Чтение онлайн

Махараджа решил не входить ни в один из доминионов в надежде, что его княжество останется независимым. В то же время он, конечно, понимал, что его надежды на независимость будут менее реальными в случае присоединения к мусульманскому Пакистану.

В конце августа – начале сентября 1947 г. на юго-западе Кашмира, в Пунче, началось движение мусульманских крестьян против помещиков-индусов. Оно было поддержано пуштунскими племенами из СЗПП, которые двинулись в поход на Сринагар. Махараджа Хари Сингх расценил эти действия как попытку Пакистана низложить его. В этих условиях он обратился к индийскому правительству за помощью. Шейх Абдулла был освобожден из тюрьмы для проведения переговоров в Дели о судьбе Кашмира с Дж. Неру, которого он хорошо знал ранее.

26 октября 1947 г. Хари Сингх формально заявил о присоединении своего княжества к Индии и попросил оказать ему военную помощь в защите столицы княжества г. Сринагар. На следующий день в Сринагар из Дели по воздуху был переброшен сикхский батальон. Сринагар был спасен. Однако Джинна попытался ввести в действие пакистанскую армию. На это британский командующий пакистанской армией генерал Грейси сказал, что он не может отдать приказ войскам вступить в бой против вооруженных сил другого британского доминиона, то есть Индийского Союза, без согласия фельдмаршала Окинлека, главнокомандующего как индийскими, так и пакистанскими войсками. В свою очередь, Окинлек прилетел из Дели в Лахор 28 октября и заявил генерал-губернатору Джинне, что если он будет настаивать на направлении регулярной пакистанской армии в Кашмир, который «законно присоединился к Индии», то это «автоматически и немедленно» повлечет за собой отзыв всех британских офицеров из пакистанской армии [708] . В то же время генерал-губернатор Маунтбэттен настоял на том, чтобы согласие на присоединение Кашмира к Индии было обусловлено проведением плебисцита (с учетом мусульманского большинства в княжестве). Неру и его правительство согласились с этим.

К концу 1947 г. число вооруженных пуштунов в Кашмире увеличилось почти до 30 тыс., и они, по существу, стали армией созданного тогда правительства Азад Кашмира (Свободного Кашмира), которое контролировало около четверти территории Кашмира. Азад Кашмир со столицей в Муззафарабаде присоединился к Пакистану.

Плебисцит в Кашмире так и не был проведен. Неру настаивал на том, чтобы условием плебисцита стал предварительный отвод Пакистаном «захватчиков»-пуштунов из Кашмира. Однако Джинна соглашался только на одновременный вывод вооруженных сил индийского доминиона и племен. Между тем шейх Абдулла стал премьером Кашмира, что укрепило позиции индийского правительства в этом районе.

31 декабря 1947 г. Индийский Союз передал кашмирский вопрос на рассмотрение Совета Безопасности ООН. Для решения этой проблемы была создана комиссия ООН из трех членов по согласованию с Индией и Пакистаном. В нее вошли представители Колумбии, Бельгии и США. В результате деятельности комиссии боевые действия в Кашмире были прекращены, а с 1 января 1949 г. установлено перемирие. Между двумя частями Кашмира была проведена разделительная линия контроля, или «линия прекращения огня». Под контролем Пакистана оказались северо-западные районы бывшего княжества – 40% его территории и 27% населения [709] . В феврале 1954 г. Учредительное собрание контролируемой Индией части Кашмира приняло решение о вхождении княжества на правах штата в Индийский Союз [710] .

Включенные в состав Индийского Союза княжества были поэтапно интегрированы в систему управления страны. Князья в крупных княжествах были назначены раджпрамукхами, то есть правителями, исполняющими функции губернаторов в бывших княжествах. Мелкие княжества образовали группы провинций, также во главе с раджпрамукхами. На этой основе были созданы Саураштра (из княжеств полуострова Катхиавар), Раджастхан (из княжеств Раджпутаны), Пепсу (княжества Патиалы и Восточного Панджаба), Мадхъя-Бхарат (княжества Гвалиор и Индор). Такие княжества, как Барода и Куч-Бихар, влились в соседние провинции (соответственно в Бомбей и Западную Бенгалию). Другие княжества сохранялись как самостоятельные административные единицы (Бхопал и Трипура). Остальные объединялись в союзы (Химачал-Прадеш, Виндхъя-Прадеш). Все эти новые административные образования были подчинены центральному правительству [711] .

После достижения Индией независимости Конгресс был ведущей политической силой в центре, и в регионах (штатах). Авторитет, завоеванный в годы национально-освободительного движения во главе с М.К. Ганди и Дж. Неру, предопределил то, что именно представители Конгресса возглавили правительство независимой Индии.

