Чтение онлайн

Хочу рассказать вам один интересный случай, действительно случившийся в Киевском анатомическом театре. Сначала пару слов о месте действия. В середине XIX века в Киеве был построен анатомический театр для медицинского факультета Киевского университета. Он строился по проекту архитектора А. В. Беретти в стиле русского классицизма, примечателен своей архитектурой, сводчатыми подвалами. Анатомический театр считался одним из лучших в России, а вскоре прославился и в Европе своими уникальными коллекциями, собранными профессорами А. П. Вальтером («Развитие различных зародышей и собрание черепов») и В. А. Бецем («Анатомические и гистологические препараты мозга»). Рассказывать об открытии В. А. Бецема, похороненного в Выдубицком монастыре, касающемся «гигантских клеток колоссальных пирамид в коре головного мозга» я не буду, т. к. это несколько отвлечет нас от сути самого рассказа.

А теперь обращаюсь к газете «Киевлянин» № 146 за 1876 год. А рассказывается там о следующем происшествии. «Выдавал как-то один отставной солдат, служитель в театре анатомии, свою дочь замуж. Но где сыграть свадьбу? Неужели в анатомическом театре, этой обители смерти? Больше негде: по обычаю следует в доме невесты, да у жениха, кажется, и дома не было. После венчания привезли молодых в маленькую комнатку при анатомическом театре, где молодая жила с отцом. Собрались знакомые. Незаметно и полночь подкралась. Вдруг разгулявшимся гостям захотелось танцевать. Мигом пригласили из соседнего кабака двух скрипачей и трубача. Только где плясать? Комнатка так мала, что повернуться в ней трудно.

– Сюда, сюда, пожалуйте! – недолго думая, кричит отец молодых и ведет всех в залу.

Зажгли несколько висевших над столами ламп, темная зала вспыхнула желтоватым светом, заигравшим тысячью радужных переливов на оконных стеклах, покрытых морозными узорами холодной ночи. Взвизгнули скрипки, грянула свою замогильную, глухую ноту труба отставного солдата-музыканта – и свадебный бал помчался бесшабашным вихрем. Стучат каблуки танцующих трепака гостей, а длинные темные тени их прыгают по стенам и морозным стеклам больших окон залы. Ликует анатомия!

Вот долетают звуки веселого пиршества и до сонных ушей соседних театру обитателей. Что это? Где музыка? Выглянули в окошечко или вышли на улицу: кругом черная мгла. Глядь! Хорошо известные всем окна залы, где студенты людей режут, горят светом и оттуда доносится… визг, писк, шум и гам – в полном смысле сатанинская музыка. Ночь же вокруг еще гуще и чернее. Странно! Онемели от ужаса обитатели. На улице составилась толпа.

– Мертвецы повставали и пляшут! – слышится в толпе.

– Нет, черти! – возражает другой голос.

– Вон и хвост виден! – добавляет третий.

И все в испуге жмутся друг к другу. К счастью, проезжал мимо театра один из преподавателей. Толпа и музыка привлекли его внимание. Он немедленно отправился в театр и, к изумлению танцующих, предстал пред их пьяные очи.

Долго потом подсмеивались студенты-медики над отцом злополучной невесты и над проживающими у него молодыми, брачное пиршество которых так комически разрушилось в блаженную минуту веселья».

Анатомический театр Киевского университета. Фотография 1906 г.

Анатомический театр спокойно существовал до 1918 года. Когда Россию захлестнула гражданская война и Киев занимали то красные, то белые, то петлюровцы, то немцы, то белополяки, это помещение тогда использовали как морг. И в романе «Белая гвардия» Булгаков, рассказывая о поисках Николкой и Ириной Най убитого героя Най-Турса, пишет именно об этом анатомическом театре.

В 1928 году здание реконструировали, а в его помещениях разместили библиотеку Медицинского института. Теперь здесь расположен национальный музей истории медицины – ул. Богдана Хмельницкого, 37. И я предлагаю вам пройти по залам этого музея и даже заглянуть в сводчатые подвалы и ледник и не сомневаюсь, что эта экскурсия не оставит вас равнодушными.

Эти два актуальных и до сегодняшнего дня определения, при всей их на первый взгляд созвучности, имеют четкий антагонизм, которому уже более 150 лет. Как это получилось, попробуем разобраться. Пять лет назад в некоторых газетах промелькнуло сообщение, что парламент Литвы объявил 2013 год «антирусским». Это недостоверная информация. Но прошедшее более 150 лет тому восстание, важнейшее для Литвы, Белоруссии, а особенно для Польши, малоизвестно в Украине и сегодня. Хотя первый в мире музей, посвященный этому событию, появился именно в Киеве!

