Чтение онлайн

Величайшим средневековым персидским историком является Рашид-ад-Дин Фазлуллах ибн Абу-л-Хейр Али Хамадани (1247–1318), ученый медик и суннитский богослов, вместе с тем и политический деятель, бывший везиром монгольских государей Газан-хана и Ольджайту-хана между 1298 и 1317 гг. Благодаря покровительству этих ханов, Рашид-ад-Дин стал крупным феодальным землевладельцем. Он имел свыше 80 тыс. га орошенной пахотной земли в разных областях государства, а также множество садов, финиковых рощ, оросительных каналов и больших стад (250 тыс. баранов, 30 тыс. лошадей, 10 тыс. верблюдов и т. д.). Он скопил также громадное состояние — 35 млн. динаров, большая часть которого была вложена в виде доль в товарищества крупных оптовых торговцев. При хане Абу Са'иде, в результате интриг придворных клик, Рашид-ад-Дин был вынужден уйти в отставку. Вслед за тем он был ложно обвинен в отравлении Ольджайту-хана и в июле 1318 г. казнен. Имущество его было частью конфисковано, частью расхищено, причем погибла его богатая библиотека в Тебризе (60 тыс. томов) и часть рукописей его сочинений. Через девять лет его память была реабилитирована.

Написанный Рашид-ад-Дином, по поручению Газан-хана, обширный исторический труд «Джами-ат-таварих» («Сборник летописей») занимает исключительное положение среди средневековых персидских исторических сочинений. Рашид-ад-Дин отказался от давней традиции арабских и персидских историографов — рассматривать «всеобщую историю», как историю одних только мусульманских стран. Рашид-ад-Дин считал, что всеобщая история должна быть действительно [111] всеобщей историей всех известных тогда народов, от «франков» на западе до китайцев на востоке. В частности, перед Рашид-ад-Дином стояла задача — впервые создать историю монголов с древнейших времен. Выполнить труд, столь грандиозный по плану, было не под силу одному человеку. Поэтому Рашид-ад-Дин привлек в качестве сотрудников знатоков языков и истории отдельных народов; среди них были два перса, два китайца, индус из Кашмира и, по-видимому, французский католический монах. В составлении истории монгольских и тюркских племен Рашид-ад-Дину помогали монголы — знатоки монгольской старины и преданий; среди этих знатоков был и сам Газан-хан.

Работа над «Джами'-ат-таварих» была начата при Газан-хане в 1300 г. и закончена при Ольджайту-хане в 1310/11 г. Труд делился на три тома. Первый том, названный в честь Газан-хана «Тарих и Газани» («Газанова история»), заключает в себе обзор истории монгольских и тюркских племен; историю правления Чингис-хана и его ближайших преемников и историю улусов, выделившихся из Монгольской империи; историю монгольских ханов в Иране (улус Хулагуидов) до смерти Газан-хана (1304 г.). Во второй том вошла история немусульманских народов и государств — Китая, древних евреев, «франков» (западноевропейских государств), римских пап, «римских» (византийских и священно-римских, т. е. германских) императоров, государств Индии. Третий том должен был заключать географическое описание «семи климатов» [112] мира. Предполагают, что этот том или никогда не был написан, или погиб при расхищении библиотеки Рашид-ад-Дина после его казни.

Наибольшую ценность имеет первый том — «Тарих и Газани». В части, посвященной истории тюркских и монгольских кочевых племен их социальный строй, быт, обычное право и предания изложены с такой полнотой и точностью, какой нет ни в одном другом источнике, не исключая монгольских и китайских. Особенно важен этот том, как источник по истории Ирана и Азербайджана, отчасти и других стран XIII в. С наибольшей полнотой изложена история правления Газан-хана. В нее включены — в копиях или в сокращенном изложении — ярлыки (указы) Газан-хана. Том изобилует данными о социально-экономической истории Ирана и Азербайджана в XIII в.

В течение более столетия в России и за рубежом публиковались отдельные части «Тарих и Газани» (персидский текст, переводы и комментарии) — французами Катрмером и Э. Блоше, русским И. Н. Березиным, Карлом Яном (в 40-х годах XX в.). Издание полного русского перевода «Тарих и Газани», а также сводного (на основании научно-критического сличения семи старейших рукописей) персидского текста проводится Институтом востоковедения АН СССР.

Весьма важным историческим источником является также переписка Рашид-ад-Дина («Муншаат и Рашиди» или «Мукатебат и Рашиди»), собранная его секретарем Мухаммедом Аберкухи. Она содержит 53 письма (одно без начала), в их числе 4 письма к Рашид-ад-Дину от разных лиц, остальные — письма самого Рашид-ад-Дина к своим сыновьям, бывшим наместниками разных областей Ирана, а также к сановникам, высшим представителям мусульманского духовенства и разным знатным людям. В переписке приведено много данных о налоговой политике, о тяжелом положении крестьянства, о торговле, о строительстве оросительных каналов и т. д. Особенно интересно приведенное в одном из писем (№ 36) завещание Рашид-ад-Дина, с перечислением его имений и имущества. Из переписки можно составить представление о хозяйстве такого крупного феодала, каким был Рашид-ад-Дин.