К участию в работе правительства Неру пригласил представителей разных политических взглядов и направлений. От правых группировок – Шьяма Прасада Мукерджи, от организации зарегистрированных каст – Бхим Рао Амбедкара и позже (1952 г.) от социалистов – Джай Пракаш Нараяна. Первые два согласились принять участие в работе кабинета министров. Нараян отказался, заявив, что не заинтересован в этом, поскольку не уверен, что правительство предпримет все необходимые меры для продвижения к социализму. Он писал Неру: «Мы все, без сомнения, хотим создать новое общество, в котором нет эксплуатации, в котором существует социальное и экономическое равенство, свобода и благополучие для всех. Более того, эти цели должны быть достигнуты не в далеком будущем, а в возможно кратчайшие сроки». Нараян также отмечал, что он всегда находился под влиянием Ганди и вновь «открывает» его как самого крупного мыслителя эпохи. Поэтому он полагал, что гандисты и социалисты должны работать вместе на благо простого народа.

Нараян оценил предложение Неру участвовать в работе правительства как «смелый шаг», поскольку Конгресс не нуждался в коалиции, располагая необходимым большинством в парламенте. К тому времени Нараян отошел от марксизма, который был, по его мнению, аморальным. Он также полагал, что такими же аморальными являются капитализм и проповедующие его политики разных мастей и оттенков. Фактически все они на деле придерживались одного и того же принципа – цель оправдывает средства ее достижения. И только такие исключительные лидеры, как Махатма Ганди, пытались связать политику с нравственностью. Эти раздумья привели Нараяна к разрыву с марксизмом и приблизили к Ганди. Однако он не сразу стал полным приверженцем Ганди, а «остановился» на полпути – на идее и практике демократического социализма. Для этого он вышел из Конгресс-социалистической партии и за два года до достижения Индией независимости создал Социалистическую партию.

Отказавшись войти в правительство, Нараян, тем не менее, направил Неру проект «Программы-минимум по национальному возрождению». В ней он, в частности, предложил следующее: внести изменения в конституцию, чтобы расчистить путь для социальных преобразований; провести административные реформы, включая децентрализацию политической власти; осуществить перераспределение земли для устранения экономического неравенства и эксплуатации, отдавая при этом предпочтение сельскохозяйственным рабочим и безземельным крестьянам; ликвидировать все формы помещичьего землевладения; создать в деревнях в качестве обязательной меры кооперативные хозяйства; осуществить национализацию банков и страховых компаний, угольных шахт и т.п. [712] Впоследствии эти идеи легли в основу программы, возглавляемой Нараяном Народно-социалистической партии, преобразованной из Социалистической партии.

18 июля 1947 г. британский парламент принял Закон о независимости Индии, в соответствии с которым прекращались властные полномочия правительства Великобритании в отношении Британской Индии и княжеств, расположенных на территории индийского субконтинента. Все договоры британской короны с правителями княжеств теряли силу с 15 августа 1947 г. [713] До выработки и принятия конституции независимой Индии и избрания новых органов законодательной власти функции парламента страны осуществляло Учредительное собрание, созванное в декабре 1946 г.

После обретения Индией независимости Учредительное собрание продолжило свою работу над конституцией. В январе 1948 г. был опубликован ее проект. Восемь месяцев отводилось на его обсуждение общественностью страны. С 15 ноября 1948 г. по 17 октября 1949 г. проект обсуждался в Учредительном собрании, статья за статьей. Всего было внесено 7635 предложений и поправок. Из них фактически было обсуждено 2473. С 14 по 26 ноября 1949 г. состоялось третье чтение проекта конституции. 26 ноября того же года она была принята Учредительным собранием. Таким образом на выработку и принятие конституции ушло почти три года [714] .

25 ноября 1949 г. накануне принятия конституции Учредительным собранием председатель комиссии по подготовке основного документа страны Б.Р. Амбедкар в своем выступлении отметил не только главные положительные черты конституции, но и предупредил об опасностях, которые могут встретиться в будущем. Он заявил, что конституция не оставляет места для «кровавых революций» и для массовых выступлений вроде гражданского неповиновения и несотрудничества. Он также предупредил о неприемлемости авторитарного правления так называемых харизматических личностей. Это особенно касалось Индии, где распространен культ бхакти, то есть почитания бога, героя или вождя. Как отмечал Амбедкар, бхакти в религии может быть дорогой к спасению души. Но в политике бхакти – это верный путь к деградации, в конце концов, к диктатуре. Кроме того, Амбедкар предупреждал, что индийцы не должны довольствоваться только политической демократией. После достижения независимости Индия добилась политического равноправия. Однако неравенство сохраняется в социально-экономической жизни. Если не решить этого противоречия, то политическая демократия окажется под угрозой [715] .