Когда изучаешь жизнь поляков в моей стране, то убеждаешься во множественных замалчиваниях российских дореволюционных, советских, и даже украинских историков. К сожалению, кроме традиционного, столетиями выработанного отношения к истории края, существовала традиция предвзятого рассмотрения данного вопроса, в зависимости от национальности или социального положения исследователя, не говоря уже о его политических привязанностях.

С начала формирования национальностей поляки стали одним из основных народов, проживающих в Украине. Занимая по численности второе место после украинцев! На протяжении ХV-ХVII веков воинственная польская шляхта принимала активное участие в колонизации украинского пограничья и преуспела в этом. Она количественно возросла за счет уроженцев Украины, Белоруссии и Литвы. В сформированном «шляхетском братстве» не имели значения этнические корни и религиозные пристрастия. Главное у них было – защита Отечества! Подобное происходило три года тому назад на Юго-Востоке Украины при формировании добровольческих батальонов.

Когда в результате войны украинского народа 1648–1854 годов поляков потеснили с Левобережья, им удалось сохранить свой контроль над Правобережной Украиной. Этот регион они рассматривали как неотъемлемую часть Польши, несмотря на присоединение его к Российской империи в 1795 году. Но наивно утверждать, что Юго-Западный край полностью подчинился Петербургу. В городах, в том числе и в Киеве, звучала польская речь, в местечках – еврейская, а по всей остальной, преобладающей территории – от села до хутора – украинская. Единственным местом, где эти языки слышались одновременно, были ярмарки. Русский язык можно было услышать, да и то редко, в губернских присутствиях. Лишь по указу Николая І было строжайше запрещено применение в делопроизводстве польского языка.

Если у Александра I были польские друзья, такие как князь Чарторийский, оказывающие на него сильное влияние, то его родной брат Николай І их терпеть не мог. А после Польского восстания 1830 г. он их возненавидел. Когда его сын Александр влюбился в юную польку, император просто впал в бешенство. Российские властные структуры всеми способами старались унизить весь польский народ. И если крестьяне были и так бесправными, а магнаты разъехались по разным странам Европы и стали недосягаемыми, то все ограничения и притеснения полностью обрушились на шляхту, всегда гордившуюся своим прошлым, предками и Отчизной. К тому же – а это вызывало особую ненависть самодержавия – они были католиками, то есть подчинялись Риму, а не Петербургу. В унисон с императором, сановниками, чиновниками, все своt презрение и негодование свалили на поляков работники культуры. На популярный вопрос В. Ленина «С кем вы, мастера культуры?!» ответ и тогда напрашивался: «С властью!» Отличился Н. Полевой, у которого в переводе Шекспира принц датский Гамлет возвращался из похода против… поляков! В оригинале были славяне. Вершиной мировоззренческой ксенофобии стала опера «Жизнь за царя», известная широкой публике как «Иван Сусанин». Абсолютно выдуманный персонаж заводит в лес не людей, а каких-то разбойников. Сказка легко объясняется как «заказная быль», когда смотришь на дату написания – 1834 год, то есть сразу после восстания.

Сусанин и польский отряд. Гравюра сер. XIX в.

Господствующего влияния поляки на Украине добились не только из-за своей многочисленности. Евреев было не меньше, значительно преобладало сельское коренное украинское население. В середине ХIХ века поляков было всего полмиллиона, а в процентном отношении их на территории империи уменьшилось с 10 % в 1795-м до 6,4 % в 1909 году. Влиятельное положение в Юго-Западном крае (Киевская, Волынская, Подольская губернии) было обусловлено богатством и господством их элиты. В 1850 году около 5 тыс. польских землевладельцев владели 90 % земель и 1,2 млн крепостных этого региона. Правобережье, где сосредотачивалось 60 % всего дворянства Украины, в основном польского, являлось твердыней старых феодальных порядков. Даже ликвидация крепостного права в 1861 году не смогла поколебать положение таких сказочно богатых польских магнатов, как семейства Потоцких, Чарторийских, Браницких, Заславских, каждое из которых владело угодьями в сотни тысяч акров. Обладая громадными капиталами, они после Реформы легко перешли к использованию наемной рабочей силы и применению механизации в сельском хозяйстве. Но для большинства польской, понемногу обрусевшей, малоземельной шляхты переход к товарному земледелию был довольно сложным. Поэтому отмена крепостного права негативно сказалась на их материальном состоянии, к тому же русифицированные официальные чиновники и православное духовенство стали сознательно науськивать освобожденных, но без земли, украинских и белорусских крестьян, а других и не было, против иноверцев.