Переписка Рашид-ад-Дина («Мукатебат и Рашиди») издана в Пакистане проф. Хае Бахадуром Мухаммедом Шафи (Лахор, 1947, персидский текст и примечания).

Язык Рашид-ад-Дина, сравнительно простой, является лучшим об разцом классического языка новоперсидской прозы.

Социальное лицо Рашид-ад-Дина выявляется и в «Джами'-ат-таварих», и в его переписке. Он — представитель одной из групп класса феодалов — гражданской бюрократии, тесно связанной с мусульманским духовенством, поэтому враждебен к тенденциям феодальной раздробленности и к ее наиболее упорному носителю — монгольской кочевой знати. Рашид-ад-Дин старался поддерживать сильную центральную власть в лице монгольских ханов, в которых, однако, он хотел видеть наследников и продолжателей «хосроев Ирана», носителей сасанидской государственной традиции с ее централистской политикой. К сторонникам и восхвалителям монгольских ханов Рашид-ад-Дина можно причислить лишь условно. Восхваляя Чингис-хана и его потомков, Рашид-ад-Дин лишь выполнял данный ему заказ, но души в эти панегирики не вкладывал. Он не скрывал ни зверств войск Чингис-хана, ни темных сторон созданной завоевателями государственности. И только идеализация Газан-хана у Рашид-ад-Дина видимо искренна, что объясняется позицией Газан-хана: он опирался на ту группу феодалов, интересы которой выражал Рашид-ад-Дин.

Абу Сулейман ибн Давуд Бенакети, родом из Бенакета в Средней Азии (умер около 1329 г.), в 1317 г. составил сокращенное изложение «Джами-ат-таварих» Рашид-ад-Дина, включив сюда и отрывки по истории немусульманских стран. Труд этот известен под именем «Тарих и Бенакети», не издан [113] .

Абдуллах Кашани, один из сотрудников Рашид-ад-Дина при составлении «Джами'-ат-таеарих», после осуждения и казни последнего пытавшийся обвинить его в плагиате и присвоить авторство всего труда себе, составил «Тарих и Ольджайту-хан» — труд по истории правления Ольджайту-хана. Труд не издан [114] .

Шихаб-ад-Дин 'Абдуллах ибн Фазлуллах Ширази, известный под прозванием «Вассаф ал-хазрет» («Панегирист его величества»), или попросту Вассаф, родом из Шираза, состоял при дворе ильханов, выдвинулся благодаря покровительству Рашид-ад-Дина, под начальством которого служил по финансовому ведомству. Других биографических сведений о нем нет. Он написал большой исторический труд по-персидски, с арабским заглавием — «Таджзийат ал-амсар ва тазджийат ал-а'сар» («Разделение областей и распределение веков»), более известный под именем «Тарих и Вассаф» («История Вассафа»). Первые четыре части этого труда были закончены и поднесены Ольджайту-хану при посредстве Рашид-ад-Дина в 1312 г., пятая же часть была закончена в 1328 г. Труд задуман был как продолжение труда Джувейни и охватывает время с 1257 до 1323 г. Источниками Вассафа были труды Джувейни, Рашид-ад-Дина и др., официальные документы, в частности документы финансового ведомства, собственные воспоминания и рассказы очевидцев.

Первая часть труда Вассафа охватывает историю правления великих ханов Хубилай-каана и Тимур-каана и историю государства Хулагуидов до 1284 г. н. э.; вторая часть — историю Фарса от завоевания его сельджуками до восстания луров в 1291 г.; третья часть — продолжение истории государства Хулагуидов до смерти Газан-хана; четвертая — историю правления Ольджайту-хана; пятая — окончание правления Ольджайту-хана и правление Абу Са'ида Бахадур-хана, а также экскурс о налоговых притеснениях в Фарсе и о тяжелом состоянии этой области в правление этого хана.

«Тарих и Вассаф» содержит много очень интересного материала как по политической, так и по социально-экономической истории Ира на XIII — начала XIV в., много сведений, каких нет в других источниках. Ценность данного источника поэтому очень велика. Но пользование им затруднено из-за напыщенной манеры изложения и цветистого и вычурного языка, со множеством метафор и других поэтических образов, аллегорий, хронограмм, каламбуров, стихотворных загадок и т. д.; при этом содержание всецело подчинено литературной форме. О стиле Вассафа можно судить, например, по следующему отрывку: «Когда ювелир предопределения [115] претворил реку Дербендскую [116] в некий слиток серебра [117] , когда закройщик зимней шубы скроил горностаевую мантию [118] , соразмерно длине и ширине, покатости холмов и долин, и когда гладь речной поверхности на один дротик «глубь затвердела подобно камню, тогда войско монгольское, которое было отвратительнее злых духов и многочисленнее дождевых капель, по повелению Берке-огула, подобно огню и ветру прошло по сей замерзшей реке».

Известный исследователь Рьё, автор описания персидских рукописей Британского Музея, говорит об «Истории» Вассафа, что она «содержит достоверный, современный событиям, обзор значительного периода, но ее несомненная ценность в сильной степени уменьшается благодаря недостаткам метода его изложения и еще более благодаря высоко искусственному характеру и утомительному многословию его стиля. К несчастью, он был взят за образец и оказал гибельное влияние на позднейшие исторические сочинения в Персии» [119] .