки по этому вопросу получила выражение в докладе госсекретаря Д. Раска президенту Джонсону «О шагах по оказанию военной помощи Индии и Пакистану». 11 декабря 1963 г. Раск писал: «Если мы и можем продвигаться вперед, хотя и спотыкаясь в каждой из этих стран … наши предложения по военному сотрудничеству с Индией и Пакистаном помогут продвижению к нашим стратегическим целям по сдерживанию коммунистического давления на этот регион без того, чтобы вносить напряжение в наши отношения с каждой из этих стран» [1430] .

О раздумьях американцев по поводу их дальнейших отношений к связке Индия–Пакистан свидетельствует записка заместителя помощника президента США по национальной безопасности Джорджа Банди. Он писал 24 февраля 1964 г.: «Индия как крупнейшее и потенциально самое мощное некоммунистическое азиатское государство представляет собой главный приз в Азии. Мы уже инвестировали 4,7 млрд. долл. в долгосрочное экономическое строительство этой демократической страны. Но наша политико-военная линия никогда не соответствовала нашим экономическим инвестициям, частично потому что Пакистан хитроумно подписал с нами договоры об участии в двух альянсах, чтобы добиться новых гарантий против Индии. В результате Пакистан получил около 700 млн. долл. военной помощи, которая фактически целиком ушла на его оборону против Индии… Мы можем и должны защищать Пакистан от Индии, но мы не можем позволить, чтобы наши связи с Пакистаном или наше предпочтение Айюба, а не Неру, стояли на пути сильной американской политики в отношении Индии. Это позволило бы хвосту вилять собакой, что именно пакистанцы и стремятся делать» [1431] .

В то время в США витали в воздухе идеи о том, что Индия может возглавить антикитайский и антикоммунистический союз. Но они не были подкреплены оказанием Индии крупной военной и экономической помощи. Поэтому надежды на мощный рывок в индийско-американском сотрудничестве быстро угасли. Для Индии более ценными оказались ее политика неприсоединения и активно развивавшиеся связи с СССР. Об этом периоде посол США в Индии Ч. Боулс писал президенту Джонсону 19 ноября 1968 г.: «В 1963–1964 гг., после индийско-китайской войны, когда мы оказали ограниченную помощь Индии, мы отвергли просьбу о модернизации ее обороны на сумму около 75 млн. долл. ежегодно из-за опасения нарушить наши отношения с Пакистаном. В ответ на эту помощь индийцы были готовы: 1) согласиться не покупать оружие у коммунистических стран; 2) заключить соглашение с Пакистаном о поддержании равного соотношения вооруженных сил; 3) сотрудничать с нами на политической основе для установления большей стабильности в Азии и Юго-Восточной Азии. И только в августе 1964 г., когда стало ясно, что мы не готовы предоставить эту помощь, Индия повернулась к Советскому Союзу как главному источнику вооружений» [1432] .

В середине 1960-х годов в Индии сложилась критическая ситуация с обеспечением населения продовольствием, вызванная тремя подряд засухами, что привело к голоду в ряде районов страны, росту инфляции и резкому сокращению валютных резервов. В июле 1965 г. президент США Линдон Джонсон приказал приостановить направление продовольственной помощи Индии по Закону PL 480 и таким образом оказать политическое давление на нее. Такая тактика нанесла огромный урон индийско-американским отношениям [1433] .

В августе 1965 г. президент Джонсон писал своим подчиненным: «Нам следует отказаться от предоставления военной помощи как Пакистану, так и Индии». Позже, 2 мая 1966 г., новый госсекретарь США Уолт Ростоу отметил: «Наша точка зрения состоит в том, что (1) Индия действительно более важна, чем Пакистан. Но (2) в индийских интересах, так же как и в наших интересах, следует сохранять открытым подход Запада к Айюбу» [1434] . И Джонсон, и Ростоу подчеркивали, что Пакистан является крупной региональной державой и важным исламским государством. Администрация США считала, что попытки «изолировать» Пакистан и обращаться с ним как с изгоем из-за того, что он испытывал трудности с демократизацией, могли привести к катастрофе в Южной Азии и в более обширном регионе. Однако в самой Америке было немало политиков и специалистов по международным отношениям, которые полагали, что Пакистан представляет собой типичный образец «несостоявшегося государства».

В марте 1966 г., вскоре после назначения Индиры Ганди премьер-министром, свой первый официальный визит за рубеж она совершила в Америку. Президент Джонсон публично обещал ей всестороннюю помощь, однако не торопился с реализацией этого обещания. Много позже, в марте 1979 г., И. Ганди заявила, что Джонсон оказывал на нее давление, чтобы заставить ослабить связи Индии с СССР [1435] . Попытка таким образом воздействовать на Индию в трудный для нее час имела далеко идущие последствия. Вместо того, чтобы подчиниться этому давлению, Индия продолжила независимый курс во внешней стратегии и линию на самообеспечение в продовольственной политике. И ей это удалось в сравнительно короткое время.

Среди главных внешнеполитических вопросов, поднятых во время этого визита И. Ганди в США, была проблема Китая. Премьер-министр Индии выступила с жесткой критикой КНР. Она заявила, что Китай не верит в мир и мирное сосуществование, он хочет использовать «сельские районы» Афро-Азиатских стран для атаки на промышленно развитые «города» Запада. И именно в этих огромных и населенных сельских районах Китай должен быть остановлен. И что Индия, защищая от Китая 2000-мильную границу вдоль Гималаев и придерживаясь демократических идеалов, ведет борьбу «в интересах Запада». Индия, сказала она, может быть «азиатской альтернативой, альтернативной моделью экономических и социальных изменений, демократической, социалистической моделью». В совместном коммюнике по итогам визита И. Ганди в США отмечалось, что индийский премьер-министр «подтвердила решимость ее страны защищать свободу и целостность Индии и рассказала о вызове, который представляет агрессивная политика КНР. Премьер-министр Индии и президент США согласились в том, что такая политика представляет угрозу миру, особенно в Азии» [1436] .

И. Ганди сделала ряд заявлений и по вопросу об отношениях между Индией и Пакистаном. Она подчеркнула необходимость своей страны решать проблемы с Пакистаном мирными методами, отвергла обвинения в том, что Индия не примирилась с самим существованием Пакистана и высказала готовность открыть границы и вести дело к тому, чтобы совместными усилиями залечить раны раздела Индии в 1947 г. Однако И. Ганди решительно высказалась против проведения в Кашмире плебисцита, который мог поставить под вопрос единство Индии. «Мы не можем сегодня пойти на второй раздел Индии на религиозной основе, – сказала она. – Это разрушит фундамент индийского государства» [1437] .

Из рассекреченных в начале 2000 г. американских документов следовало, что руководство США не доверяло Индии. Государственный секретарь США Дин Раск в телеграмме послу Америки в Индии Честеру Боулсу 26 июля 1966 г. совершенно определенно писал об этом: «Индия движется к полному военному господству на субконтиненте. Ее собственный потенциал по производству вооружений плюс очень существенные поставки советского военного оборудования дают ей возможность говорить, что Индия имеет право наращивать свои вооруженные силы с помощью Советского Союза, а Пакистан не имеет права получать даже запасные части из США. Поведение Индии в течение последних 20 лет в отношении Кашмира не может считаться приемлемым. Ее точка зрения, что здесь нет предмета для обсуждения и вопрос закрыт, противоречит неоднократным действиям ООН и наталкивается на долговременную естественную позицию США, которая состоит в том, что желание любого народа должно иметь решающее значение в таких политических вопросах… Я сомневаюсь, – продолжал Раск, – что мы должны полагаться на Индию как на нашего единственного партнера на субконтиненте, потому что я не верю, что Индия могла бы взять на себя роль такого партнера» [1438] .